Остин Бейли – Могила Рона (страница 38)
Вскоре из разных углов комнаты послышались обеспокоенные возгласы.
– О нет!
– Что это…
– Хоук, здесь статуи псов. Их тут полно. – Это была Тайк.
– И здесь тоже, – крикнул Дрейк. – Целые ряды статуй.
– Их, наверное, сотни! – заметил Баст. – Тысячи!
Я подбежал к Дрейку и тут же понял, о чём они говорят. По краям комнаты, вдоль низких внешних стен стояли миниатюрные статуи псов вроде того, что прислали мне в Скеллигарде – все они были расставлены аккуратными рядами.
– Нам надо уходить, – сказал Дрейк. – Это похоже на ловушку.
– Согласен, – заметил Хоук.
– А как же кровавый камень? – возразил я. – Мы ещё не всё осмотрели.
– Ребята! – взволнованный голос Тессы раздался откуда-то из центра комнаты. – Я кое-что нашла.
Через несколько секунд мы собрались вокруг неё, и я увидел, что она держит металлическую шкатулку, по форме и размеру похожую на коробку для обуви. На крышке было нацарапано моё имя.
– Вот оно! – воскликнул я. – Дай посмотреть. – Я потянул крышку, но она не сдвинулась с места. – Заела!
– Дай посмотрю, – сказал Хоук. Он осторожно провёл пальцами по краям шкатулки, и у меня появилось чувство, что он не просто ищет потайные кнопки. В конце концов он пожал плечами. – Кажется, это обычная коробка. Крышка, наверное, заржавела. Тесса, оторви её, если сможешь.
Тесса с наслаждением взяла шкатулку, поддела пальцами крышку и потянула. Металл медленно приподнялся, и бока шкатулки разорвались.
– Пустая, – сказала она.
– Что? Дай-ка мне! – Я увидел, что Тесса права.
У Дрейка поникли плечи.
– Он уже был зде…
Хоук зажал рот Дрейка ладонью.
– Тихо! Вы это слышали?
– Что именно? – испуганно спросил я.
И тут я услышал. Тихий раскатистый звук из темноты в дальнем углу комнаты. Кто-то смеялся.
– Бежим! – крикнул я, но было слишком поздно. Из тени вылетело что-то круглое и серебряное, и прежде чем оно упало на пол, я понял, что это такое.
Ловушка для душ.
Она разбилась, из неё вырвался бледно-золотистый щит, раскрылся куполом и опустился на пол, заблокировав нас внутри.
– Только не это, – простонал Баст.
Теперь я мог разглядеть ближайшие углы комнаты, освещённые тусклым светом ловушки. Маленькие статуи псов замерцали красным. Но я не сводил глаз с конца зала. Там в темноте сиял свет – золотистый овал. Нет, на самом деле это было золотое лицо, золотая маска.
Рон направился в нашу сторону, и теперь я мог как следует разглядеть блестящую маску в виде шакальей головы. Он вышел из тени, как ночной кошмар, ставший явью.
– Саймон Фейтер, – сказал он, отчётливо произнося каждое слово, – и компания.
Рон широко распахнул руки в приветственном жесте.
– Добро пожаловать.
Глава 31
Выбор героя
Голос Рона оказался тихим, но звучным.
– Не удивляйтесь, что встретились со мной в моей собственной гробнице. Разве не здесь я и должен быть?
Все молчали. Стоявшая рядом со мной Тайк стиснула свои длинные ножи, но не вытащила их.
– Ах да, – продолжал Рон. – Я же не умирал, верно? В таком случае, неужели вы думали, будто я не узнаю о вашем появлении? Но я зря трачу слова…
Рон достал из внутреннего кармана своего одеяния что-то маленькое и красное и показал мне. Это был кровавый камень. Значит, он его нашёл. Должно быть, он прибыл сюда раньше нас, нашёл камень и устроил для нас ловушку.
А я привёл в неё своих друзей.
Рон заскользил по залу с почти кошачьей грацией и наконец приблизился ко мне, так что теперь нас разделял лишь невидимый щит.
– Саймон, – сказал он. – Прошло так много времени. – Он наклонил голову. – Ты выглядишь так же, как в последний раз. Точно так же. Даже носки те же. Думаю, ты меня не помнишь. Нет. Ты не мог меня запомнить.
Он отступил в тень и принялся разглядывать нас, побеждённых и уставших, оказавшихся в ловушке в его гробнице.
Помню ли я его? О чём он вообще говорит?
– Я очень удивился, Саймон, когда ты победил мою тень. Но вместе с тем я не был удивлён. Тогда я точно понял, что это действительно ты. Конечно, я уже видел, как ты сражался с чудовищами, хотя, как я уже сказал, ты ещё этого не помнишь. Знаешь, Саймон, – продолжал он, – именно ты натолкнул меня на мысль об этой маленькой ловушке. Когда-то давным-давно ты сам описал её мне.
Рон поднял правую руку, и она засветилась красным. Миниатюрные псы тут же замерцали. Секунду спустя они стали расти. Звери зашевелились, начали потягиваться, обрастая плотью, и вскоре комнату заполонили сотни псов – их было так много, что кое-где они стояли друг у друга на головах, стремясь побыстрее добраться до нас, рыча, лая и кусая щит.
– Теперь понимаешь, Саймон? – спросил Рон, перекрикивая шум. – Вот та задача, которую я перед тобой поставил. Я желаю не твоей смерти, а твоей боли. Конечно, ты нужен мне живым. Ты должен найти для меня пропавшие камни… Поэтому я не могу убить тебя, но я могу причинить тебе мучения. Я могу питаться твоим отчаянием, и однажды я заполучу твою душу.
Он замолчал, пытаясь взять себя в руки, как будто в пылу сказал что-то лишнее.
– Сейчас я уйду, Саймон. Когда я это сделаю, щит падёт. А потом, боюсь, ты окажешься в серьёзной опасности.
Словно услышав его слова, один из псов прыгнул вперёд и ударился о щит. Его движения были лихорадочными, а глаза пустыми, как колодцы, как маленькие окна в саму смерть. Я был уверен, что один этот пёс вполне мог прикончить меня, а ведь их были сотни. Псов становилось всё больше и больше, и вокруг куполообразного щита теперь высились целые стены из собак, перекатывающихся, как волны, и хватающих друг друга когтями в яростной попытке добраться до нас.
Рон нагнулся, схватил стоявшего между нами пса и грубо отшвырнул его в сторону.
– Но на самом деле, – продолжал он, – это не твоя жизнь в опасности, верно, Саймон? Ты можешь сбежать в любой момент. Ты можешь сунуть руку в карман плаща, повернуть свою маленькую кнопку и исчезнуть. Отправиться в более безопасное место.
Рон приблизился к самому краю щита и наклонился так близко, что я почти различал тусклые очертания в черных глазницах маски.
– Но сколько своих маленьких друзей ты сможешь взять с собой? – прошептал он, откинул голову назад и расхохотался. – Четырёх! Да, я знаю число. Не удивляйся. Пятерых, включая себя, и это означает ещё четырёх друзей. Ты можешь спасти четырёх, но всего их пятеро.
Я повернулся к своим друзьям и пересчитал их, хотя уже знал, что Рон прав.
– Кого ты возьмёшь? – пропел Рон.
– Кого? – прошептал он.
– Кого ты оставишь умирать?
Он снова засмеялся странным искажённым смехом, который постепенно разрастался, усиливался и эхом отдавался от стен, как безумная песня. Потом он медленно попятился к лестнице и исчез.
Я повернулся, схватил Тайк за плечи и потряс её. Красная птичка Римбакка описывала лихорадочные круги на её шее.
– Мы можем с ними сразиться? – спросил я. – Их можно победить? – Я не стал ждать ответа. Следующим был Хоук. Я схватил его за подол одеяния и повернул лицом к себе. – Мы можем победить псов?
Но я прочёл ответ на их лицах. Шестеро не могли победить сотни.
– Их слишком много, – ответил Хоук.
– Это не займёт много времени, – почти спокойно ответила Тайк. – Несколько секунд, и всё будет кончено.
Капитан Баст начал хохотать. Но не как Рон: это был мрачный, горький смех человека, который заглянул в собственную могилу.