Остин Бейли – Могила Рона (страница 29)

Тень подняла руку с мечом, вытянула в сторону другую руку, чтобы удержать равновесие, и нанесла удар.

Я в отчаянии закрыл глаза, пригнулся и повернул кнопку Е8 («Тайник»). Не знаю, зачем я это сделал. Вероятно, сочетание привычки, инстинкта и трусости: рациональная часть меня понимала, что Тайк не сможет мне помочь. Я уже видел, как тень избавилась от тех, кто пытался помешать нашей битве, но я настолько привык к тому, что Тайк сражается рядом со мной…

Как только я повернул кнопку, Тайк возникла на палубе и помчалась прямо к тени с огромным мечом Баста. Она ударила тень с такой силой, что та отшатнулась на палубу бака, едва успев отбить удар. Тайк ударила тень ещё пару раз, оттесняя её назад. Наверное, она видела, что происходит, потому что была полностью готова к этому моменту, безжалостно нанося удары и в полной мере используя элемент неожиданности.

Наконец мой мозг снова начал функционировать, и я спрыгнул на палубу. Тень блокировала меч Тайк и с силой оттолкнула её. Потом тень подняла руку ладонью вверх.

– Стой! – приказала она. – Меня наделили властью требовать крови Саймона Фейтера. Никто не должен стоять у меня на пути.

Наверное, тень подумала, что магия её спасёт, потому что совершенно ослабила бдительность.

– Его кровь течёт в моих жилах! – прошипела Тайк и пригнулась, как дикая кошка, готовящаяся напасть. Она подняла руку и провела тремя пальцами по кроваво-красной птице у себя на шее, которая тут же расправила крылья и угрожающе выставила вперёд когти.

– Точнее, кровь его матери, а это почти одно и то же! – Тайк прыгнула на врага, и впервые за всё время в глазах тени промелькнул страх. Она отразила первый удар, но проворство Тайк победило тысячелетние тренировки, и второй удар снёс тени руку.

Рука упала на палубу, и тень растерянно хмыкнула.

Наверху раздались ободряющие крики.

Я поднял меч и подбежал к Тайк. Мы должны были победить. Вместе мы оттеснили тень к краю палубы, и она перепрыгнула на нижний ярус. Однако она осталась стоять там, не двигаясь с места.

– Должен признать, – рявкнула тень, – прошло уже много времени с тех пор, как мне пришлось принять настоящий вызов. – Она улыбнулась, и когда мы вдвоём бросились на неё, начала сражаться, как чудовищный зверь, обладающий непредсказуемыми движениями и невероятной силой. Если отрубленная рука и причиняла ей боль, тень никак этого не показывала и сражалась одной рукой ещё более умело, чем двумя. Тень не истекала кровью, её движения не замедлялись, и она совершенно не уставала.

Но этого нельзя было сказать про нас. За исключением крови. Меч тени ещё не коснулся нас, и я собирался сделать всё возможное, чтобы так продолжалось и дальше. В её бледном клинке было что-то зловещее, наводившее на мысли о яде и отчаянии.

Внезапно тень твёрдо упёрлась ногами в пол и больше не двигалась с места. Что бы мы ни делали, мы не могли проскочить мимо неё. Наконец тень начала смеяться, и я понял, что она с нами играет. Она сказала, что хочет меня испытать. Что же случится, когда испытание закончится?

Я украдкой взглянул на Тайк и увидел, что её лицо покрыто потом.

– Мне её не победить, – сказала она. – Ты был прав, Саймон. Это твоя битва.

Поражённый её искренностью и испуганный тем, что она вот-вот сдастся, я решил использовать свой последний шанс, чтобы застать тень врасплох. Я вытащил из кармана меч из Джеркиша и взмахнул им, в последний момент сжав овальную монету. Она мелькнула в воздухе и превратилась в огромный сверкающий клинок, который теперь летел прямо в лицо тени.

К моему удивлению, тень перехватила его в воздухе.

Обрубком руки.

Я не сразу понял, как она это сделала. Судя по всему, за долю секунды до того, как меч взлетел в воздух, тень успела просчитать его траекторию, а потом намеренно позволила клинку пронзить её руку чуть выше запястья. В итоге теперь у неё было два меча, и кажется, ей было всё равно, что один из них под странным углом торчал прямо из обрубка руки.

Тень начала теснить нас, двигаясь с невероятной скоростью. Её мечи превратились в вихрь сверкающей стали, и мы просто пытались увернуться от них. Тень ударила меня ногой по голове, и я растянулся на палубе, после чего она всерьёз атаковала Тайк.

Я понял, что всё происходившее до этого было лишь детской игрой. Тень ударила по мечу Тайк обоими мечами, повернула их, вырвала оружие у Тайк из рук и зашвырнула его в космос. Тайк метнула в тень оба ножа, но тень отбила их в сторону, позволив одному ножу вонзиться ей сзади в плечо. Очевидно, он не причинил ей ни малейшего вреда. К счастью, Тайк хватило ума броситься бежать, но тень зацепила её за лодыжку кончиком меча, и она рухнула на палубу. В глубине души я надеялся, что с Тайк всё в порядке. Но потом тень потянулась к её ноге, и я увидел кровь. Каким мечом она её ударила? Каким? Всё произошло так быстро.

Не успел я понять, насколько серьёзно ранена Тайк, как тень наклонилась, подняла её и швырнула в открытый космос.

Я не закричал. Я не бросился за ней. Я просто стоял на месте, ошеломлённый, и смотрел на её удаляющийся силуэт.

Дрейк спрыгнул на палубу – его почти не было видно за огромным рюкзаком. Видимо, он сидел на мачте.

– Не беспокойся, Саймон, – сказал он. – Я её поймаю. – Он бросился к поручням, перепрыгнул через них и нырнул в космос[142]. Пролетая в темноте, Дрейк потянул за шнур, и рюкзак у него на спине раскрылся, как надувная камера с ракетным двигателем. Секунду спустя он уже плыл на миниатюрном космическом плоту.

Я бессмысленно поднял руку, глядя на своё кольцо. Мгновение я ничего не чувствовал, но наконец ощутил слабый ритмичный пульс, означавший, что Тайк всё ещё жива. Я положился на Дрейка и повернулся к тени.

– Я убью тебя, – прошептал я.

– Попробуй, – ответила тень.

Я прыгнул к ней и повернул кнопку D5. Я тут же исчез и снова появился на три фута левее. Мне удалось слегка ударить тень мечом. Скользящий удар, который разозлил, а не ранил её.

Почему же мой меч не мог ранить его так, как мамин?

А потом тень кинулась ко мне с обоими мечами, я пригнулся, и она пнула меня в живот. Я отступил и оказался прижатым к двери капитанской каюты. В голове невольно всплыли слова Тайк: Ты не сможешь обмануть его или застать врасплох. Он попытается заманить тебя на край палубы или внутрь, где у тебя не будет возможности для манёвра.

Я знал, что последует дальше, но прежде чем я успел сдвинуться с места, тень ударила меня прямо в грудь. Это не был сильный удар, от которого могли треснуть кости или порваться мышцы: это был толчок, который мог сдвинуть с места гору, и когда это случилось, дверь капитанской каюты сорвалась с петель и вместе со мной и моим мечом отлетела прямо к маленьким комнаткам с низкими потолками, откуда не было выхода.

Я оказался в ловушке.

Ладно, давайте сделаем перерыв. Я должен извиниться, а вам, наверное, надо в туалет[143]. Дело вот в чём: сцена битвы получилась слишком длинной. Я хочу сказать, что по правилам главы моей книги не должны превышать полторы тысячи слов, и хотя я всё время нарушаю это правило, длина этой главы уже составила три тысячи девятьсот двадцать пять, шесть, семь, восемь, девять слов, большая часть из которых посвящена сражению на мечах! Вот это да! Я приношу свои искренние извинения[144]. Я попытался её сократить, но в конце концов решил рассказать всё, как есть. И потом, разве кому-то может не понравиться описание хорошей схватки на пиратском корабле?

Возможно, нам нужна новая глава. Таким образом, вы сможете прекратить читать и вернётесь к «реальной» жизни. Если, конечно, вы не против оставить меня почти мёртвым в пиратской каюте без дверей, в то время как надо мной возвышается разъярённая тень с обнажённым мечом. «Да, – слышу я ваши слова, – но он всё равно что-нибудь придумает. Как всегда. Я пойду спать, а завтра узнаю, что будет дальше».

Конечно, вы правы. Я всё равно что-нибудь придумаю.

А может быть, и нет…

Глава 23

Человек или мышь?

Храбрость жизни часто является не таким драматическим зрелищем, как храбрость последнего момента; но это не менее великолепная смесь триумфа и трагедии.

Я всё равно что-нибудь придумаю, сказал я себе, пытаясь нащупать меч. Как всегда.

Но когда тень шагнула в дверной проём, нависнув надо мной и заполнив почти всё пространство своим огромным мечом, я понял, что в этот раз всё может закончиться иначе.

– Он верит, что ты действительно Фейтер, – пророкотала тень. – Но я сказал, что это не так. Фейтер держит в своих руках равновесие Вселенной. Фейтер не сбегает от битвы, как маленькая собачонка.

Я продолжал пятиться. Если бы я имел[146] хвост, я бы его поджал.

– Вставай! – загремела тень, размахивая огромным мечом. Я пригнулся, и меч разбил книжную полку. – Человек ты или мышь? Вставай и сражайся со мной!

Я перекатился на бок, и меч просвистел в воздухе у меня над головой, разрубив пополам рабочий стол Баста.

– Сражайся со мной! – ревела тень.

Я спрятался под одной из половинок стола, бессмысленно размахивая над головой мечом.

Я такой неудачник, подумал я. Я надеялся, что тень ударит по моему клинку, позволив мне перекатиться в сторону и подняться на ноги, но, увы, мой соперник просунул клинок в столешницу (чуть не прорезав мне третью ноздрю) и отбросил мой самодельный щит в сторону.