Остин Бейли – Костяная дверь (страница 34)
По мере приближения рокового часа на опушке леса стали появляться мятежники. Сначала они вели себя осторожно, но постепенно осмелели и начали прислоняться к деревьям и стелить одеяла на траве. Во время битв должно было соблюдаться перемирие, но последние несколько месяцев сражений научили их быть осмотрительными.
Пока мы ждали, Тайк предложила дать мне один из своих ножей, чтобы его увидели зрители, но я решил, что смогу сильнее поразить их, если выйду на поле боя без оружия.
Наконец появилась королева. Конечно, она снова притворялась служанкой, но при её появлении один из солдат вышел на поле и поднял красный флаг, чтобы его увидели с крепостной стены: это был сигнал к началу сражения.
Ворота заскрипели и медленно открылись.
Оттуда появился отряд из двадцати минотавров в блестящих доспехах, сверкавших в лучах утреннего солнца. На мгновение меня охватила паника. Где же Дрейк? Неужели наш план не сработал? Я был так уверен, что мой маленький трюк со Скайлой сработает…
Но потом я увидел его. Среди других минотавров Дрейка не было видно из-за его невысокого роста. Он шагал в самом центре группы. Почётное место.
На середине поля минотавры остановились и разошлись в стороны, пропустив Дрейка вперёд. На нём не было доспехов (сомневаюсь, что они смогли бы найти доспехи на минотавра такого размера), но в руке он нёс короткий посох из тёмного дерева. Было очень странно видеть его с оружием, но, если бы меня заставили выбрать для него вооружение, я бы выбрал именно такое. Я подумал, умеет ли Дрейк им пользоваться. Наверное, умеет. Он говорил, что его народ очень воинственный. Может быть, маленькие минотавры учатся сражаться в раннем возрасте, когда мы только начинаем учить алфавит…
Я понял намёк, горделиво прошагал по полю и остановился в нескольких шагах от своего друга.
Наверху, на зубчатой стене я заметил что-то фиолетовое. Госпожа Зи наблюдала за нами.
Вот и отлично.
Я повысил голос, чтобы меня услышали все.
– Я представляю королеву Каи, законную правительницу Дару. Ты готов к смерти?
– Голсггджош Каббджалк Икто! – крикнул Дрейк (наблюдавшие за нами минотавры закричали и энергично забили себя в грудь) и бросился в бой.
Я несколько секунд забавлялся с ним, совершенно не испытывая страха и держа всё под контролем. Я был так спокоен, что даже остановился и завязал шнурок. Потом, призвав свою невероятную силу, я вызвал с небес молнию и изжарил его до хрустящей корочки.
По крайней мере так это выглядело для всех остальных. А вот что случилось на самом деле.
– Голсггджош Каббджалк Икто! – крикнул Дрейк (наблюдавшие за нами минотавры закричали и энергично забили себя в грудь) и бросился в бой. Он замахнулся посохом, целясь мне в голову. Я так удивился, что не успел увернуться, и он задел меня по плечу.
– Ай! Что ты делаешь?
– Ты сказал, всё должно выглядеть по-настоящему! Какой у тебя план? – Дрейк замахнулся ещё два раза, а потом ловко развернулся и нанёс мне удар прямо в живот.
Я согнулся, задыхаясь, и сделал вид, будто завязываю шнурок. Я решил, что сражение не должно длиться слишком долго. Дрейк мастерски владел посохом, и, если он не прикончит меня в ближайшее время, это будет выглядеть странно.
Дрейк снова приблизился ко мне, и я отскочил в сторону, выпрямился во весь рост и повернул кнопку D6 («Молния»). С неба сорвался голубой зигзаг и распластался по земле, накрыв Дрейка. Я постарался отвести большую часть заряда в сторону, пожалев, что сегодня мой несчастливый день. Я знал, что зрители будут закрывать глаза руками, моргать или щуриться из-за ослепительного света, поэтому я повернул кнопку Е8, и Дрейк исчез в вихре красок, а вместо него на поле появилась изуродованная куча окровавленной плоти, покрытой шерстью минотавра.
Со всех сторон раздались возгласы и крики. Не обращая на них внимания, я театральным жестом воздел вверх руку и указал на Зи.
– Завтра в полдень, – крикнула она. – На этом же месте.
– Ты выбрала место, – ответил я. – И мы оба знаем, что ты могущественнее меня[124], поэтому я должен выбирать оружие.
– Как пожелаешь, – спокойно произнесла она. – Это не имеет значения.
Я кивнул и направился прочь, чуть не лопаясь от радости. Зи пока этого не знала, но она только что сама определила свою судьбу.
Глава 13
Мегапацанетта[125]
Остаток дня мы пировали, лечили ногу Тессы, бинтовали электрические ожоги Дрейка (ой!) и отдыхали. Мы все нуждались в отдыхе, поскольку никто из нас не спал ночью. Тайк хотела практиковать со мной боевое искусство, но я сказал ей, что в этом нет необходимости. Если всё пойдёт по плану, мне не придётся драться.
Следующий день был счастливым, и он навсегда изменил мою жизнь. Но не из-за того, что я что-то потерял или чего-то достиг, а из-за того, что я получил.
На рассвете Тайк потревожила мой мирный сон. Я хотел пожелать ей доброго утра, но она приложила палец к губам и попросила следовать за ней. Она подождала, пока я оденусь, а потом молча повела меня в тронный зал. Было очень рано, и комната была пуста. На мгновение мне показалось, что Тайк ведёт меня к трону, но она продолжала идти дальше, обошла постамент и направилась к массивным белым камням, вставленным в заднюю стену.
Тайк стояла перед камнями и ждала меня.
– Сними башмаки, – велела она. – Это священное место.
Она сняла свои мягкие кожаные туфли, и я последовал её примеру. Я неуверенно посмотрел на белый камень, восхищаясь изящной резьбой. Я понимал, почему Тайк считает его священным. На камне были изображены четыре времени года, на нём вырезали даже листья, семена и падающий снег. Наверное, команде ремесленников понадобились месяцы, чтобы создать нечто подобное.
– Это камень? – с любопытством спросил я. Резьба напомнила мне о столе из слоновой кости во дворе Скеллигарда.
– Это кость, – тихо ответила Тайк. – Древняя традиция моего народа. Однажды, в начале времён, по земле бродили великаны и убивали наших людей. Атар научил нас сражаться с ними, научил нас быть сильными. Мои предки убили первого великана, сломав ему кости голеней, и теперь кости великанов усеивают землю. Чтобы никогда не забывать об этом событии, наши священные двери с тех пор делаются из костей голеней. Когда ты проходишь в костяные двери, это значит, что перед тобой стоит вопрос жизни и смерти.
– Двери? – удивился я.
Тайк кивнула, просунула руку за украшенный изящными цветами край и распахнула белую дверь.
Комната внутри оказалась меньше, чем я ожидал, но у неё не было потолка, или же он был так высоко, что я его просто не видел. На каждой стене горел факел, а посередине на полу лежали две подушки. Тайк, скрестив ноги, села на одну из них и попросила меня сесть рядом.
– Теперь мы должны поговорить об Арденции, – серьёзно сказала она.
Я кивнул, не понимая, что она от меня хочет. Я не знал, почему Тайк вообще решила об этом поговорить.
– Это соединение, – сказала Тайк, поднимая руки, – одного человека с другим.
– Вроде дружбы? – спросил я.
Тайк наклонила голову.
– Арденция представляет собой намного более глубокую связь, чем обычная дружба.
Я занервничал. С каждой секундой мне становилось всё более неуютно.
– Значит, это что-то вроде брака?
– Нет. Арденция не имеет никакого отношения к любви. Она может соединять как мужчин, так и женщин.
Я вздохнул с облегчением. Я не думал, что мы с Тайк настолько близкие друзья, но, если она не собиралась просить меня дать ей совет по поводу брака, я был готов её выслушать.
– Арденция – глубочайшая связь моего народа, – продолжала она. – Она превосходит семейные и кровные узы. Это соединение одной души с другой, требующее полной и безоговорочной преданности.
Я медленно кивнул и указал на белый овал на её щеке.
– Это имеет отношение к твоему символу?
Тайк отвернулась и дотронулась до овала.
– После заключения Арденции Атар наносит символы на лица допотопных людей, чтобы запечатать связь.
Я кивнул, подумав о допотопных людях, которых уже успел встретить. Потом я нахмурился.
– А с кем связана королева Каи? – спросил я. – У неё есть король?
Тайк с нежностью улыбнулась.
– Нет. Королева связана со своими людьми. Она связана с каждым мужчиной, женщиной и ребёнком, которыми управляет.
– Ух ты!
– Да. Обычно Арденция связывает только двоих, но с королевой всё иначе.
Я откашлялся, потому что больше не мог откладывать очевидный вопрос.
– Так кто же этот счастливец? – Я помедлил. – Или счастливица.
Улыбка исчезла с лица Тайк, и когда она посмотрела на меня, я увидел в её глазах отражение долгих прожитых лет.
– Ты, – ответила она. – Да, – громко повторила она. – Я связана с тобой.
Конечно, я был очень развитым для своих тринадцати лет. Развитым не по годам. В душе мне было почти шестнадцать. Но меня ужасно напугала мысль о неромантической неженитьбе на симпатичной тысячелетней ниндзя. Я вскочил и безумно расхохотался. Такой звук может вырваться из вашего горла, когда вы понимаете, что должно случиться что-то жуткое и странное, и ваш мозг пытается одновременно смеяться, плакать и кричать.
Тайк встала и обеспокоенно посмотрела на меня.