Оро Призывающий – Меня учит Смерть. Том I — Абитуриент (страница 12)
— Я вообще… — продолжал он на ходу, — слегка озадачен тем, что произошло и тем, что вы тут устроили.
— Мы?!
— Люди.
— Так Прорыв случился из-за людей?
— Определённо, — кивнул он. — И эти же самые люди понимали, что я не обрадуюсь, так что… постарались задержать меня. Настолько, насколько смогли.
Звучало примерно логично. И всё-таки вопросы продолжали тесниться у меня в голове.
— А раз ты был задержан… Почему… — я помотал головой, пытаясь сформулировать это получше. — В смысле, если ты — Смерть… разве тогда эти двадцать лет не должно был не быть смерти? Ну, как в легендах, когда никто не умирает, и…
— Ах да, да, все эти старые сказки про смерть в мешке! — рассмеялся мой собеседник. — Вот и те ребята тоже так считали. Думали, победят Смерть — и никому не надо будет умирать… Серьёзно? Я же не сказочная бабайка. И не дьявол, виновный во всём зле мира. Я — персонификация явления, его упорядоченная воля. Если убрать меня, смерть как процесс не прекратится. А вот порядка на моей стороне станет поменьше. Всё то, что я сдерживал, вырвется к вам — не со зла, а просто потому, что может…
Мы дошли до выхода наружу. На улице лил дождь — сильный, осенний; всё небо было затянуто тёмными свинцовыми тучами, отчего казалось, что уже поздний вечер.
Подходящая погодка для возвращения Смерти в мир.
— И что дальше? — уточнил я.
— Дальше? — он опять пожал плечами. — Пройдусь, осмотрюсь… а там видно будет. Хотелось бы, конечно, найти ребят, которые за всё это в ответе, и потолковать с ними по душам, но проблему это не решит. Буду думать, как всё поправить…
— А я?
Он удивлённо поглядел на меня.
— А что ты? Ты пойдёшь домой и будешь дальше жить своей смертной жизнью, вот и всё, парень.
— А разве… — я почесал в затылке.
— Что «разве»? Ты думал, мы теперь связаны навеки, и я возьму тебя в ученики?
Хм. Наверное, да, что-то такое и вертелось в моём создании, безнадёжно испорченном поп-культурой — и только теперь, когда Смерть произнёс это вслух, до меня дошло, как тупо это звучит.
— Может быть, мне тебя ещё и своим аватаром сделать? — усмехнулся Смерть. — Забраться к тебе в черепушку и нашёптывать всякое… Ты не Избранный, парень. Свою миссию ты выполнил, и награду за неё тоже получил.
— Награду? Это ты про Клятву?
— Про неё. Плюс к тому — ну, ты жив, — рассудил Смерть. — Ты выжил в ситуации, когда все шансы были не в твою пользу; побывал на Той Стороне и вышел. Я даже раны тебе залечил слегка — так, от себя, в качестве бонуса.
Я молчал. Всё так, но… знаете, если бы сейчас Смерть предложил мне пойти за ним, отправиться в какое-то невероятное путешествие — это выглядело бы логичным продолжением всего случившегося сегодня. Так же выходит, что мне надо просто… идти домой? После того, что случилось — вернуться к обычному быту?
Сюр какой-то.
— А как же месть? — неожиданно вспомнил я. — Ты обещал мне. Там, на Той Стороне…
— Я обещал шанс на месть, — поправил меня Смерть. — Ну, те ребята, что внутри… ты видел, что с ними.
— Это же просто исполнители! — я покачал головой. — Честно говоря, я думал, ты хотя бы скажешь мне, кто их послал, чего они хотели… да хоть где искать-то?
— Так я же говорю — я понятия не имею, кто их послал и чего они хотели, — терпеливо объяснил мне Смерть. — Думаю, ты и сам догадался, что это как-то связано с твоим университетом — вот в той стороне и ищи, если хочешь этим заниматься. Мсти, если есть силы и желание. Или можешь просто забыть о произошедшем и жить дальше.
— Забыть?! Ты серьёзно? — не поверил я.
— Образно говоря, — Смерть махнул рукой.
Мы замолчали, глядя на дождь, всё так же свирепо лупящий по крыльцу, земле и машинам. Свистел ветер, шумели кроны деревьев. Буря выглядела обычной, ничуть не сверхъестественной, но чертовски неуютной; выходить наружу не хотелось, даже учитывая, где я находился и что здесь пережил.
Я обернулся. Тьма стояла в конце коридора, не двигаясь и сверля нас тускло-алым взглядом.
Нет, пожалуй, лучше всё же тут не задерживаться. Особенно после того, как Смерть уйдёт.
— Значит, на этом расходимся? — зачем-то спросил я.
Смерть усмехнулся.
— Парень, ты немного странный. Обычно люди радуются, когда у них получается избежать встречи со Смертью.
— Будешь тут странным, — вздохнул я. — Коснуться Той Стороны и остаться обычным… это было бы уже чересчур.
— И то верно, — прикрыв глаза ладонью, Смерть поглядел куда-то вдаль. — Что ж. Рад был пообщаться, но мне пора.
Он шагнул вперёд, и я увидел, что капли дождя не трогают его; будто вода идёт прямо сквозь него.
Читер. Он вообще материален?
Я поспешил шагнуть наружу, пока в Тьме не проснулся её зверский аппетит; струи холодной воды хлынули на меня с неба, залили целиком — а когда я сощурился, пытаясь что-то разглядеть в этом бесконечном потоке, Смерти рядом уже не было.
Почему-то мне было от этого немного грустно. Может, я и правда странный?
Около Могильника стояли две машины — автобус, высадивший нас, уже уехал, но остались два джипа, на которых приехали Зверь и те ребята с автоматами, мир их праху. Мне это мало чего давало — водить я не умел, разве что дождь переждать внутри… но задерживаться здесь хоть сколько-то мне не хотелось. Ну его нахер, мало ли, что ещё случится!
Что дальше?.. Возвращаться ли мне в Немёртвый, или наоборот, избегать его как огня? Кому и о чём рассказать, а кому и о чём промолчать? Искать ли мне виновников того, что случилось сегодня, или же лучше не вскрывать эти тайны, которые ещё невесть что мне принесут?
Ответы на эти вопросы можно было найти и потом; сейчас же передо мной стояла простая и ясная задача. Добраться до дома.
Проблема была лишь в том, что находился я далеко за городом. И я понятия не имел, как далеко отсюда до цивилизации или даже в какую сторону мне идти.
Глава 7
Ливень зарядил незадолго до полудня, и с тех пор лил не переставая. Самая погодка для… чего-то такого, из старых фильмов ужасов.
Когда-то давно, в студенчестве, ещё за пару лет до Прорыва, Ингрид Зоммер смотрела тот старый ужастик, про Франкенштейна; теперь что-то такое и крутилось у неё в голове. Образы, искажённые годами, были смутными, но почему-то всё равно казалось, что ещё вот-вот — и из-за поворота покажется то ли мрачный замок, то ли величественный викторианский особняк, в котором зловещий доктор Франкенштейн ловит молнию, чтобы пропустить её через накрытое простынёй тело, лежащее на прозекторском столе…
Увы, готических замков и особняков пока не попадалось; конечной целью их поездки было место, безусловно, жуткое и мистическое, но снаружи выглядящее как заброшенный деревенский дом с выбитыми окнами. А вместо Франкенштейна, пожалуй, она сама. А что? Национальность совпадает, цели и род деятельности, в каком-то смысле, тоже. И даже силы, с которыми они так запросто заигрывают…
— Слушай, я всё думаю… Это ведь не может нас подставить? — прервал поток её мыслей собеседник, сидящий рядом с ней, на пассажирском сидении. Водитель, гнавший машину по размытой ливнем загородной дороге, был отделён от них звуконепроницаемой перегородкой, так что никто не мешал им говорить без экивоков. — Мы вот едем туда, лично; мало ли, на какой камере засветимся, или кто поинтересуется…
— Не о том беспокоишься, Миша, — вздохнула Ингрид, поворачиваясь от залитого дождевыми струями окна к высокому человеку с худым лицом. — Не о том. Мы ведь и по плану должны были туда приехать… просто после сигнала от Зверева.
— Вот именно, что после. Сигнал был бы зарегистрирован, у нас был бы совершенно законный повод…
— Чует моё сердце, он у нас будет и так, — Ингрид поджала губы. — Говорю же — не о том беспокоишься. Волноваться нужно о том, что мы там увидим.
— Думаешь, что-то пошло не по плану?
— По плану Зверев должен был связаться с нами ещё час-два назад. По плану — с ним было четверо твоих силовиков, которые тоже связались бы с нами, если бы Зверев не смог…
— Вот именно. Они не связались, значит, повода для волнения нет. Может, просто какая-то задержка! — Михаил пожал плечами. — Может, кто-то из этих парней продержался подольше, мало ли. Или они попали в пробку и прибыли туда на час позже…
Ингрид покачала головой. Никто в пробку не попадал, это точно. И к тому же…
— По плану, — припечатала она, — никто не должен был использовать Дверь. А её использовали. Два часа назад; как раз тогда, когда мы должны были получить сигнал. Думаешь, использование Двери — это «повода для волнения нет?»
Михаил замолчал и нахмурился, явно что-то обдумывая про себя. Он уже хотел было открыть рот, когда неожиданно что-то с силой врезалось в машину сзади, швыряя её вперёд. Та заскрежетала; в мокрые окна полетели комья земли, Михаила швырнуло прямо на его собеседницу…
— Какого?!! — Ингрид ухватилась за ручку двери.
Джип явно занесло; машина перекосилась — и ухнула куда-то вниз, в размытый кювет, устрашающе грохоча.
— Да что!.. — обернувшись на собеседника и убедившись, что он жив, шумно выдохнуло. — Что сегодня за день-то такой!
…важный день. Ответственный. Чёрт. Как будто весь мир против неё, против того, что она делает…
Ингрид выскочила наружу; Михаил тут же последовал за ней. Из второй машины, небольшого бусика военного образца, уже вываливались парни в форме Отдела по борьбе с некротическими прорывами. Это именно он, заскользив внезапно по мокрой сельской дороге, врезался в них.