Оро Призывающий – Мастер меча тысячелетней выдержки. Том III (страница 47)
Да, кое в чём он прав; мне повезло, что у меня с собой сегодня именно этот меч. Забавно, да, что у меня, мечника тысячелетней выдержки, не было своего личного меча, как у Влада или Хаска? Всё потому, что опыт приучил меня не привязываться к вещам, как бы хороши они ни были.
Но сегодня… именно меч Ареса — божественный меч — помогал мне наносить Антону раны. Да, пусть те сразу затягивались, но обычный, человеческий клинок его сейчас не взял бы вообще, будь я хоть лучшим фехтовальщиком во Вселенной!
Вот и следующий удар, нацеленный в шею и грудь, задел его тоже; Антон зашипел от боли, а я тут же активировал дар Шезму. Рана всплеснулась алой кровью; Антон схватился за шею…
Пользуясь тем, что он потерял инициативу, я атаковал его снова, а затем ещё, и ещё…
Первые два удара прошли, пусть и не причиняя особого вреда; третий Антон сумел отбить, вскинув свой чёрный клинок. Скрежет!.. С секунду мы оба напряжённо глядели на оружие, ожидая, какой из божественных клинков уступит и сломается первым, а потом оба, синхронно, не сговариваясь, отпрянули назад. Оба понимали, что сломанный клинок сейчас — верный проигрыш, и никто не хотел рисковать.
Ха!.. Значит, Антон уже понял, что дерёмся мы всерьёз, и это вовсе не лёгкая победа, которую он себе нафантазировал. Вон, уже не смеётся и не сыплет шуточками, а стиснул зубы и кидается в атаку…
Чёрт. А царапины-то остались на моём клинке.
Я отскочил назад, давая Антону пролететь вперёд на силе собственной инерции, и затем рубанул ему по спине; на этот раз удар не оставил даже царапины, но лишь потому, что я и не целил в него самого. Клинок перерубил один из ремней его лёгкого нагрудника, и тот неудобно повис на оставшемся.
Мой меч менее прочный, чем его. Пока это только пара царапин, но ещё несколько таких клинчей, и он сломается. Чтобы не быть убитым через пару секунд после этого, мне нужно уже сейчас подумать о том, как ослабить защиту Антона, максимально его ранить, пока меч ещё в моих руках…
Антон попытался было развернуться, крутанувшись на пятках, но я проскочил мимо и дёрнул его за волочащийся позади плащ. Рывок — и Антон уже с криком летит вниз, со здания, на битые кирпичи… Удар! Поднявшаяся пыль взвилась до неба, и я, спеша сменить диспозицию до того, как он придёт в себя, спрыгнул с крыши с другой стороны. Увы, такое падение его не прикончит.
Прикончит… чёрт, есть ещё одна сложность. Если он — посланник Дита, то даже если я его убью, Дит просто вернёт его из мёртвых, пошлёт обратно! Сможет он вернуть его таким же всесильным, или этот заряд силы выветрится при перерождении? Да я понятия, блин, не имел! Никогда не попадал в такие ситуации…
Из-за угла разрушенного здания уже слышались грохот и рассерженный крик в духе «Выходи, подлый трус»; может, попытаться зайти с другой стороны? Хм… А если так…
Берик, слушать команду!..
…глаза Антона Кислевского загорелись, когда он увидел, как я, чуть хромая, шагаю к нему из-за угла здания.
— Что, уже не такой довольный, мразь⁈ — он снова улыбнулся. — И тебя, значит, можно за-а-а-а!!!
Это Берик, подчиняясь моей мысленной команде, возник из воздуха и бросился на него прямо со спины, стараясь прокусить и стальной доспех, и кожу.
Я в ту же секунду бросился вперёд, прекратив изображать хромоту. Не-а, я ещё не настолько ранен и слаб, не дождётесь! А вот поспешить стоит — не нужно обманываться, Берик, конечно, силён, но Антон в его нынешнем состоянии способен выбраться из его захвата, а то и, чего доброго, покалечить пса сможет. Тот, конечно, бессмертный, а всё равно неприятно…
Так и есть — продолжая орать что-то непечатное, Антон сумел высвободить руку и с размаху воткнул чёрный клинок прямо в пасть Берику (в ту, которой тот его держал). Бедный пёс взвизгнул, разжимая челюсти…
По счастью, я был уже внизу — как раз вовремя, чтобы встретить падающего Антона косым ударом клинка. Хлынула кровь — много крови, ведь доспех Антона был полностью сжёван Бериком, а на теле алели свежие раны. Наконец-то! Дар Шезму…
…а затем поток энергии смерти хлынул во все стороны.
Наверное, я бы тут и закончился, если бы не Берик. Взвизгнув, он схватил меня и громадным прыжком оттащил подальше. Чёрная энергия догоняла, причиняла боль, точно внутри костей кто-то разлил жидкий металл…
— Мне… это… надоело! — орал Антон, вставая. Дар Шезму не успел причинить ему вреда; на лице Кислевского играла ярость. — Хватит играть! Сейчас ты сдохнешь…
Чёрт… я и правда чуть не сдох. Берик спас меня, но надолго ли?
Пёс осторожно опустил меня на камни; я похлопал его по громадной лапе.
— Давай… уходи. Если будешь нужен, я позову ещё.
Берик жалобно заскулил двумя пастями (из третьей всё ещё капала кровь, вываленный язык сильно распух), но послушался; я попытался встать… чёрт. Последняя атака, кажется, задела меня сильнее, чем я надеялся.
Антон, похоже, заметил это; он перехватил свой меч и приближался, не спеша, давая своим ранам время, чтобы затянуться… блин, но мои-то не затягивались так играючи! Я направил часть божественной силы на исцеление; боль уменьшилась, и я смог встать…
Вот только мои силы не подпитываются Дитом. Буду делать так часто — ослабею, потрачу их в никуда. Конечно, сейчас их много, но всё-таки запас не бесконечен…
И в этот момент рядом со мной что-то прошелестело. Что-то… невидимое.
— Сизиф! — раздался рядом знакомый голос. — Держи!
Чего? Влад Кислевский?
— Эй, я же велел тебе…
Фигура Влада чуть проявилась в воздухе — и снова погасла. Он что, прячется под накидкой Артемиды? Да, я, конечно, приволок её с Олимпа на Землю, но ведь та была прожжена, потеряв свои свойства, а починить её у нас никак не получалось…
— Да держи же! Скорее! — Влад протягивал мне что-то… вот только обращаться с накидкой невидимости он, кажется, ещё не научился, а потому я не видел, ни что он мне даёт, ни даже где его рука.
— Да где ты⁈
— Эй, что там происходит⁈ — Антон, кажется, тоже что-то заметил. — Что за хитрость ты задумал, Сизиф?
— Ключ от Тартара!.. Держи!! — Влад сунул мне в руку что-то твёрдое, холодное. — Давай, пока он не подошёл…
Его фигура и правда странно мерцала, появляясь и исчезая. Похоже, плащ так и не сумели починить до конца, и теперь невидимость «сбоила».
— … а я уже подошёл!! — заорал Антон. — Влад, придурок, я тебя вижу! Я ведь предупреждал!
Новая волна чёрной энергии — и нас с Владом обоих откидывает назад; новая боль, новая порция жидкого металла в костях. Развернув Эгиду, я попытался прикрыть нас обоих — хотя бы частично, меч вылетел из моей руки…
Падение было жёстким, несмотря на всю божественную силу. Значит, я уже потрёпан, раз даже такое незначительное повреждение остаётся болью. Да уж… Дит всё рассчитал. Накачал своего эмиссара силой под завязку.
— Влад… ты как? — не вставая, я потянулся к Владу. Накидка Артемиды слетела с него, и тот лежал, на грани потери сознания.
— Дай мне… свой меч!.. — захрипел я, потянувшись к Эскалибуру. — Мой… там… не дотянуться…
Я не вставал с камней, не поднимался — лишь тянулся, и тянулся, и тянулся… Чтобы достать до рукоятки Эскалибура, не хватало всего сантиметра или двух — бывает же так…
— Это хочешь взять? — подошедший поближе Антон с издевательской улыбкой наклонился и поднял Эскалибур. Теперь, когда он видел, что враг почти побеждён, к нему вернулась уверенность; он снова улыбался. — Не-а. Это моё. И это тоже… и это…
Он наклонился снова, сдирая с меня Эгиду, затем взялся за печать от Тартара.
— Не бойся, Сизиф, я не отправлю тебя в Тартар, — заметил он. — Ведь тогда ты не попадёшь к Диту… а он хочет поговорить с тобой сам!
— Что же… сам и не… явился? — прохрипел я.
Но Антон уже не обращал на мои слова внимания; он перевёл взгляд на Влада, играя перед ним Эскалибуром. Свой чёрный клинок он отбросил назад, как не нужный.
— Наконец-то!.. — выдохнул он. — Эскалибур у меня. Как и должно было быть с самого начала! Ты знал, Влад, что кто возьмёт этот меч, тому суждено стать королём, и удача никогда от него не отступится? Смешно… смешно было даже подумать, что королём может стать неудачник вроде тебя. Ты просто подержался за меч и всё равно принёс его мне. Видишь, как судьба сводит всё к тому, к чему и должна была?
Антон рассмеялся, занёс клинок надо мной…
…и я одним прыжком оказался сбоку — у меча Ареса. Там, куда я сам его отбросил.
Что, Антон, поверил, что меч сам выпал у меня из руки?
— Ах ты сволочь!.. — взревел Антон, кидаясь за мной. — Кого ты хотел надурить⁈..
Я ударил мечом наотмашь; он, не успев накинуть на себя Эгиду, выпустил её из руки, отшатнулся назад — и, матерясь, полетел на камни. Даже если ты очень-очень сильный и буквально бурлишь внутренней силой — ты всё равно можешь споткнуться!
Я не терял времени; теперь всё решат секунды, даже доли секунд. Удар — я тут же попадаю Антону по лицу, оставляя на нём глубокую царапину; он пытается ударить в ответ, но промахивается и снова падает на кирпичи…
Что, Антон, не понимаешь, в чём дело?
А я понимаю. Ведь этого я и добивался. «Выронить» свой меч и тянуться к Эскалибуру, будто бы ещё вот-вот — и дотянусь…
Я-то знал, как ты мечтал завладеть этим мечом. Знал, что ты не сможешь пройти мимо него.
Разве я не говорил, что скорее руку себе отрублю, чем коснусь его рукояти?