Орнамент – Фиеста Прямоушкина (страница 16)
– Я ж говорил с ним на улице! – сокрушался он.
Серебринк развёл руками:
– Осознал своё счастье, да случай ушёл… – процитировал он Тёмного Талисмана, – Такое сплошь и рядом.
Хокори же ревел:
– И как я в нём особу не признал-то, а? И двигается же… И говорит, будто… Я не знаю… А я не признал! – поднялся пёс, разбитый, и спросил сквозь стыд, – Он же и общаться со мной теперь наверное станет?
Консул промолчал. Гайли приголубила:
– Мало ли? Не значит же, что тебе нельзя попытаться!
Хокори ткнулся ей в ладони, вздохнул и оставил сочувствующих позади. Он глянул в окно:
– Мало того, что он сам матёрый такой… Так я его ещё и обидел поди. Не пойду я к нему с пустыми руками. Мяса ему что ли принести? – задумался он, – Ну ладно. Спасибо хоть на этом, Женя. Поищу твоего талисмана. Шумной ночи, ребят!
Благо интерфейс успел завести стекло – пёс благополучно выпрыгнул и ничего не задел.
Серебринк вернулся в ложе. Он положил на колени подушечку, устало осмотрел свиту и ушёл в себя.
– А-а-а… А-а-а… А где-е-е он мя-а-а-со брать собра-а-лся? – трусливо проблеял Парлок.
…Ночь и правда будет шумной.
7. Пускай Звезда купается
Прямоушкин ошибался ещё кое в чём: “аборигены” додумались-таки воспользоваться транспортом. Нет, на кайтобус они, конечно, не сели – Ченгли вовремя сообразил, что вдесятером (на тот момент ещё вдесятером) они доставят попутчикам много проблем.
Так что сели на кай-кай. И у них даже нашлось, что дать взамен – Пелеринка предложила свою единственную опаловую монетку. Это с ней она хотела отправиться в Изобилику, чтобы даже при большом спросе на её размер точно выйти с новой парой туфель.
Но какие теперь могут быть туфли?
Пелеринка держала Ченгли за руку и говорила. Она всё рассказывала и рассказывала. И сейчас её не пытались остановить. Уж очень было интересно – о чём-о чём, а об опаловых монетках, о красивых вещицах и интересных местах чайные феи всегда готовы послушать.
– …Мы с Колей и Ритой ездили в Озурачи в первую неделю Сотворинка. Мы выходили на прогулки по ночам и собирали опал. Вот. Монетки вообще-то всегда с неба падают, но ночью их лучше видно – в них звёзды отражаются. А в Озурачи их попадает больше всего. Их лучше по бассейнам искать, ближе к Теплинту, потому что те, что на земле валяются, быстро полёвки растаскивают. Вот… Ну мы по дну и ходили – целые корзинки собирали. Я тоже по две-три в подоле уносила. Разрешали оставить. Да. Там же главное – до восхода успеть. На восходе туда приходят от Администраторов и забирают всё-о дочиста. Сколько-то опала они оставляют себе, а остальной – пускают по рукам. Но что точно, они вытаскивают из монет самое главное, – таинственно наклонилась фея, – Внутри этих монеток – осколочки. Мне Коля показывал. Если монетку расколоть, много чего найти можно. Там такие штуки, которых на Эквалюниуме нет и не было… Это с других миров остатки. Планеты рушились, звёзды гасли… А то, что осталось, теперь к нам падает. Вот.
Пелеринка рассказывала прямо как Шант Ханум. Бабушка приезжала иногда в Сахарочи и также собирала фей вокруг себя. Она приносила с собой оранжевый светильник и ставила посреди круга. Так и сидели до самого вечера.
В Сахарочи даже специальная полянка есть для таких сборов. Она оформлена со вкусом. К ней ведёт тропинка через трубуковый лес.
– А зачем они забирают осколочки? – залез Коулун на тумбу.
Пелеринка игриво прищурилась:
– Они превращают их во всё, чем мы пользуемся. Коля говорил, что Изобилика… Вон там, – показала она, – Это одна большая фабрика. И там такие машины стоят… “Филопсофские” называются, которые превращают одно в другое21. Вот только с едой они так не могут…
Ченгли сдерживал позывы и криво улыбался. Ну уж очень долго говорила Пелеринка на одном дыхании. И насколько же хорошо работала её память! Ни на минуту не остановится продумать фразу. Одна за одной, одна за одной, нескончаемым потоком. Конечно, корявенько иногда звучало… Но не Ченгли её за это упрекать.
Притом, он тоже находил её речи полезными.
А вот транспорт такого мнения не разделял. Четырнадцать чайных фей сменили уже три кай-кая. Вернее, кай-каи раз за разом сбагривали их друг другу.
– Сам поймёшь! – бросал один кай-кай другому и быстро скрывался в переулках.
С последним было то же самое. И он уже давно всё понял. Но вот ему предавать пассажиров не хотелось. Притом, двигаться-то осталось всего около 500 метров… И, о 17-Ладошек, спасибо, что в Изобилике закрыли сквозное движение!
Ченгли обдумывал порядок действий. Перед ним стояло два вопроса: первый – насчёт Птиц, второй – насчёт талисмана. С первым было более-менее ясно: устранить, и всё на этом. Нет, разумеется, расчехлять веера Ченгли скомандует только в самом крайнем случае. Ведь так-то у него на уме была идея предложить Стайке партию в шахматы… Или во что-нибудь другое.
Всё-таки достойный соперник всегда предпочтёт потасовке адекватную честную игру.
Со вторым же вопросом было несколько сложнее – господин Прямоушкин просто исчез. Подумать только, три часа чайным феям удавалось не выпускать его из виду… А тут, секунда – и его нет.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.