Орис Орис – Ииссиидиология. Основы. Том 6 (страница 4)
– Э. Фрича, Э. Гитцига и В. Беца (обнаружившего гигантские «функционально доминантно двигательные» пирамидальные клетки), которые в семидесятых годах XIX века, раздражая кору головного мозга собаки электрическим током, впервые установили, что стимуляция некоторых ограниченных участков коры приводила к сокращению отдельных мышц, и тем самым доказавшими данными экспериментами наличие в коре головного мозга изолированных «двигательных центров».
Хронологическое описание философско-антропологических теорий поведения объективно невозможно без упоминания бихевиористического направления – работ И.М. Сеченова и И.П. Павлова, преобразовавших изыскания Д. Уотсона в практику условно рефлекторного научения, перестав пугать детей наэлектризированными кроликами и перейдя на эксперименты с условно окололлууввумически менее жесткими нейрофизиологическими манипуляциями на собаках. Далее они реформировались В.М. Бехтеревым в «объективную психологию», в рамках которой рефлекторный процесс рассматривался как конкретное выражение и способ реализации любой ФД, представляющей единый нервно-психический процесс, в котором в нерасчленённом виде представлены и физиологические, и психические компоненты, а сама же деятельность человека ограничивается суммой рефлексов, различающихся по сложности, характеру и особенностям организации. Попутно не можем не отметить тот факт, что В.М. Бехтерев является также автором одной из теорий «Бессмертия», в основу которой, по сути, положены интуитивные описания ученым динамики межвозрастных постревитализационных внутриутробных амицираций (перефокусировок).
Выполняя обещанное выше лимитирование изложения данной статьи рамками «от Галена до Крика» и не ставя перед собой целью детальное рассмотрение революционных теорий генетического и эпигенетического детерминизма, перешагнув через столетие, предлагаем совместно с читателем перейти к описанию подхода, официально декларируемого современными нейронауками (нейропсихологией, нейрофизиологией, нейроморфологией, нейрогеномикой и т.д.), изучающими головной мозг высших приматов, включая человека.
Во второй половине ХХ века впервые на проблему отсутствия унифицированной общепризнанной теории мозга, а также на факты непонимания устройства и принципов его работы было указано первооткрывателем структуры ДНК, лауреатом Нобелевской премии Фрэнсисом Криком, написавшем аналитическую статью о головном мозге, в которой говорилось о том, что мы ничего не знаем о мозге и его устройстве, при этом им был проведен анализ существующих подходов к изучению мозга и показано отсутствие новых концептуальных идей в понимании его функционирования, а также сделан вывод о том, что мы и поныне находимся в эксцедерично-допарадигмальном (промежуточно необщепризнанном) периоде развития. Вышеприведённое высказывание вынуждает автора статьи использовать применительно к описанию состояния современной нейронауки цитату Г. Горина из «Анатомии любви»: «… легкие дышат, сердце стучит, а голова – предмет тёмный и исследованию не подлежит…».
Тем не менее наука не стоит на месте, исследования головного мозга совершенствуются, и я считаю необходимым провести их краткий обзор, начав описание современно-признанных нейрофизиологически обусловленных теорий поведения с краткого изложения вышеупомянутой триединой модели эволюционно опосредованной структуризации головного мозга П. МакЛина. Американский невролог в конце ХХ века удивительным образом, пусть и сверхсимплексно (очень упрощенно), предвосхитил описание энергоинформационной взаимообусловленности, жёсткой детерминации между активностью конкретных кармических каналов определенных ИИССИИДИ-Центров и динамикой соответствующих зон головного мозга, использованное в 6-м томе Основ Ииссиидиологии. «Мы должны посмотреть на себя и на мир глазами трех совершенно разных личностей, две из которых не вооружены речью. Данная концепция декларирует то, что человеческий мозг равнозначен трём взаимосвязанным компьютерам, каждый из которых имеет свой собственный разум, свое собственное чувство времени и пространства, собственную память, двигательную и другие функции», – отмечал П. МакЛин при описании триединства ретикулярного (рептильный мозг), эмоционального лимбического (млекопитающий мозг) и визуального (неокортекс) отделов ЦНС. Данная бирвуляртно-конвергентная (эволюционная) теория, декларирующая первостепенную потенциальную значимость для нашей схемы синтеза интуитивного приёма информации подсознания через структуры неокортекса внутри описанной выше триады, несомненно является достаточно профективной, однако не может не восхищать то, что для изучения эгллеролифтивно-амплификационной сути развития ФС в человеческом направлении для нас инстраурационно (первозначно, истинно) и условно самодостаточно, не вдаваясь в стомиллионнолетнюю ретроспекцию R-комплекса (официальная дата возникновения рептильного мозга), более внимательно отнестись к подсказкам «эмбриогенетических» динамизмов головного мозга высших приматов. Дело в том, что на этапе эмбриогенеза, вызывая невольную ассоциацию с базовыми принципами распространения Информации, процесс развития головного мозга представляет собой анатомическое выворачивание нейронных структур изнутри наружу – новые нейроны, образуясь в глубине созревающей коры, продвигаются сквозь заросли уже полностью дифференцированных нейронов вышележащих слоёв, абруптационно (нейромолекулярно-объективно) данный динамизм обеспечивается дуэтом белков рилина и N-кадгерина. Концепция МакЛина хотя и выглядит для ииссиидиологически подготовленного читателя сегрегатированно фигментированной (субъективной и надуманной), однако она на сегодняшний день является одной из немногих теорий поведения, которая понятийно (сфуурммистически, мыслеобразно) объединяет материал, представленный в 6-м томе Основ, с научно-общепризнанными теориями философской антропологии. Для подтверждения данной оценки достаточно прочитать о том, что в анонсируемом томе микстумные аналоги НУУ-ВВУ-Формо-Типов представлены как узкодиапазонное, но энергоинформационно тождественное смешение высоковибрационных уровней разумности и чувственности (ВЧИ и ВИА) с объективно примитивными эгоистическими динамизмами творцов первой пары ИИССИИДИ-Центров, что по факту и приводит к «фаталистическому» парадоксу – Творцы очень сложных корковых формо-структур, обеспечивающие работу «личностного» Самосознания в высокочастотных Уровнях третьего и четвёртого Центров, анатомически соседствуют с Творцами достаточно «примитивных», свойственных животным, нейронных образований, функционально обеспечивающих выживаемость и воспроизводство нашего нынешнего высшеприматного «животно-человеческого» вида.
Объективно то, что, несмотря на многотысячелетнюю историю изучения, понимание устройства и принципов работы головного мозга человека по настоящее время является неразрешённой загадкой и представляет собой центральную проблему всей мировой науки, что обусловило, в частности, создание и реализацию в первой декаде XXI века целого ряда глобальных научно-исследовательских проектов изучения мозга с фантастическим государственным финансированием: проект “Connectom” (с 2005 по 2015 гг., США, финансирование – 100 млн. долларов США), проект «Blue Brain» (2006 г., Швейцария, 100 млн. евро), проект “Human Brain Project” (HBP) (2012-2022 гг., Еврокомиссия Евросоюза, 1 млрд. 190 млн. евро), проект “Brain Initiation” (2013 г., Правительство США, 2014-2024 гг., 3 млрд. долларов США, по 300 млн. долларов в год), проект “Big Brain” (2005 г., США, корпорация Microsoft, 60 млн. долларов США) и т.д. При этом отметим, что, с точки зрения ортодоксального научного подхода, в понимании нуждается не анатомическое строение и нейрофизиологические процессы, происходящие в головном мозге – эти аспекты мозга не вызывают у современных учёных вопросов и сомнений (что само по себе вызывает вопросы у читателей, ознакомившихся с материалом 6-го тома Основ), а не решена фундаментальная проблема понимания базовых принципов работы головного мозга и физических и биохимических основ его устройства. От себя замечу, что это менее дисторсивное (более объективное) понимание как раз и возможно при пекулировании (использовании) менее искаженной информации, предложенной в 6-м томе Основ, описывающей не только новый подход к значимости анатомических структур (клауструмов, дендритных шипиков, микротрубочек, различных зон префронтальной коры, ликвора и т.д.), но и принципиально первостепенную роль НВК в качестве абиссального (бесконечного по своей сути) источника информации.
Необходимость данного революционного реформирования обусловлена самим фактом партикулярности (разобщённой неединообразности) современных научных представлений об устройстве и принципах работы головного мозга, использованием полярных по содержанию и форме технологий исследования, необходимостью овладения широчайшим диапазоном продвинутых мультидисциплинарных знаний в различных областях фундаментальных наук (от квантовой физики и информатики до геномики и молекулярной биологии). Данный вариант амплификации (эволюционности) научных представлений, наиболее понимаемый и близкий автору данной статьи, – использование ииссиидиологической парадигмы – будет способствовать разрешению основного парадокса стратегической стагнации современных представлений о мозге, заключающейся в том, что, несмотря на применение инновационных высокотехнологичных компьютерно-диагностических методов в исследованиях мозга (генно-инженерных, оптогенетических, в частности ДНК-тикерных методик, таких как, например: флуоресцентное секвенирование