oR1gon – Драконье Пламя: За Порталом (страница 267)

Пройдя внутрь, Ярость Бури не смог удержаться от довольной улыбки. Ему очень нравился основательный подход Цитадели. Сам-то он не понимал, как будет использовать свалившееся на голову богатство. Не в той плоскости лежали его навыки. Однако, ничего не мешало начать учиться новым граням любимого ремесла, раз уж, в кои-то веке, все к тому располагало.

— Вижу, ты рад. — констатировал владыка Цитадели.

— Не рассчитывал даже на малую часть всего, что ты готов мне дать. — честно признался Иллидан.

— Одно дело делаем. Главное — не оступись, и врата Цитадели всегда будут для тебя открыты. — хлопнув эльфа по спине, Страж пошел вперед. — Есть кое-что еще. Как раз по твоей специализации.

Подстегиваемый душевным подъемом, странным распирающим чувством в груди, охотник на демонов пошел вслед за драконом, не особенно раздумывая над его словами. Больше его интересовало все то обилие, что скрывалось в закрытых хранилищах. Зрение позволяло заглянуть за нетолстые стены, утоляя это любопытство.

Впрочем, когда пришлось остановиться перед высокими каменными вратами, Ярость Бури подобрался. Сработало чутье, вот только, оно почему-то не могло указать, где точно находится цель. Впившись взглядом в створки, он начал рассматривать чары, быстро все поняв.

— Вы заточили тут демона. Как?

— Нашли тварь в Элдре’Таласе. Принц, управлявший городом, использовал его как источник магии.

— Не самое плохое решение. — эльф кивнул. — Довольно умное, на самом деле, если правильно позаботиться от защите от проникновения демонических эмонаций.

— Умное или нет, в какой-то момент демон начал слабеть, давать меньше маны. Принц решил бороться с проблемой радикально, убивая и принося ему в жертву горожан.

— Ясно, идиоту повезло захватить во время войны ценную добычу. Как призвать мелких демонов самостоятельно он не знал, учиться не хотел. Закономерный итог. Большинство высокорожденных именно такие.

— Вполне возможно. Тауриссан казнил его на месте.

— Закономерный итог.

Вперед вышел придворный маг, совершив несколько манипуляций, он заставил врата отвориться. Сделаны они были нарочито медленно и явно. Не будучи дураком, эльф все запомнил. Ничего сложного там не было.

Разъехавшись в стороны, створки явили того, кто за ними скрывался. Бессмертер, огромный двуглавый демонический пес почти квадратной формы. Его лапы под неестественным углом торчали в стороны, скованные кандалами и шипастыми цепями, вбитыми в стену. Натяжение не позволяло демону пошевелить конечностями. Та же участь постигла обе головы. Выкрученные, они лежали на полу, ограниченные забитыми в пол скобами и все теми же цепями. Отростки, торчащие из спины, оказались обрублены, а раны — прижжены Светом, чтобы больше никогда не регенерировали.

— В прошлом могущественный демон. Сейчас бледная тень. — дал свою оценку Иллидан. — Насколько я успел их узнать, стоит ему вернуться обратно в Пустоту, быстро восстановится. Может, уже не будет таким же, как раньше, но точно станет гораздо, гораздо более опасным.

— Тварь зафиксирована настолько надежно, насколько это возможно, не прибегая к локальной остановке времени, иным барьерам или созданию особых зон. Все для того, чтобы ты мог с ним нормально взаимодействовать. Что скажешь?

— С удовольствием поглотил бы его. — Ярость Бури сложил руки на груди. — Но с него взять уже нечего. А вот для ритуалов — он пригодится. Как раз то, что нужно. Кровь демонов способна многое заменить, в том числе жертвенные души. С ее помощью можно в целом много интересного и полезного сделать. Без псины пришлось бы трудно.

— Обойдемся без крови демонов и прочих радостей. — драконоборец поморщился. — Этого еще не хватало в Цитадели.

— Тем не менее, кровь дракона орден использует. Все ваше могущество выстроено на ней. Так почему нельзя использовать демоническую? Она содержит огромное количество магии.

— Скверну.

— Именно. А Скверна — чистое воплощение Тайной Магии. Ее самая могущественная форма. Неудержимая.

— Ты верно заметил — она неудержима. Как мне известно, от контакта с ней почти все сходят с ума. Скверна заражает землю. Выпивает из нее жизнь.

— Скверна такая же энергия, как и все остальные. Нужно лишь найти верный способ ее использовать. Не такой, как у демонов.

— Любые эксперименты на этой ниве исключительно после того, как сможешь призвать достаточное количество демонов и завершения переговоров. Потом обсудишь все с Изурегасом, создадите изолированные помещения и можешь приступать. Мне интересно, чего ты сможешь добиться, будет ли это полезно в борьбе с Легионом или нет. Хотя сам в успех не верю.

— Мне тоже интересно.

— Тогда приступим к обсуждению деталей…

…

Дэтуур Крепкая Наковальня отошел от верстака, почесал в затылке, поскреб бороду. Потом повторил. Следом вздохнул. Не глядя подхватил кружку с крепким пивом из недавних поставок и отпил. Где-то на фоне мелькали мысли о скором приходе пенного из Азерота. За дверью личной мастерской во всю шумели молоты, отбивая заготовки на наковальнях.

Прежде чем браться за работу, мастер-кузнец ознакомился с перечнем оружия, который предоставил Вестник Войны главе клана. Изучил требования. Утвердил руны и материалы, не став воротить нос от новых придумок из Храма Огня. С ними еще предстояло познакомиться, научиться работать. Первые партии все равно должны были пойти на переплавку, когда бурный поток всего нового прекратится, а литейщики окончательно сформируют рабочие сплавы. Пока же каждая кузня действовала самостоятельно.

Старику не доставляло удовольствия осознание того, что его изделия в том числе пойдут на переработку, но иначе было никак. Воинам требовались новые доспехи и оружие, кольца, амулеты и другие аксессуары. Им требовалось все новое, чтобы начать привыкать и набираться опыта. Больше с этим медлить было уже нельзя.

Сейчас же перед бородатым коротышкой лежала перчатка, самостоятельно приобретшая глубокий алый цвет, какой бывает, когда нагревается металл в горне. Температура от нее исходила соответствующая. Старик вообще не мог представить, что способно драконий адамантий накалить до такой степени. Металл нисколько не уступал в родстве с огнем элементалям соответствующей стихии. Но факт оставался фактом — перчатка испускала не иллюзорный жар.

Все инструменты в мастерской она расплавила мгновенно, когда приобрела завершенный вид. Пострадало вообще все, кроме самого Дэтуура. Благо, внутри почти ничего и не было. Не будь дураком, он не стал тащить ничего лишнего в мастерскую. Только покрытые рунами, должными обеспечить им защиту, наковальня и верстак кое-как уцелели. Да и то, по причине отсутствия у перчатки к ним интереса.

Латная рукавица фонтанировала яростью и едва сдерживаемой огненной мощью. Кому мог подойти такой предмет, Крепкая Накольная судить не брался. То вообще было не его дело. Он просто следовал зову своего сердца, желанию металла и искренней любви к ремеслу. Даже свойства, которыми она могла обладать, в большей степени оставались для него непонятны. За исключением некоторых, полностью зависевших от нанесенных им рун. Да и то, часть из них в процессе перестроилась, став чем-то иным.

Перчатка наделяла владельца огромной физической силой, чем позволяла ему без труда держать в одной руке оружие, которое пришлось бы в противном случае взять двуручным хватом. Полностью подавляла инерцию оружия. Чем стало все остальное, мастер-кузнец не мог себе представить. Уж слишком сложной материей являлось рунное письмо. А те руны, что возникли сами по себе, он никогда не видел.

Последним свойством, о котором он знал, являлась передача ярости. Тот, кто наденет рукавицу, рисковал утонуть в ее ярости.

— Нарекаю тебя Источником Ярости. — в тишине мастерской прозвучал голос старика. Почувствовав положительный отклик, он несколько расслабился. Нежно взяв перчатку обеими руками, он отнес ее в соседнюю комнату. Раскрыл сундук и уложил в ложе, выстланное черным углешелком.

Опустив крышку, Дэтуур тыльной стороной руки вытер со лба несуществующий пот, окончательно отпуская напряжение. Его взгляд вильнул в сторону. К системе пьедесталов, занявшей почти всю остальную часть помещения. Там, на отдельных полках, располагалась сложная система сортировки, которую он придумал для столь сложного и привередливого материала.

На разных уровнях, с разными соседями, в разных частях конструкции, располагались слитки в зависимости от их предрасположенности, склонности, готовности меняться, сливаться с другими и, как ни странного, договороспособности. От их положения в том числе зависели предметы, к которым они склонялись. И сейчас одна полочка осталась пуста. На нее ушло два единственных слитка, готовых, не смотря на крайне пылкий характер, превратиться не в оружие, а в часть доспеха. Впрочем, дварф здраво предполагал, что рукавица в конечном итоге таки превратилась в оружие. Это еще предстояло выяснить на деле.

Огладив бороду несколько раз, Крепкая Наковальня не смог устоять перед искушением и вошел в центр конструкции. Тщательно осмотревшись, примеряясь к следующим слиткам, свой выбор он остановил на пришедшем всего пол дня назад. Он был один и отличался от прочих удивительно противоречивым характером: твердым, но мягким. Сам слиток не нес в себе огненного пыла, взамен оказавшись переполненным чистейшего золотого Света. От чего ярко светился, затмив все светильники собственнолично.