oR1gon – Драконье Пламя: За Порталом (страница 202)

Внезапно вскрывшаяся правда о могуществе Предателя и союзниках, которые сами его нашли, заставляла считать их более опасной угрозой, чем Легион. Покуда демонам требовался портал, у Цитадели он уже был. На ее стороне выступали драконы. Была армия и как минимум гвардейцы, способные смести почти любое сопротивление. Единственные, кто мог попытаться их сдержать — энты, живые и разумные деревья. Впрочем, сильно в то тюремщица не верила. Как показали демоны во время войны, деревья часто оказывалось достаточно поджечь, и они впадали в неистовство, круша все, не разбирая врагов и союзников.

«Что же делать? Наша армия далеко не та, что прежде. Сейчас в ней больше зверья и тварей, чем когда-либо, но их будет наверняка недостаточно. Былых воинов и подавно нет, а те что еще остались, в подметки не годятся новобранцам ордена! Чем вообще занималась верховная жрица? О чем думала?»

Словно очнувшись ото сна, длившегося десять тысяч лет, Песнь Теней не могла прекратить думать о… многом. Раз за разом сталкиваясь с чужим превосходством, все больше внутренне закипала.

…

Все младшие стражи покинули Зал Малого Совета, отправившись по своим делам, а за одно уживаться с мыслью о новом статусе. На своих местах остались только двое. Впрочем, ненадолго.

Поднявшись, Алгалон прошел к супруге, смотревшей на него с затаенной надеждой и капелькой страха. Он чувствовал ее эмоции. Остановившись, подал руку. А когда она ее приняла, притянул к себе и обнял, ничего не говоря.

Прижал к себе, мягко, но настойчиво. Принялся нежно гладить спину. И хотя знал, насколько супруга сильна, ощущал ее невероятно хрупкой. От того вина, которую испытывал перед ней, только усилилась.

— Прости, что не сделал этого раньше. — тихо, на ухо, проговорил он. — Был не в себе.

«Сидя на троне постоянно думал о том, как буду рядом, как буду поддерживать. Когда Тиамат проснулась, разъярился и ушел, толком не побыв рядом. Даже влияние дракона и подкатывающее сумасшествие не причина так поступать. Что за идиотом я был?»

— Все в порядке, любимый. — драконица всем телом подалась вперед, растворяясь в объятьях. Глаза ее закрылись, а на лице сама собой появилась довольная улыбка.

— Я могу попросить Изеру, чтобы она избавила тебя от кошмаров.

— Не помешает.

— Давай проведем время вместе. Прогуляемся по городу. Слетаем к нашему волшебному лесу. Просто полетаем по миру. Побеседуем.

— Обещай, что ночь проведешь со мной, а не уйдешь в библиотеку, как я засну.

— Конечно.

Небольшой укол стыда поразил сердце владыки Цитадели, исчезнув столь же быстро, как и появился. Снова дали о себе знать воспоминания о прошлом. Ведь изначально он принял Тиамат не из любви, а по сугубо сиюминутным соображениям. Чтобы не взбунтовалась, чтобы продолжала служить ордену, чтобы не портился единый облик любимого детища. Созданная без прошлого, она была подобна наивному ребенку, которым было легко управлять, полагаясь на свой статус и ее чувства.

«Маска главы ордена быстро приросла к лицу, начав влиять на мои помыслы исподволь. Кажется, я действительно поверил, что непогрешим. Как быстро меня перестали терзать моральные дилеммы? Уже не вспомню. Слишком смазан момент перехода из одного в другое. Но теперь все иначе. Избавившись от ноши и страха, свойственных человеку, который пришел в этот мир первым, я могу действовать и мыслить свободнее, раскованно»

…

После пира и возвращения на Азерот, Алатор всеми сила избегал близкой компании семьи лорда Праудмура. Преображение слишком сильно повлияло на него, заставив искать подвох в каждых мысли и действии. Ему требовалось разобраться в себе, а для того было необходимо время и толика уединения.

Пользуясь расположение правящей семьи и ее прямой заинтересованностью, мастер клинка получил грамоту, которая обязала всякого встречного помогать ему, да ушел. Свой путь он держал в противоположную от столицы сторону, на юго-запад. К местам наиболее глухим, отмеченным злом и темной магией.

По дороге ему не раз доводилось встречать местных жителей, будь то разъезды местных дворян или простые крестьяне. Все охотно делились с ним поверьями, сказками и просто историями о друстваре, самой гиблой и темной части острова. Часть припоминала старые сказания, гласившие о временах, когда первые поселенцы только прибыли на эти земли и столкнулись с местным племенем дикарей. Люди пытались с ними договориться, но хозяева лесов и долин оказались непреклонны, развязав кровопролитную войну. На их стороне сражались оживавшие ужасы, мертвые, искаженные, скрюченные деревья и сами камни. Дикари были свирепы, кровожадны, но слишком малочисленны и в конечном итоге проиграли, благодаря стараниям семьи Уэйкрестов. Им же за заслуги земля и отошла.

Только добравшись до друствара лично, кровопийца смог полноценно оценить, насколько правдивы оказались слухи. Местность оказалась взаправду гористой, регион пересекала мощная горная гряда, занимая примерно половину. Остальное отходило предгорьям, скалам и кручам, с редкими долинами или плодородными холмами. Эта земля славилась лесом, как говаривал народ, да богатством шахт.

Потратив несколько дней, чтобы облететь всю обжитую часть региона, брат ордена нашел всего пару мелких городков, в общей сложности не насчитывавших и десяти тысяч жителей. Однако, ему часто встречались шахтерские поселки и хутора. Жизнь в друстваре выглядела унылой, безрадостной. Даже днем люди выглядели напряженными, а некоторые откровенно напуганными. В воздухе висела странная магическая дымка, от чего солнечного света было меньше положенного. Потому в поселения всюду горели фонари и жаровни, а стражи и ополченцы, возглавляемы членами ордена Тлеющих Углей, вовсе не ходили без источника света. Порой даже с факелами и чем-то монструозным, вроде двуручных палиц, с заключенными в ударной части волшебными углями.

Орден Алатор тоже не обошел вниманием, вызнав о нем все еще будучи в Боралусе. История его шла как раз от первых поселенцев. Его создали специально, чтобы отбирать храбрецов, которые были готовы бороться с ужасами леса в первых рядах. Они же становились специалистами по борьбе с нечестью и, в конечном итоге, сыграли большую роль в победе. В нынешнее время они несли стражу, совершая редкие вылазки за пределы кое-как обжитой земли.

Мысль о том, чтобы обратиться к ним за помощью, была отвергнута мастером клинка сразу. Пусть эти люди и были храбры, тренированы и лучше других понимали, с чем придется иметь дело, он не хотел тащить их за собой. Не хотел рисковать. Ведь сам, случись чего, мог легко уйти, пробиться там, где с другими это будет невозможно сделать.

Сейчас же, стоя на вершине горы, возле Заставы Арома, где довелось ночевать у гостеприимных людей, кровопийца осматривал масштаб проблемы. С высоты открывался хороший вид на западную часть региона, а если перейти на другую сторону, то и часть востока. Весь друствар покрывали густые, дремучие, темные леса. Их будто не тронула вырубка, которая неизменна следовала за всякой цивилизацией и тем более кораблестроением. В некоторых местах деревья подступали к границам поселений, а хутора вовсе были чуть-ли не в лесу.

Это казалось странным брату ордена, как и магия, витавшая в этом месте. Она пахла лесом, даже в вышине гор, древностью, разложением и чем-то темным. В ней чувствовалось зло, чужое присутствие, на которое остро реагировали все чувства мечника. Ему было не по себе. Жутко. Порой чудилось, что за ним кто-то наблюдает со всех сторон, но рядом никогда и никого не было. Это стало одной из главных причин, почему он решил остаться один, всего пару раз заглянув на ночевку к людям.

Покуда остальные части друствара оставались просто покрытыми непроходимыми лесами, его самая западная часть, которую и охраняла застава, до икоты пугала местных жителей. Багровый Лес заметно выделял цветом среди прочих зарослей. Над ним будто бы стоял туман цвета свежей крови. Деревья были еще больше, чем прочие. Примерно половина из них принимала странные формы, если не полностью, всем стволом, то ветвями точно. А над ними возвышался гигантский дуб, похожий на пень, из которого в сторону торчали ветки.

Поговаривали, что именно в Багровом Лесу живут и рождаются все ведьмы, которые потом рыщут по лесам, в поисках заблудившихся. Там же они создавали чудовищ — деревья, принимавшие облик зверей, движимые злыми духами. Изредка к заставе подходили и похожие на людей, кривые и стонущие, коряги. Постояв так, уходили.

«Один я точно не справлюсь. По крайне мере быстро. Как бы не пришлось выжигать все леса, чтобы избавиться от нечисти. Что делать с магией тоже неясно. Но тем пусть придворный маг занимается. Мое дело простое — разведка боем»

Разбежавшись, Алатор совершил длинный прыжок, выбив каменное крошево из скалы, когда отталкивался. В самой высокой точке окутавшись пламенем, он обернулся кометой, что, освещая небо днем, полетела в сторону Багрового Леса.

Глава 119

Огненная комета влетела в лес, проламывая и сжигая заросли толстых ветвей. Врезавшись в землю, она взорвалась, раскидывая густой настил из мертвой, преющей листы. Вспышка света и звук разлетелись на километры вокруг, тревожа и будоража глухие места. Выйдя из образовавшейся воронки, Алатор непроизвольно поежился от холодка, пробежавшего по спине. Настроение его стало еще мрачнее, чем когда смотрел на Багровый Лес издали. Изнутри стали видны потоки энергии, струящейся в верхнем слое дерна, к деревьям.