Оллард Бибер – Привидения в доме на Дорнкрацштрассе (страница 35)

– Нет, господин инспектор. Перед смертью старик Шмелев сказал мне, что в доме он впервые. Вы же читали письмо Эрнеста. Старик, скорее всего, хотел как-то помочь сыну. Теперь уже никто не расскажет, как он хотел это сделать. Можно только предположить, что он рассчитывал найти что-нибудь ценное и продать это.

Брунс снова взял в руку карандаш, но сразу же отбросил его. Его глаза сузились.

– Я все же не представляю, господин Вундерлих, картину в целом. Какие причинно-следственные связи привели к столь сумбурным событиям? Они мне кажутся никак не связанными друг с другом.

Макс задумался, отыскивая в голове приемлемый для инспектора вариант. Ему самому уже казалось, что его рассказ был довольно сбивчивым, а потому непонятым до конца инспектором Брунсом. Сказал:

– Хорошо, господин инспектор. Попробую еще раз. Здесь можно выделить две независимые линии действий фигурантов: первая – московские гастролеры, вторая – местный наркоман с позднее примкнувшим к нему отцом. Обе линии действовали независимо друг от друга и в какой-то момент пересеклись. Опустим сейчас все подробности того, как мы пришли к Кузьме Спицыну. Тем более, что все это вам кажется фантастическим. Факт состоит в том, что Кузьма узнал от моей помощницы адрес, по которому в Германии могут проживать его родственники. Собственно, никто и не собирался это от него скрывать. До сих пор непонятно, почему Кузьма вместе с неким Виктором Землянским предпринял столь отчаянный шаг. Можно допустить, что им руководило исключительно желание познакомиться с родственниками, в чем я сомневаюсь по причине самой личности Кузьмы. Этот человек не решился бы на приезд сюда из-за такого пустяка. Только корыстный интерес, подогреваемый подельником, мог оторвать этого опустившегося человек от привычного образа жизни. И это, господин инспектор, косвенно подтверждается действиями фигурантов первой линии. Надо признать, что мы не располагаем точной информацией, которой владел Кузьма. Ни о чем таком он моей помощнице не рассказал.

Совсем иначе выглядят действия фигурантов первой линии. Наркоман Эрнест Шмелев на основании обнаруженных дневников его деда действовал вполне сознательно и посещал дом с конкретной целью. Скорее всего он несколько раз посещал дом, оставляя следы, из-за которых ко мне в первый раз обратились молодые Адамсы. В тот день, когда в доме был обнаружен труп, туда пришли и московские гастролеры. Один из них пошел в дом и столкнулся с находившимся там Эрнестом. Последний по причине страха и обычной конкуренции расправился с пришедшим. Остальное вам известно. Кузьма Спицын от отчаяния предпринял попытки самостоятельно завершить дело. И молодые Адамсы во второй раз стали замечать следы "привидений". Я допускаю, господин инспектор, что старик Шмелев мог пересечься с Кузьмой, но случилось так, как случилось: он пересекся со мной и моей помощницей.

Макс замолчал, а инспектор снова застучал карандашом по столу, глаза его снова сделались невидящими. Продолжалось это недолго, после чего Брунс, слегка заикаясь, сказал:

– Это что же получается, частный детектив? – инспектор помолчал. – Получается, что все "привидения" закончились?

Макс улыбнулся.

– Думаю, да, господин инспектор. Старик Шмелев мертв, его сынок в бегах. Один из московских гастролеров тоже мертв, а другого я надеюсь поймать. Но это уже моя проблема. Ваша же задача гораздо проще. Вы по каналам интерпола объявляете в розыск Эрнеста Шмелева, подозреваемого в убийстве на территории Германии двух лиц, – Макс немного помолчал, потом добавил. – Возможно, вам придется объявить в розыск не Эрнеста Шмелева, а Виктора Землянского. Наверняка Шмелев действует в Москве под фамилией Землянский. Это гораздо удобнее, причем тот, кто мог бы это опровергнуть, мертв. Убитого Землянского вы захороните в соответствии с принятой процедурой. Одним словом, не мне вас учить. У вас достаточно доказательств, включая письмо Эрнеста отцу.

Макс замолчал, а инспектор Брунс напряженно думал о том, что старший инспектор Мозер поторопился со своей похвалой и что теперь придется как-то объяснять Мозеру, что картина преступления выглядит совсем не так. Думать об этом было мучительно больно, и Брунс, чтобы покончить с этим, высказал первую пришедшую в голову мысль:

– А ведь это был отчаянный шаг, частный детектив.

– О чем вы, господин инспектор?

– О том, что Эрнест Шмелев воспользовался чужим паспортом и покинул Германию.

– Да, шаг непростой. Он, конечно, разглядел, что внешне похож на убитого. Там, безусловно, нет сходства близнецов, но в сумятице прохождения контроля в аэропорту этого оказалось достаточно. Тут сыграла свою роль и "бесшабашность" наркомана. Кстати, идею возможного перевоплощения мне подала моя помощница.

Инспектор Брунс с интересом посмотрел на Катрин Бергер и сказал:

– Повезло вам с помощницей, частный детектив. И на совместную засаду согласилась.., – Брунс снова помолчал, достал салфетку и вытер лысеющую голову, потом, как бы спохватившись, сказал:

– Вы сами, частный детектив, объясните супругам Адамсам, что произошло с лестницей в их доме?

– Безусловно, господин инспектор, – ответил Макс и, посмотрев на лицо Брунса, понял, какого ответа ждет инспектор. На секунду задумался и продолжил. – А по поводу смерти старика Шмелева можете доложить своему начальству, что она связана с расследованием, которое проводит частный сыщик Макс Вундерлих. Не хотелось бы, конечно, еще раз рассказывать кому-то историю, которую мы так мучительно обсуждали с вами, но никуда не денешься. Такая у меня работа…

30

После трагического случая, приведшего к смерти старика Шмелева, сыщик Вундерлих вместе с помощницей организовали еще две засады в доме на Дорнкрацштрассе, но Кузьма Спицын не появился. Рабочая неделя подходила к концу; этот факт означал скорый приезд домой супругов Адамс и, как следствие, звонок фрау Адамс сыщику Вундерлиху, взявшемуся прекратить поток "привидений" в доме. В том, что такой звонок обязательно будет, можно было не сомневаться, так как на этот раз след, оставленный "привидением", по своей заметности превосходил все предыдущие. Макс как раз только что вошел в офис на Шиллерштрассе, когда трубка мобильного завибрировала в кармане джинсов. Нажал кнопку и услышал знакомое щебетание клиентки.

– Господин Вундерлих, у нас новый след в доме. Да еще какой – поломана лестница на чердак. В течение прошедшей недели вы, видимо, еще не занимались нашим делом?

– Напротив, фрау Адамс, занимался. Более того, этот след был оставлен в моем присутствии.

– Так вы его взяли, господин сыщик?

– Не совсем, фрау Адамс. Этот человек погиб.

Щебетание клиентки сменилось на причитание.

– Что же это такое, господин сыщик? За что нам с Георгом такое несчастье? Лучше бы мы не покупали этот дом. И что же случилось с этим человеком?

– Он свалился с лестницы, фрау Адамс. Его появление в доме мы никак не могли предвидеть. Так сложились обстоятельства. Могу только сказать, что он больше вас не побеспокоит.

Клиентка снова защебетала.

– Это мне понятно, господин сыщик. Я знаю, что мертвые не ходят. Но это тот же человек, который оставил последние следы?

– Нет, фрау Адамс. Как я уже сказал, возникли новые обстоятельства.

Голос клиентки приобрел новые эмоциональные нотки.

– Господин сыщик, может быть, уже пора посвятить нас в эти обстоятельства?

– Думаю, да, фрау Адамс. Пора рассказать вам все.

– Тогда мы приедем прямо сейчас! – почти прокричала клиентка.

Макс взглянул на часы. Потом представил лица клиентов, когда он будет им рассказывать всю эту историю, и почувствовал, как душа наполняется смертной тоской. Однако дальше тянуть некуда. Сказал:

– Приезжайте, фрау Адамс. Захватите с собой и вашего супруга.

– Безусловно, господин сыщик. Ждите.

Адамсы примчали очень скоро. Макс впустил их и, после того как молодые люди уселись на диванчике, сразу приступил к рассказу. Клиенты слушали, раскрыв рты и не произнося ни слова; лишь возгласы удивления и ужаса фрау Адамс иногда ненадолго прерывали повествование сыщика. Макс закончил и нетерпеливо прикурил сигарету. Он отошел к окну и ждал вопросов. Первым нарушил молчание Георг Адамс.

– Получается, господин сыщик, что моя шутка по поводу сокровищ во время нашей последней встречи оказалась пророческой. А вы, пожалуй, уже тогда знали об этом.

– Господин Адамс, если честно, я и сегодня, также как в прошлый раз, не до конца уверен в существовании этих сокровищ. Это только версия, которая, признаюсь, теперь кажется более достоверной. Займитесь проверкой самостоятельно. В конце концов, это ваш дом и ваше имущество. Буду признателен, если вы расскажете мне о результатах вашего обследования чердака, – Макс помолчал, потом, улыбнувшись, добавил. – И будьте внимательны на лестнице: старик Шмелев не случайно оттуда спикировал.

Фрау Адамс при этих словах сыщика заерзала на диванчике.

– Георг очень осмотрителен в таких делах. Я же говорила вам, господин сыщик, что он мастер на все руки, – Макс молча кивнул, а клиентка сразу же продолжила. – Скажите, господин сыщик, а этот Кузьма не придет больше в наш дом?

Макс ждал этого вопроса и ответил:

– Пока вы в доме, не придет никто. Когда же вы снова уедете на объект, теоретически он может появиться, но я в этом сомневаюсь. Думаю, у него навсегда пропало желание там появляться. Не забывайте, что я продолжаю заниматься его розыском и буду держать вас в курсе дел. Похоже, что Кузьме неизвестно, где находится коллекция, – Макс замолчал, потом загадочно улыбнулся и добавил. – В конце концов, если что-то обнаружите на чердаке, побеспокойтесь о сохранности найденного.