Оллард Бибер – Привидения в доме на Дорнкрацштрассе (страница 22)

18

Утром в пятницу Катрин Бергер ехала в офис к шефу. Она уже перестала думать о том, что появление "привидений" в доме молодых супругов Адамс есть следствие ее поездки в Москву. В конце концов, пока ничто не указывало на это. Вчерашнее удачное открытие на кладбище в Висбадене являлось пока просто подтверждением той давней истории, происходящей из неизвестной ей большой войны и интересной для весьма ограниченного круга лиц. Она видела перед собой обрюзгшее безвольное лицо Кузьмы Спицына, и этот образ в ее сознании никак не вписывался в круг людей, способных на отчаянные поступки.

Катрин вздохнула и направила машину к парковке возле Берзенплатц. Макс встретил ее и сопроводил через уже набивший оскомину темный вестибюль. При этом он подумал, что через этот несчастный вестибюль ходит не только он, но до сих пор никто не обратился в фирму, эксплуатирующую дом, с просьбой как-то дополнительно осветить общее помещение. Неужели это никого не интересует? Даже старушку, проживающую этажом выше? Уж для нее, точно, это трудно преодолимое пространство. А может быть, она не выходит из дома? Или уже умерла? Он понял, что, приходя ежедневно в офис, ничего не замечает вокруг. Чем он лучше остальных обитателей дома? У каждого в голове свои "тараканы". Чертыхнулся про себя. Нет, в Швейцарии все же не так. Обязательно нашелся бы кто-нибудь, кто призвал бы к ответственности безалаберную фирму. Или не нашелся бы? Он открыл дверь офиса и пропустил помощницу вперед.

Некоторое время они, сидя на диване, пили кофе, который Макс заварил к ее приходу. Потом оба прикурили по сигарете, и скоро пространство вокруг диванчика наполнилось сизым табачным дымом. Макс включил вентилятор. Потом, чтобы с чего-то начать, спросил:

– Какие впечатления от вчерашней поездки, фрау Бергер?

Она неопределенно пожала плечами.

– Достаточно противоречивые, шеф.

– А я думаю, что нет никаких противоречий тому, что нам уже было известно. Мы же знали, что когда-то из Висбадена было отправлено письмо в Россию? Знали. Мы нашли потомков тех, кому было отправлено письмо? Нашли. Мы предполагали, что существуют в Германии потомки того, кто отправил то письмо. Предполагали и нашли вчера этому подтверждение. Правда, из рассказа Адамсов следует, что этот единственный потомок убыл в Америку. Но сейчас это не самое важное. Так что не вижу никаких противоречий. Теперь стоит задача установления возможной связи между известной нам историей и "привидениями" в доме семьи Адамс.

Катрин молчала. Логика Макса не противоречила ее собственной, но безапелляционный тон шефа подействовал на нее гнетуще, и она не сразу нашлась, что сказать. В ее правилах было говорить всегда с некоторой неуверенностью, допускающей отступление в нужный момент. Это был тон начальника, и сейчас она приняла решение подстраиваться под этот тон. По меньшей мере, пока. Она натянуто улыбнулась и сказала:

– Логика безупречная, шеф. Только я пока не слышу от вас, что мы ответим семье Адамс.

– Ну как же? Я уже говорил, что мы примем их предложение и будем разбираться с "привидениями".

– И какой же план?

– Вот сейчас и будем думать. Кстати, помните, что вы обещали помогать?

Помощница поняла, что у шефа еще нет никакого плана и что все эти длинные рассуждения делаются с единственной целью активизировать мозг в надежде, что он внезапно родит что-нибудь путное. Сказала:

– Может быть, мне поискать добровольцев на нашем факультете? Парочку крепких парней для страховки…

– Ни в коем случае, фрау Бергер. Мы не имеем права рисковать людьми, которые еще не являются профессионалами. Если произойдет что-то экстремальное, мы потом не оправдаемся. Полиция обвинит меня в несанкционированном использовании посторонних людей. Вот если бы это были государственные полицейские…

Катрин быстро вмешалась:

– Но этого же никогда не будет, шеф.

– Ошибаетесь. Как вы думаете, приходилось ли мне за время моей сыскной деятельности пересекаться с полицией?

– Не знаю, шеф.

– А я вам отвечу: приходилось. Добавлю даже, что иногда без государственного ресурса не обойтись. На стороне полиции санкционированная вооруженная мощь. Рисковать жизнью – это составная часть их работы.

– Но они не подчиняются частным сыщикам.

– Безусловно, нет. Но поверьте, Катрин, пару раз мне доводилось помочь полиции. И эта помощь была тогда очень кстати. Приказать я им, конечно, не могу ничего. Но еще сохранились кое-какие связи. Еще есть в полиции Франкфурта сотрудники, которые помнят частного детектива Макса Вундерлиха. И они, надеюсь, не откажутся мне помочь. Я стараюсь не прибегать к их услугам, но думаю, что ситуация в доме семьи Адамс как раз та, когда мне необходимо воспользоваться помощью моих знакомых полицейских.

– И эти франкфуртские полицейские готовы поехать в Висбаден?

– А что тут ехать? Сущий пустяк.

– В таком случае больше обсуждать нечего. Видимо, вы давно держали в голове этот вариант, а моя помощь в продумывании плана была просто придумана, чтобы занять меня, чтобы несчастная студентка не чувствовала себя обделенной.

– Ошибаетесь. Я вспомнил об этом варианте после того, как вы предложили мне парочку крепких парней. Так что налицо ваша побудительная идея.

– Вы снова выкрутились, шеф.

– Скажу вам честно, Катрин, это единственный способ выкрутиться для нас обоих. Без полиции не обойтись, по меньшей мере, на первом этапе. Так что дождемся новых подробностей от семьи Адамс и подпишем с ними договор. Если вы не забыли, сегодня вечером они снова будут в своем доме и, возможно, завтра сообщат нам о новых проказах "привидений".

Макс расхохотался, но помощница не разделила его восторга. Сказала:

– Не понимаю, шеф, что смешного вы находите в этих проказах. Что-то же там ищут.

– Не будем пока об этом думать, Катрин. Дождемся звонка рыженькой фрау Адамс, – он запнулся и, хитро ухмыльнувшись, сказал. – Разве что вам позвонит Кузьма Спицын и расскажет что-то о предмете поиска.

– Боюсь, что этот Кузьма в настоящий момент не в том состоянии, чтобы давать вразумительные разъяснения, а если и способен это делать, то вряд ли выдаст мне свою тайну.

Они выпили еще по чашке кофе, выкурили еще по одной сигарете. Катрин взяла свою сумочку, а он снова проводил ее до двери через темный вестибюль. На этот раз фирма-владелец не была помянута недобрым словом, он только сказал:

– Завтра ждите моего звонка, Катрин.

***

Помощница ушла, а шеф сел за компьютерный стол и задумался. Оптимизм по поводу связей с полицией, который он полчаса назад демонстрировал Катрин, был не таким бесспорным. Еше совсем не ясно, какой отклик вызовет его просьба, например, в душе инспектора Дауба. При всей признательности сыщику инспектор, наверняка, еще помнит, как тот водил его за нос, ходил вокруг да около, пытаясь не донести очевидные факты. Неизвестно, что тут перевесит. Другого плана в голове все еще не было. А если рыженькая фрау Адамс доложит, что за прошедшую неделю в доме нет новых признаков пришествия "привидений"? Что делать тогда? Не браться за дело? Или, наоборот, смело поселиться в доме на всю следующую неделю и осторожно ждать, что будет дальше? Просто спрятаться в доме и наблюдать… И никак не реагировать при появлении "привидений", просто наблюдать, что они будут делать, не выдавая собственного присутствия… Но они же могут случайно найти и его, а тогда… Да, вариант не самый лучший…

Прикурил сигарету, подошел к окну. На Шиллерштрассе сгущались сумерки. Ехать домой не хотелось. Снова сел за стол. Включил компьютер и бездумно щелкал мышкой, просматривая новости. За окном стало совсем темно, и он включил свои экономлампы. Взглянул на часы и подумал, что супруги Адамс уже вполне могут быть в своем доме. Они уже, пожалуй, разглядели все свои коврики, дверцы шкафчиков или другие известные только им мелочи. Надо ехать домой и выспаться. Кто его знает, когда они позвонят? Скорее всего завтра. Выключил компьютер и встал из-за стола. Оглянулся по сторонам и направился к двери, но тут зазвонил офисный телефон.

Это была она, рыженькая фрау Адамс. Голос ее был не просто взволнованным, как прошлый раз – он был явно тревожным, даже испуганным. Она почти прокричала:

– Господин Вундерлих, у нас труп.

Он не сразу сообразил, о чем идет речь.

– У вас на стройке несчастный случай?

– У нас труп в нашем доме.

До него, наконец, дошло, о чем говорит клиентка. Дело принимало неожиданный оборот. Оно становилось почти классическим. Ведь каждое классическое дело должно включать в себя хотя бы одно убийство. Сказал:

– Расскажите поподробнее, фрау Адамс.

– Все очень просто, – сказала она дрожащим голосом и замолчала.

– Что же вы молчите, фрау Адамс? У вас такой голос, что все не так просто, как вы изволили выразиться.

– Ну да. Мы вернулись час назад и обнаружили в холле труп мужчины. Он лежал на спине в уже засохшей лужице крови. Мы сразу позвонили в полицию. Они приехали и все осмотрели.

– Они допрашивали вас?

– Да, мы рассказали, как все было. Боюсь, они подозревают нас.

– Не волнуйтесь, они разберутся. Установят время смерти и поймут, что у вас алиби.

– Что это такое, господин Вундерлих?

– Это факт того, что во время убийства вы находились в другом месте. Ведь это так, фрау Адамс?

– А как же еще?