Оллард Бибер – Наружное наблюдение (страница 35)

Бреди был еще молодым мужчиной, и все молодые интересы были ему не чужды. Однажды мать-природа преодолела алкогольный дурман и, оживив его плоть, привела в бордель, где мамкой была Эмма Майер. К этому времени ее предпринимательский дух окреп, и ассортимент услуг заведения значительно расширился. За хорошие деньги предлагались разные разности. В тот вечер хороших денег у Бреди не было, и ему пришлось довольствоваться стандартным набором услуг. Ему попалась румынка. Точнее, Бреди выбрал ее сам. Он не смог бы никому объяснить, почему он так поступил. Возможно, потому, что она была брюнеткой и ее иссиня-черные волосы очаровали рыжего ирландца. А может быть, ему понравилась ее полная задница. Она плохо говорила по-немецки, и это тоже устраивало Бреди. В его голове все еще сохранялся туман, и поэтому нижняя половина тела действовала независимо от верхней. В тюрьме подобные удовольствия не часто выпадали на его долю. Они автоматически отработали отведенное время, и Бреди покинул кабинку, так и не поняв, что же это было. Но денег для повторения больше не было. Понурив голову, он вышел из борделя.

– Я вижу, ты не в духе, приятель, – донесся мужской голос откуда-то слева.

Бреди повернул голову. Он увидел хорошо одетого господина средних лет. Тот поправлял прическу и был, пожалуй, в приподнятом настроении. Бреди хмуро смотрел на него и думал о том, что это какой-нибудь баловень судьбы, который просто от скуки окликнул его. Незнакомец подошел поближе, и Бреди почувствовал, что от него приятно пахнет. Наверное, чем-то дорогим "мажется". Что ему нужно? В горле у Бреди пересохло, и он с трудом сглотнул.

– Вы что-то хотели, господин? – выдавил он из себя.

– Мне просто показалось странным, что здоровый мужчина покидает бордель с таким хмурым лицом. Ты же был там? – он кивнул в сторону выхода из заведения. Бреди смущенно замялся, а незнакомец продолжил. – Не смущайся, приятель, я ведь тоже оттуда.

Бреди воспрял духом. Такой важный господин, а ведь тоже пришел в бордель. Уже более уверенно сказал:

– Никогда бы не подумал, господин, что такие, как вы, тоже ходят по борделям.

Незнакомец не смутился.

– Скажем, по борделям я не хожу, а в этот иногда заглядываю. Ведь здесь с некоторых пор можно получить замечательные услуги. Мамка здесь почти новатор.

– Так вы, господин, с мамкой? – простодушно спросил Бреди.

Незнакомец расхохотался.

– Ну зачем же? Хотя мамка тоже хороша, но для всяких пикантных услуг у нее есть девушки. С ними можно "отмочить" такое, что тебе не позволит ни одна жена или любовница.

Господин продолжал с интересом смотреть на Бреди, как будто перед ним питекантроп. На его лице играла легкая ухмылка. Он спросил:

– Ты, приятель, наверное долго где-то пропадал?

Бреди не знал, что он имеет в виду, но поскольку вариантов ответа в голове не было, сказал:

– Ну да, я был в тюрьме.

Ответ не произвел впечатления на незнакомца. Ему просто было скучно, и он никуда не торопился.

– У тебя, наверное, туго с деньгами. Поэтому ты такой мрачный?

– И поэтому тоже, господин.

– А почему еще?

– Подсунули какую-то румынку. С ней было так же, как с механической куклой.

Незнакомец хохотнул.

– Но ты же сам ее, наверное, выбрал. Хотя этот выбор, конечно, определил все тот же мучающий тебя вопрос о деньгах. Хороших девушек, владеющих разными выкрутасами, здесь предлагают за хорошие деньги. Так что копи деньги, приятель, если хочешь в следующий раз выйти отсюда с хорошим настроением.

Напоследок незнакомец предложил ему зайти в расположенный неподалеку бар, где щедро угостил Бреди. Они расстались. В голове Бреди снова появился знакомый счастливый туман, и он долго размышлял о том, как несправедлива жизнь к одним и как щедро она одаривает других.

44

Инспектор Дауб делал все возможное, чтобы выжать максимум из имеющегося в его распоряжении полицейского ресурса. Он звонил во все учреждения, которые по закону обязаны были предоставлять ему информацию. К середине дня он уже знал, что некто Маттиас Штайн не зарегистрирован во Франкфурте. Однако он узнал, что существует автомобиль, зарегистрированный на это имя. Всем постам дорожной полиции был сообщен номерной знак этой машины с предписанием о немедленном задержании. В той же дорожной полиции он выяснил, что машина, на которой разбился предполагаемый киллер, принадлежит некому Бруно Реку, который заявил, что его автомобиль угнан два дня назад с Веберштрассе (видимо, Шакал успел предупредить приятеля). Возле дома тринадцать по Визенштрассе был установлен полицейский пост с предписанием задерживать подозрительных лиц, пытающихся попасть в дом номер тринадцать. Полицейские были снабжены качественно исполненным фотороботом. Этот же фоторобот был развешан во всех многолюдных местах города с надписью крупными буквами "Разыскивается опасный преступник!". Теперь любой сознательный гражданин, доведись ему где-то увидеть этого преступника, незамедлительно сообщит об этом в полицию. Кроме того Дауб разослал запросы по уже покойным Малышу и Бубу, но ответов еще не получил.

Инспектор сидел в своем кабинете и, перебирая бумажки, сосредоточенно думал над тем, что еще можно сделать. Полчаса назад у него состоялся телефонный разговор с помощником полицай-президента, который похвалил инспектора Дауба. Это случилось впервые с тех пор, как была убита первая стриптизерша, испанка Кармела Гарсия. Теперь Дауб готов был рыть землю носом, чтобы успешно завершить дело. Он снова и снова перебирал в голове комбинации и фигурантов, так неожиданно названных частным сыщиком Вундерлихом.

К исходу рабочего дня инспектор Дауб, наконец, успокоился. Он решил, что осуществил все действия, которые мыслимы в сложившихся обстоятельствах. Правда, он вынужден был признаться самому себе, что проведенные активности за весь день так и не дали конкретного результата. Дауб находился все в той же точке расследования, и ему до сих пор было неведомо, где находятся преступник и его жертвы. Но ведь один день – это слишком мало по сравнению со многими, прошедшими с момента совершения преступлений. Главное – положено начало. И теперь у него установлен устойчивый контакт с этим детективом. Они уже не могут друг без друга.

Маттиас Штайн получил информацию от своего осведомителя, что в городе есть все признаки того, что его активно разыскивает полиция. В этом он, собственно, не сомневался, но решил кое-что предпринять для усиления собственной безопасности. Первым делом он снял номерной знак с машины, на которой ездил, и поставил ее за "сараем" так, чтобы она была не видна с дороги. В голове еще не сложилось, как он теперь будет перемещаться, но он твердо знал, что решение придет. Ведь перемещаться ему просто необходимо. Он обзвонил всех знакомых и велел им больше не звонить ему. Если будет нужно, он сам свяжется с ними. Потом извлек из телефона старую карту и уничтожил ее. Вставив новую, немного посидел, размышляя, что бы еще предпринять. Он знал, что его фоторобот развешан по городу, но он не собирается никому показывать свое лицо. А если фермер, у которого он квартирует, вдруг увидит где-нибудь фоторобот? С этим тоже что-то надо делать? Правда, фермер, практически никуда не выезжает. Все время возится со своим фермерским хозяйством. Но ведь все возможно. Ответа на этот вопрос у него пока не было. Может быть, совсем покинуть эту местность? А как же его доход? Он не так велик, но это единственное, что у него пока есть. И разве убежишь от самого себя? Ответа на этот вопрос тоже не было, и Маттиас подозревал, что его нет ни у кого. Ясно ему было только одно – он должен залечь "на дно" и не высовываться оттуда без нужды. Пусть все решит предписанная ему свыше судьба. Он почему-то считал, что там у него "все схвачено", что именно там когда-то было принято решение предоставить Маттиасу Штайну возможность пожизненного доминирования над другими.

В это же время сыщик Макс Вундерлих решал задачи другого плана. У него не было причин, как у инспектора Дауба, нахваливать собственную деятельность, но и не было оснований, как у преступника Шакала, прятаться или что-то скрывать. Он просто вынужден был констатировать, что застрял в одном из поворотов лабиринта и не знает, куда дальше двигаться. Поехать на то место, где погиб Буб, и, стоя там, подумать, куда он мог бы поехать, не окажись смертельно раненым в перевернутой машине? Сейчас это было самое умное, что пришло ему в голову. Хотя нет… Есть еще кто-то в клубе "Диамант", кто, вполне вероятно, является осведомителем Шакала, а значит, имеет с ним связь. Туда должна была сходить Мартина. Должна ли? Макс вспомнил их последний разговор и поежился. Какой-то не такой она была. Что у нее в голове? Не нравится ему все это. Еще не было случая, чтобы после ссоры они так долго не общались.

И это в самый неподходящий момент…

45

Ирландца Бреди Регана условно можно было бы также отнести к персонам, заинтересованным в завершении дела, которое не давало покоя одному сыщику и одному полицейскому инспектору. Ведь это завершение означало бы, что будет пойман заклятый враг Бреди – Шакал И тогда он будет наказан. Бреди уже было не важно, произойдет это по понятиям или по закону. Он продолжал высматривать Шакала в любом месте, куда бы ни занесла Бреди его беспокойная натура. Шакала нигде не было, и Бреди, желая временно отвлечься от поиска, снова засобирался в бордель.