Оливия Вильденштейн – Жестокие наследники (страница 36)

— Она откликнулась на твоё прикосновение.

— Это была не пыль, Амара.

Я вскинула голову так быстро, что хрустнула шея.

— Что ещё это могло быть?

Его глаза сияли, как огранённые изумруды.

— Твой пульс.

— Мой пульс? Почему мой пульс должен реагировать на тебя? Я тебя не боюсь.

Уголки его губ приподнялись.

— Не боюсь, — сказала я, подчеркнув часть «не».

— Ну, если это не страх, тогда остаётся притяжение.

Подобно волне, кровь отхлынула от моего лица, а затем прихлынула обратно.

— Ты меня определённо не привлекаешь. У меня есть стандарты.

Интенсивность его улыбки стала ещё ярче.

— О, да?

— Да.

Кровь до сих пор стучала в моих венах, но теперь по совершенно другой причине.

Он всё ещё улыбался.

— И каковы же эти твои стандарты?

— Доброта.

— Я добрый.

— Не для меня.

Я сомневалась, что его улыбка может стать ещё шире, но это произошло.

— Скромность.

Всё ещё ухмыляясь, он скрестил руки на груди, отчего его грудь почему-то казалась шире.

— Не рыжие.

Его ухмылка усилилась.

— И не из рода Фэрроу.

— Значит, кто угодно, только не я? — он уткнулся подбородком в шею, не переставая ухмыляться. — Разве ты не собираешься спросить меня о моих стандартах?

— Вряд ли они у тебя есть.

Он рассмеялся глубоким горловым звуком, от которого мой и без того учащенный пульс сильнее забился на шее.

Я скрестила руки на груди, подражая его позе.

— Отлично. Скажи мне. Какой тип девушки получает приглашение в твой гарем?

Он тут же остыл.

— Мой гарем?

— Ещё в Дусибе твой дедушка упомянул, что тебе нужно порвать со всеми своими подружками.

— Правильно.

Румянец пополз по краю его челюсти. Он потёр подбородок, как будто пытался стереть его.

— Итак, Римо Фэрроу, каковы твои стандарты? Кроме грудастых блондинок.

Он дернул головой и убрал руку с подбородка.

— Грудастые блондинки? О чём, во имя Неверры, ты говоришь?

— Лидия.

Я сморщила нос при воспоминании об официантке, которая едва не набросилась на Римо.

— Думаю, она пустила слюни на мой бокал с вином на вечеринке по случаю нашей помолвки.

— Лидия милая девушка, но не более того.

Я перебирала в уме других женщин, с которыми видела Римо, но не смогла припомнить ни одной.

— Ты когда-нибудь с кем-нибудь встречался?

— Свидания — не мой стиль.

— Каков твой стиль?

— Никаких обязательств… ни Котла.

Я покачала головой.

— Значит, боязнь обязательств?

— Это не боязнь, это жизненный выбор.

Я ещё немного покачала головой, не понимая. Напротив, я вообще не постигала его жизненного выбора. Я всегда хотела того, что было у моих родителей.

— Свидания тоже не в твоём стиле, ведь так?

Я перестала кивать.

— Почему ты так решил?

— Потому что я никогда не видел тебя с одним и тем же парнем дважды. Ну, кроме твоего двоюродного брата, но ты с ним не встречаешься. Да?

— Эм, фу. И я не хожу на свидания не по собственному выбору.

Он нахмурился.

— Я бы хотела иметь парня, но у меня проблемы с человеческими мужчинами, а с фейри — я подняла волосы с шеи и скрутила их в длинный хвост… ну, это был странный разговор, — они считают меня пугающей.

— Пугающей?

— Я знаю, ты не считаешь меня пугающей, но моя пыль отпугивает Неблагих, а кровь отпугивает Благих, благодаря тебе.

Он не дрогнул и не извинился за свои мерзкие слухи.

— И Дэниели, ну, их не так много, и они своего рода секта. Они не смешиваются.

— Джош выглядел очень счастливым быть рядом с тобой.