Оливия Вильденштейн – Неистовые сердца (страница 23)

Его признание потрясло меня.

— Я хочу дать тебе всё, что ты хочешь, Лили. Я просто не знаю, как это сделать, — Каджика ослабил руку, но не убрал её с моей талии. — Но я пытаюсь.

Я стояла невероятно неподвижно, едва осмеливаясь дышать. Ветер ревел вокруг меня, и яростный порыв сорвал мои солнцезащитные очки и уронил их в озеро.

— Однако я терплю неудачу.

Я резко обернулась. Его лицо то появлялось, то исчезало из фокуса. Он убрал прядь волос, которая упала на мои глаза, а затем провёл своими мозолистыми пальцами по моей щеке.

Его кожа блестела от озерных капель.

— Ты нежная, Лили, а я грубый. Ты милая, а я нет.

Мои руки разжались и ударились о бёдра.

Волна ударила в лодку. Несмотря на то, что Каджика выбросил руку, чтобы поймать меня, я отшатнулась назад, и спиной ударилась о металлические перила с такой силой, что у меня перехватило дыхание.

— Лили! — закричал он, пытаясь добраться до меня, но лодка накренилась и отбросила его к дроссельной заслонке.

Когда лодка дёрнулась вперёд, я вцепилась пальцами в перила, чтобы удержаться на ногах.

Мы перевалили через гребень волны и врезались вниз с такой силой, что Каджику отбросило к перилам. Он придвинулся ближе ко мне, когда лодка снова накренилась. Наконец он добрался до меня и схватился за перила по обе стороны от меня, прикрывая моё тело своим.

Он стиснул зубы, когда лодка ударилась о яростную воду.

— Лети обратно на землю.

Я отцепила пальцы от перил и обхватила Каджику руками.

— Нет. Не неси меня. Это будет слишком обременительно. Я поплыву.

Чёрта с два я позволю ему плыть в этот жуткий шторм.

Он оторвал мои руки от своей талии.

— Давай же!

«Не без тебя».

— Я не могу утонуть. Не волнуйся.

Лодка перевалилась через очередную волну и ударилась о водную толщу под неправильным углом. Я снова попыталась ухватиться за перила, но мои мокрые пальцы соскользнули с хромированного поручня, и тогда я поднялась в воздух, но не потому, что летела, а потому, что падала.

— Лили! — закричал Каджика, ныряя за мной.

Пенистая вода, словно стена из кирпичей, на мгновение окрасила весь мой мир в чёрный цвет. Я моргнула, когда что-то острое ударило меня по голове и толкнуло под воду. Я попыталась плыть, но не могла отличить верх от низа. Я выпустила пузырьки воздуха, но вместо того, чтобы указать мне путь, они исчезли в бешеном прибое и сжали мои лёгкие.

Тогда я начала паниковать.

Я не могу утонуть. Я не могу утонуть.

Но я также не могла дышать под водой. В конечном счете, я всплыву, но без кислорода потеряю сознание. Как долго моё тело будет болтаться на поверхности холодного озера, прежде чем оно погасит мой огонь?

Я истерично шарила руками в толще воды, пытаясь подняться, но что-то обхватило меня за талию и потянуло назад.

Я была с Каджикой. Со мной всё будет в порядке.

Когда я вынырнула на поверхность, я жадно глотнула воздух, как будто от этого зависела моя жизнь. Волна плеснула мне в лицо, ударила в открытые глаза. Я закрыла их, но не раньше, чем увидела нечто такое, от чего волосы у меня на затылке встали дыбом.

Тело Каджики дрейфовало лицом вниз, его чёрные волосы клубились вокруг распростёртого тела, как морские водоросли. Если не он держал меня, тогда кто?

ГЛАВА 14. СПАСИТЕЛЬНИЦА

Я попыталась повернуться, но рука потащила меня под водную поверхность. Пока меня тянули, я мысленно выкрикивала имя Каджики, молясь, чтобы это пробудило его.

Я снова попыталась повернуться, желая увидеть лицо пловца, который спас меня. Я предположила, что это береговая охрана, но разве у них нет лодки? Вряд ли они могли выйти на лодках в такую погоду.

Мой спаситель затащил меня обратно в мрачные глубины озера Верхнее, а затем снова поднял вверх, снова вниз, вверх и вниз. Я попыталась оторвать его руку от своего живота, но мои пальцы так онемели, что были бесполезны.

Рука стянулась вокруг моего живота. Мой желудок сжимался и пульсировал. В какой-то момент меня вырвало, и струя тёплой рвоты ударила мне в лицо и смешалась с волосами, после чего была унесена от меня потоком воды.

В серо-стальном небе сверкали молнии, а ледяной дождь хлестал по поверхности могучего озера. Тот, кто тянул меня через его непрозрачную голубизну, ускорился, плывя так быстро, что казалось, будто мы парим.

Раздавшийся грохот предупредил меня о том, что мы находимся вблизи земли. Рука отпустила меня так неожиданно, что я погрузилась в воду. Но я не опустилась глубоко. Мои ботинки коснулись песка. Озеро засосало меня назад, но затем толкнуло вперёд и выплюнуло на песчаный берег, который походил на твёрдый камень.

Голова раскалывалась, я закашлялась и отплёвывалась. Чуть позже я подтянула колени под себя и упёрлась ладонями в песок, но упала, когда попыталась встать на ноги. К счастью, я всё ещё была близко к земле, и удар не был таким сильным, каким мог бы быть, если бы я стояла на ногах.

Я перевернулась на спину, чтобы перевести дух. Дождь хлестал по моей открытой коже и барабанил по плотному песку, а огромные волны разбивались о мои ноги и с плеском бились о мои промокшие джинсы.

У меня начались сильные судороги от шока, вызванного случившимся, и от ужасного холода. На меня упала тень. Не тень. Человек.

Каджика?

Я замерла.

Фигура склонилась надо мной. С длинных светлых волос на меня капала вода. Я потёрла глаза, в них попал песок. Несмотря на то, что было темно как ночью, свет пробежал рябью по лицу девушки.

Гром сотряс землю, или, может быть, я дрожала так сильно, что казалось, будто гром гремел на пляже.

Струйки пара заплясали вокруг моего лица, когда мой огонь отреагировал на холодный дождь.

— Вы все-таки нашли нас, — сказала она с воинственным тоном. — Коул, принеси железную цепь!

Нет! Пожалуйста, нет. Она не услышала бы мою безмолвную мольбу. Каджика!

Я повернула голову и осмотрела пляж в поисках его. Если они спасли меня, то, должно быть, спасли и его. Девушка схватила меня за подбородок и пригнула мою голову вниз. Молния прорезала темноту и отразилась на её коже, как факел на ограненном алмазе.

Я моргала и моргала. Был ли её блеск иллюзией?

— Коул! — рявкнула она.

— Иду-иду. Господи, дай мне секунду.

Девушка встала и отступила назад. А затем другое лицо нависло над моим — на этот раз мужское. Скорее мальчик, чем мужчина. Челюсть была слишком узкой, чтобы принадлежать взрослому мужчине. Коул — как я догадалась — собрал мои запястья и намотал на них цепь, затем закрепил звенья висячим замком. Я стиснула зубы и попыталась просунуть кожаные рукава между цепными манжетами и своей кожей, но потерпела неудачу, подставив больше открытых запястий металлу. Моя кожа покрылась волдырями и задымилась.

— Чёрт. Железо сжигает её, — сказал Коул.

— Да. В этом весь смысл. Расслабься, оно не убьёт её.

Фары прорезали густую тьму и осветили лоб Коула. Как и у девушки, его кожа блестела. Его глаза расширились, когда он увидел, что я изучаю его, и он отпрянул от света.

Он сильно дёрнул за цепь, поднимая меня на ноги, а затем руками обхватил мою грудную клетку и водрузил меня на своё плечо, на котором я повисла как тряпичная кукла. Когда цепь скользнула вниз по тыльной стороне моих рук, слёзы хлынули и потекли по моему лбу, смешиваясь с моими слипшимися волосами.

Я не извивалась, не била его, не улетала. Я устала и испытывала слишком сильную боль, чтобы сопротивляться. Кроме того, я хотела попасть туда, куда направлялись эти люди.

Я пришла в поисках Дэниели, но вместо того, чтобы найти их, они нашли меня.

ГЛАВА 15. ЦЕПЬ

Коул бросил меня в кузов фургона, нагруженного досками для серфинга, вёслами и кучей гидрокостюмов. Я устроилась в сидячее положение и осмотрела тёмное пространство в поисках другого тела, но никого не было.

Парень запрыгнул внутрь и сел напротив меня, в то время как блондинка села за руль.

Я произнесла одними губами слово «стоп», но единственной реакцией, которую я получила от Коула, это вскинутая бровь. Я снова произнесла слово одними губами.

Фургон с грохотом ожил, а затем затрясся, выезжая с пляжа на дорогу.

— Мне кажется, она пытается что-то сказать, Кира! — закричал он.