Оливия Торн – Все, что он потребует (ЛП) (страница 23)
— Верно.
— И я бы не сказала, что ты
Он усмехнулся.
— У нее есть определенная власть. Это ее владения… и 300 баксов — ее цена.
— Возможно, тебе просто стоило сказать ей, кто ты такой.
— Может быть… но я ненавижу людей, которые говорят "Да знаете ли вы, кто я?" Если они не узнают тебя сразу, тебе никогда не стоит говорить такое.
—
— Да, но… ты такая несообразительная, — сказал он печальным, покровительственным голосом.
Я пнула его под столом.
— Ау! — засмеялся он и потер свою голень. — Осторожнее, мне нужна эта нога.
— Думаешь, она знает, кто ты такой? — спросила я, чувствуя, что ревность понемногу возвращается. Мне не хотелось, чтобы высокая, элегантная рыжеволосая красотка смущала меня еще больше.
— Надеюсь, что нет. Я иду на многое, чтобы держать свое имя и фотографии подальше от новостей.
— Почему?
— Ты когда-либо разговаривала с кем-нибудь знаменитым? Я имею в виду по-настоящему
Я одарила его
— Я? Нет.
— Ну, все, кого я знаю, говорят, что это самая худшая часть сделки. Слава хороша только для парочки вещей: привлечь внимание к твоему делу и затащить в постель красивых женщин. У меня достаточно денег, так что я могу нанять людей, чтобы привлечь внимание, и у меня уже есть красивая женщина, сидящая напротив меня, так что я в порядке.
Поначалу, я покраснела от комплимента — а потом ревность накрыла меня еще больше.
— Да, но ты встретил меня только вчера. Конечно же ты хотел привлечь женщин до встречи со мной.
— Ну, учитывая, что последняя была восемь месяцев назад, можно увидеть, какое важное место это занимало в моем списке дел.
Я отвела взгляд.
— Она была красивой?
— Кто, последняя женщина с которой я был?
Не глядя на него, я кивнула.
— Она была моей невестой.
У меня сердце оборвалось.
Я пристально посмотрела на него.
— Я… я не знала… — прошептала я.
Он улыбнулся — но это была просто вежливая улыбка, увеличившая дистанцию между нами. Похожая улыбка была у той рыжеволосой, когда она уверяла нас, что у нее нет возможности найти нам столик.
— Откуда тебе было знать?
— Я… все закончилось… по-дружески?
Его лицо стало каменным.
— Нет. Не совсем.
— Что случилось?
Впервые с того момента, как я его встретила, его голубые глаза напомнили мне лед. Холодные, арктические, леденящие душу.
— Я не хочу говорить об этом.
Я снова опустила глаза.
— Я… мне очень жаль. Я не должна была спрашивать.
Его голос смягчился, словно он понял, что был слишком груб.
— Все в порядке… я просто не хочу об этом говорить.
Теперь все стало понятно. Вот почему у него никого больше не было в течение восьми месяцев.
Его сердце было разбито.
И из-за этого мое — болело за него.
Глава 25
— Достаточно обо мне, — сказал он. — Я уже устал от себя. Расскажи мне о себе. Я почти ничего о тебе не знаю.
Я снова подняла на него глаза. Он опять улыбался.
— Да, мы вроде как пропустили эту часть, не так ли?
Он засмеялся, снова став самим собой.
— Да, вроде как.
— Что бы ты хотел узнать?
— Кто ты такая. Чем ты живешь.
— Это
— Ладно, давай начнем с основ. Родители? Братья, сестры?
— Мои мама с папой все еще живут в Шарлотте, Северная Каролина. Вот где я выросла. У меня есть старший брат. Он работает в компании по производству программного обеспечения во Флориде.
— Какова была твоя специализация в колледже?
— Бизнес, вторая специальность психология. — я поморщилась. — Это… как-то странно.
— Очень смахивает на собеседование при приеме на работу, — согласился он. — Ладно, скажи мне вот что: кем хотела стать пятилетняя Лили, когда вырастет?
— О, легче легкого — балериной.
— Действительно.
— А шестилетняя Лили хотела стать ученым.
— Это своего рода противоположные области.
— Так и есть. Но все меняется. В восемь я хотела стать астронавтом. В девять — психологом. Думаю, на этом я зациклилась больше всего, учитывая, что моя вторая специальность — психология.
— А почему основная специализация — бизнес?
— Мой отец оплачивал мое обучение и хотел, чтобы я занималась чем-то полезным. Вот… я и занялась.
— Угу. — Коннор посмотрел на меня так, словно пытался заглянуть мне в душу. — И что хочет… сколько тебе лет?