Оливия Торн – Все, что он потребует (ЛП) (страница 2)

Я посмотрела вниз и поняла, что была абсолютно голой.

Что, знаете ли, не должно было застать меня врасплох, учитывая, что мы только минут десять назад закончили заниматься любовью и остальное время валялись голышом.

Но, когда весь мир выдернули у вас из-под ног, как дешевый коврик с деревянного пола, вы забываете такие вещи как, Эй, я тут дефилирую голышом перед мистером Совершенство!

Мистером МИЛЛИАРДЕРОМ Совершенство!

Размахивая руками и, вероятно, потряхивая телесами, но прямо сейчас я не хотела демонстрировать свою грудь!

Я остановилась на пол шаге, тихонько взвизгнула, и обхватила себя руками.

— Лили… иди сюда, — сказал он тихо, но твердо, и похлопал по кровати рядом с собой.

Я колебалась.

— Лили… иди СЮДА, — проворчал он своим суперсексуальным тоном, не терпящим возражений.

Я робко побрела к кровати и села около него… хотя и в полу метре от него. Я села ближе к его ногам, чем к тому месту, где он похлопал.

И я села к нему спиной, словно боялась встретиться с ним взглядом.

Потому что действительно боялась.

Но я все еще чувствовала его взгляд на своих плечах, когда обхватила свое обнаженное тело руками, стараясь защитить себя.

— Что происходит? — спросил он.

Я посмотрела на него через плечо. Он слегка склонил голову, вопросительно глядя на меня.

— Я…ты…я не… — попыталась я объяснить, но замолчала.

— Почему ты так отреагировала?

— Потому что ты не тот, за кого себя выдавал!

— Я Коннор. Это все. Моя фамилия не имеет значения.

— Это не имеет значения, когда ты "Лили Росс"! Но это важно, когда это — это — Кеннеди, или Рокфеллер, или Темплтон! — запинаясь сказала я.

— Почему это так важно для тебя?

Это меня остановило.

Это не должно иметь никакого значения. Он был тем же мужчиной, который занимался со мной любовью пятнадцать минут назад…его фамилия не должна ничего менять.

Но это не так.

Причина не в нем…причина во мне.

— Я не…я не… — прошептала я.

— Что?!

Он смотрел на меня таким нежным, но в то же время изучающим взглядом, словно я была какой-то непостижимой тайной, и ему очень хотелось узнать, о чем, черт побери, я думала.

Я почувствовала, что моя нижняя губа дрожит, когда прошептала.

— Почему ты вообще обратил на меня внимание?

Он нахмурился, но его губы растянулись в улыбке, будто я сказала самую очаровательную глупость, когда-либо услышанную им.

— Потому что ты красивая.

Тепло затопило мое тело, и я ослабила смертельную хватку, в которой держала себя.

Но даже несмотря на то, что этот ответ заставил мое сердце пропустить удар, этого было недостаточно.

— В мире полно женщин намного красивее меня, — тихо сказала я.

Его улыбка исчезла, сменившись обеспокоенным взглядом.

Несмотря на свою истерику, я ничего не могла с собой поделать и смотрела с вожделением на эти накаченные руки, великолепную грудь, рельефный пресс, мощные бедра, на…хм…очень, очень аппетитную часть между его бедер, когда он придвинулся ко мне.

Он протянул руку к моему лицу и убрал все еще влажную от нашего неистового занятия любовью прядь волос со лба и заправил ее за ухо.

Он уставился на меня, и я почувствовала, будто тону в его глазах.

— Не для меня, нет, — прошептал он.

Это был предел. Я знала, что это предел. Я не супермодель, я не очаровашка, рекламирующая продукцию Victoria’s Secret, я даже не бывший чирлидер средней школы. Может я и симпатичная, но определенно не самая красивая женщина округа 90028, не говоря уже о Лос-Анджелесе. Черт, я даже не одна из самых красивых женщин в моем квартале.

Но именно это я и хотела услышать.

Именно это мне было необходимо услышать.

Он придвинулся еще ближе ко мне, и я ощутила тепло его тела, согревающее мою кожу, словно солнышко.

— Хочешь узнать почему еще я захотел тебя? — спросил он, гипнотизируя меня взглядом.

— Почему? — прошептала я.

— Потому что ты забавная. Потому что в тебе есть сила воли. Потому что ты умная. Потому что ты не повелась на мое вранье, хотя я понял, что ты хотела поцеловать меня с того момента, как я увидел тебя.

Я покраснела.

— Не в первую минуту…точно…

Это было ложью, и он это знал.

Он усмехнулся.

— Ладно, тогда во вторую.

— Может быть во вторую, — уступила я.

Он засмеялся, а потом снова стал серьезным.

— Все это, и потому что ты отдавала столько же сколько и получала. Я наврал тебе, а ты не поверила этому. Ты защищалась. Потому что ты сама по себе даже, если ты еще толком не знаешь, что тебе нужно… даже, если ты все еще ищешь свое место в жизни. Потому что я увидел многое в тебе…большой талант, огромный потенциал, такую силу, и ты даже не понимала, что обладаешь ими. Потому что я видел замечательную женщину, которая не знала, насколько она невероятная, и это убивало меня. Вот почему я захотел тебя, а не только для того, чтобы держать тебя обнаженной в своих объятьях, и слышать, как ты стонешь, когда я довожу тебя до оргазма… но и потому, что хотел заставить тебя увидеть, хотя бы на короткий миг, то, что видел я.

Все, что он говорил мне, вызвало во мне желание плакать и смеяться.

Эти слова заставили мое сердце воспарить.

Но также ранили его немного.

Никто не говорил мне, какой особенной я была, никогда.

Никто никогда не заставлял меня чувствовать себя особенной.

А потом, когда он дошел до части о том, чтобы держать тебя обнаженной в своих объятьях, и слышать, как ты стонешь, когда я довожу тебя до оргазма…

О.

Мой.

Бог.

Я снова хотела его, очень сильно, просто умирала от желания.