Оливия Тишинская – Архитектор (страница 10)

– Электричество! Вот же пень! – она почти бегом бросилась в комнату отдыха.

Резервная система работала, видимо, только на аппаратуру, наверху и на аварийное освещение, потому что чайник в комнате отдыха не заработал. Дашка порылась в шкафах, нашла и кофе, и сахар, и чистые кружки-ложки. Выбрала кружку побольше, насыпала туда кофе с сахаром, сгребла под мышку чайник и отправилась со своей добычей обратно.

Вскоре руки приятно грел только что заваренный кофе. Невозможно горячий и весьма приятно пахнущий. Пить его было ещё рано, а руки-ледышки только и ждали обо что бы погреться.

Казалось, или кофе действительно вернул Дашку к жизни, но недавнее оцепенение улетучилось, мозг отчаянно начал пульсировать и рождать картинки, события, решения одно за другим.

Итак. Ответ найден. Почти 100%. Теперь срочно надо было решить, что с этим знанием делать. Ночь не за горами. И судя по сценариям голливудских фильмов, она может стать последней в жизни. Строго говоря, вечер может стать последним. Вряд ли она сможет что-то противопоставить тысячам зомби-вампиров или оборотней. Кто-то однозначно её сожрёт или обратит. Лучше уж сожрёт.

«Интересно, сожранные зомби христиане в рай попадают? Не, ну а чё? Может это тоже выход. Таким образом, что мы имеем. Девушка с двумя животными без опыта общения с разного рода вурдалаками срочно снимет бункер на длительный срок. Порядок гарантирую».

Ни одного приличного бункера Дашка в городе не знала. Как и неприличного. Лично ей, как архитектору, таких заказов не поступало, даже в легендарном 2012 году.

100% что-то такое в городе есть. Для спецслужб, или для того, чтобы спрятать на время любой «чумы» нежные задницы мэра и губернатора. Вот только где они? Под зданиями УВД, ФСБ, мэрии? А как в них попасть, указано на плане эвакуации… Угу… Прямо так и вижу. А ещё найти надо, где там резервное питание, вентиляция как работает, водопровод. Интересно, но скорее всего поздно. С высокой долей вероятности местные административные зомби именно туда и потянулись, когда случилось ЭТО. Ведь там тоже темно и сыро. Или тепло? Или холодно? Однозначно, там жутко темно. Тотально темно. Ведь аварийные системы им включать ни к чему.

Значит туда точно нельзя. А куда можно? Домой? Выдержат ли двери напор сотен зомби? Ведь согласно сценариям кино, они выйдут очень голодными и будут искать еду. То есть её. И найдут.

И всё. Тогда всё.

Противопоставить этой дикой силе попросту нечего. Что может одна слабая девушка против толпы обезумевшего зверья? Ничего. Вообще ничего! Это в кино у героя тяжёлые металлические ставни и двери. Вот только, где он, на хрен, первую ночь пережил?! И все последующие, до тех пор, пока всё это не построил? В одиночку! Не человек, титан! Такую тяжесть один на окна понавесил. А вот где и на каком оборонном предприятии ему ставни металлические именно под его размер изготовили, в кино сказать забыли. И вода у него из крана текла все три года. Ага! Волшебник хренов. Американцы реально непроходимо тупые. У нас даже дети знают, что водопровод в домах работает от электричества. Не говоря уже про всё остальное.

В общем, всё, что было в кино, полнейшая и офигительная чушь. Во всяком случае всё, что касается ЖКХ и продмагов. Интересно, насчёт зомби они тоже сильно ошиблись? Хотя тут Дашку терзали сомнения иного рода. Она почти была уверена. Ну на 99,99%, что америкосовские учёные, которые не такие тупые, как америкосовские сценаристы, уже давно какой-нибудь зомби-вирус вывели и многочисленные сценарии зомби-апокалипсисов – это всего лишь утечки инфы из закрытых зон. А может контролируемые утечки. А может они этих зомби выпускали погулять, посмотреть, так сказать, в живой природе чё-как. Уж больно много этих зомби-фильмов в их синема, вампиров и прочей нечисти искусственной Больше про нелюдей в голову ничего не пришло.

Глава 9.

Итого. Что мы имеем? Фиговенький, но вполне вероятный сценарий. Согласно ему жить остаётся не так долго. До заката всего-то. А потом некоторое время ожидания быстрой, но болезненной и мучительной смерти от съедения живьём. Хреново… Очень хреново!

Сказать, что Дашке было страшно, не сказать ничего. Она хоть и сомневалась где-то в глубине души, что найдёт людей и всё будет хорошо, но этот червяк сомнений был очень глубоко и пищи ему она за день не давала.

И он проголодался.

Очень.

Теперь Дашка мало сомневалась, что ей удастся увидеть следующий рассвет, потому мозг перестал строить планы поиска людей, счастливого спасения и обретения своего места в новом мире эвакуированных, но вполне живых самых настоящих людей.

А смысл?

Скорее надо было решить, возвращаться домой и сидеть там, ожидая, что кто-то из этих вурдалаков найдёт её первым. Или несколько вурдалаков. Или выйти на улицу, когда солнце сядет и отдаться на съедение первому встречному зомби, чтобы покончить с этим всем побыстрее.

Дашка понимала, что одна она в поле не воин. Никаких особых навыков выживания она не имеет, как дать о себе знать другим людям, если они есть где-то там далеко, где-нибудь она не знает. Рядом, похоже, всё-таки никого из живых нет.

А где конец этой зомби-зоны, кто их знает?

Может, если бы она с утра с самого хоть бы додумалась до этого или как-то узнала, что случилось, был бы смысл прыгнуть в машину и не колесить по городу, а сразу рвануть куда-нибудь подальше, чтобы уж наверняка выйти из зоны поражения. Хотя как узнать, есть ли у неё края? Может, это вселенский пипец? Может, война против нас? А может, ахнуло там, в Америкосии. Случайно. И теперь на всём свете одни зомби. Не факт, конечно, что она одна осталась вообще везде. Всё-таки 7 миллиардов с хвостиком. Наверняка, есть такие, как она, кто мечется в непонятках по своему городу, ища живых, и тоже ничего не понимая, и трясётся от страха. Смысл вообще об этом думать, если по-хорошему жить осталось всего ничего.

Вот такая расхожая тема. Что бы вы делали, если бы знали: вам осталось жить один день? А что бы вы делали, если бы вы об этом узнали за пару часов до смерти? У вас есть целый мир, пустой, правда, но весь ваш.

Вас ждёт бесславная жестокая смерть. Даже могилки от вас не останется. Что бы вы делали? Вам даже некому завещать свои дневники, сберкнижку и собаку Шарика. Вы оставляете весь мир неизвестно кому. То ли зомби, то ли вампирам. Вы почти уверены, что в границах вашей ойкумены никого вообще нет, такого же, как вы.

Что вы можете? Насладиться последним холодным кофе? Съесть свою последнюю шоколадку? Написать предсмертное письмо? Кому? Может на этой Земле больше никогда ничего разумного не будет жить… Во всяком случае вы пока никаких перспектив не видите. Бумага истлеет в любом случае, даже если её в бутылку закупорить. Вряд ли она столько проживёт, чтобы в целости и сохранности дождаться либо развития нового вида разумных существ, либо разумных существ с другого края Вселенной. А иных вряд ли заинтересуют её последние мысли и чувства. Свои, если нормальные всё-таки отыщутся, вряд ли будут искать что-то такое. Они итак будут знать всё. Да и кому в голову вообще придёт, что кто-то выжил, а потом всё-таки не выжил. А между делом успел накрапать 5 строк прощального письма.

Случись другой живой в этом городе сегодня… И она о нём не узнает, ни как его звали, ни во сколько его съели. Как и он о ней не подозревает и ничего никогда не узнает.

Всё так.

Дашка заглянула в чайник. Ещё на одну кружку. Щёлкнула выключателем и пошла за очередной порцией кофе и сахара. Теперь коридор без окон с мигающей лампой над входом в зал и едва наполненный тусклым аварийным светом не вселял в неё такого оптимизма, как совсем недавно. Теперь она вдруг осознала, что её беготня по тёмным пролётам лестницы, поиски рубильника в комнатах без окон и прочие замкнутые неосвещённые места могли быть прибежищем недавно рождённых зомби, а значит её бестолковая жизнь могла бы уже закончиться. И она могла бы даже не понять, что с ней случилось. Холодный ужас буквально схватил Дашку за руки и за ноги в двух шагах от комнаты отдыха. Она с трудом дотащила себя до двери, изо всех сил толкнула её вовнутрь и увидела уже знакомый залитый ярким светом стол с пачкой печенек. Недопитую кружку кофе. Пустые диваны, кресла, стулья.

Ведь правда, куда-то личный состав смены делся. Это ведь работа круглосуточная. А подвала здесь точно нет. Значит они здесь. Где-то здесь, быть может прямо за этой стеной. Сверху. Снизу. Сбоку. Наверняка, есть какое-то помещение, в которое она не заглянула лишь по воле счастливого случая. А там стоят и переминаются с ноги на ногу новорождённые зомби, медитируют перед первым ужином. Или завтраком? Иначе бы уже всё случилось. Дашка была в шоке. Почему умные мысли ей сегодня приходят в голову с таким опозданием?!

Она опустилась на стул у окна. Поближе к солнцу, свету, теплу. Дышать было тяжело. От страха. Ноги вообще слушаться перестали. А в голове начинала набатом бить одна и та же мысль: бегом отсюда, быстрее! Но нет, было не встать. Страх пригвоздил Дашку к стулу намертво. Она не мигая смотрела в проём двери. Из освещённой ярким светом солнца комнаты он выглядел совсем тёмным. Как всё её непродолжительное будущее. Беспощадно чёрным. Фатально чёрным. Вот он портал между прошлым и будущим. Кратковременное бесполезное настоящее уходило стремительно прочь. Стоило вообще сегодня просыпаться, метаться по городу, бегать с авоськами и запасаться провизией, прятаться за шторками, выдумывать планы спасения. Тратить нервы и время. И всё ради того, чтобы вдруг понять, что ты вот-вот станешь чьим-то перекусом. Дашку уже почти тошнило от этих мыслей, от жутких картин, что рисовал ей измученный мозг. На глаза навернулись слёзы. На фига вот это всё вообще, Господи? Всё равно умирать! Но нет, надо чтобы со сложностями, с осознанием своего ничтожества и невозможности противостоять чему-то, чего ты не знаешь, а если даже знаешь, то оно сильнее тебя и неминучее. Господи, ну почему у тебя всегда один и тот же сценарий?! Ты повторяешься!