Оливия Стилл – Измена. Малыши (не) для тебя (страница 5)
Я тогда так гордилась тем, что мне в жизни удалось встретить такого мужчину, который не опирается на мнение окружающих и имеет своё собственное видение жизни.
Правда, насколько же это комично вспоминать, стоя посередине старых сеней у чёрта на рогах…
Машинально коснулась пока ещё плоского живота ладошкой, и меня затопила нежность, вперемешку со страхом.
Голова не соображала совершенно. Надо было подумать, что делать, как поступить, куда бежать? У меня из родственников осталась только крёстная, но к ней Влад пойдёт в первую очередь.
После гибели моих родителей я обрубила все концы с роднёй… В силу своего возраста, я не была готова отвечать на кучи вопросов и жить так, как виднее было той же маминой сестре, например. Спустя время, я впервые пожалела, что не смогла тогда выстроить взаимоотношения… Сейчас мне было бы куда пойти.
Включив все тумблеры на электрическом щитке, я подключила обогреватель, который нашёлся неподалёку, и уселась на диван, в ожидании пока комната прогреется и я смогу снять с себя тёплую кофту и ветровку.
Мысль позвонить маминой сестре меня не отпускала никак, но как решиться? В это же мгновение, едва я успела подумать об этом, телефон внезапно отмер и зазвонил. Глянув на экран, я похолодела. Скинуть звонок рука не поднялась, всё равно же поговорить придётся, пусть лучше сейчас, чем потом…
– Слушаю.
– Где ты? – раздался ледяной голос из динамика.
– Это не важно…
– Важно, Настя. Я всё равно тебя найду! Что за детский сад? Вернись, и мы все обсудим!
– Нечего обсуждать, Влад. Дай мне развод.
Произнеся эти слова, я не сумела удержать слёз. От мысли, что я говорю сейчас с мужчиной, который совсем недавно любил меня, осыпал цветами и звонил уточнить, как я себя чувствую, проявляя крайнюю степень заботы, убивала меня на месте.
– Никакого развода я тебе не дам, – отрезал он. – Ты вернёшься, и мы все переживём.
– Нет. Я не останусь с тобой. Ты свой выбор сделал, Влад.
– Ты, как маленькая, Насть. Забудь ты про это, все изменяют! Я тебя люблю, как ты не понимаешь!
– Это не любовь…
Произнеся это, я сбросила вызов и, захлёбываясь в собственных слезах, подскочила на месте и двинулась на кухню в поисках чего-то тонкого. Найдя в одном из ящиков иголку с нитками, я вынула слот для сим-карты и порезала её ножницами на множество мелких кусочков.
Вырубив полностью телефон, я согнулась пополам, пытаясь побороть начинающуюся истерику, но вместо этого взвыла белугой, не в силах сдержать боль, рвущуюся из меня наружу.
Бабушка, до того, как её не стало, всегда говорила:
– Милая, если любишь, всегда будешь беречь. От всего, да хоть от горячей ручки сковороды. Будешь заботиться и стараться порадовать, да хоть неожиданной чашкой чая в пасмурную погоду. А если любви нет… Всё пустое.
Вот и сейчас, сидя чёрт знает где, я умирала, осознавая, что люблю мужчину, которому на меня абсолютно плевать. Если любишь, никогда не решишься на измену… Даже мысль не пролетит, потому что, кроме своей любимой, никого не хочется трогать или целовать…
То, что сделал Влад, нельзя объяснить. Тут либо смириться и простить, либо начинать жизнь с чистого листа.
Внутренний голос вопил о том, что я делаю поспешные выводы. Мозг понимал, что его выводят из зоны комфорта и ему это совершенно не нравилось.
Весь оставшийся день, я пыталась понять, что мне делать дальше, а память услужливо подбрасывала мне воспоминания о том, как мы любили друг друга, наш первый поцелуй, трогательное признание в любви и предложение руки и сердца, как Влад целовал мой плоский живот, когда я впервые забеременела и как переживал вместе со мной, когда случился выкидыш.
Алёна Николаевна приехала спустя два дня. Всё это время я жила на том, что мне всучил мой водитель. Пакет с базовым набором продуктов предполагал самостоятельное приготовление, и я лишний раз добрым словом помянула свою маму, которая относилась к моему умению готовить очень внимательно и придирчиво.
– Ну, что я могу тебе сказать, дорогая, – начала женщина, когда я налила ей горячий чай. – Упрямый он у тебя, этого не отнять. Ты точно решила всё?
– Да.
За эти дни я миллион раз всё обдумала и поняла, что жить так не смогу. Каждый раз, глядя на Влада, я точно буду вспоминать, как он делал всё это на нашей кровати с другой…
– Тебе требуются условия, милая. Беременность – это не то, с чем можно пережить зиму на холодной даче. Родственники-то есть?
– Сестра матери, но мы много лет не общались.
– Значит, поедешь к ней, – твёрдо заявила Алёна Николаевна. – И не анализируй. Ты её родственница. Отправит обратно – позвонишь мне. Я тебя заберу. А пока, надо пробовать. Там он, я так понимаю, тебя искать не будет?
– Не думаю, – пробормотала я. – Он с ней даже не знаком.
– Тогда точно не будет.
На том мы и решили. Договорились, что как только рожу, позвоню ей, и мы обязательно встретимся ещё раз.
– Что делать с разводом?
– А что с ним сделать? – пожала плечами женщина. – Отправишь документы онлайн – он тебя найдёт. Пока он не знает о ребёнке, а потом узнаёт сто процентов, что сильно затормозит ваш развод. Пока оставь всё как есть, выноси и роди здорового малыша, а там разберёшься. В крайнем случае найдёшь того, кто сам захочет разобраться.
Глаза расширились от одной мысли, что я когда-то встречу какого-то мужчину… Нет, я не собиралась до конца дней их сторониться, но доверять я так уже не смогу, тем более я буду не одна и надо будет заботиться о маленьком человеке, а к ребёнку кого попало не подпустишь.
Прощаясь с Алёной Николаевной, внутри была пустота. Мне так тепло было с этой женщиной, словно мы знали друг друга всю жизнь. Моей благодарности не было границ…
– Я вам очень благодарна, правда.
Главное, что ты будешь в порядке. Езжай.
Сев в машину к тому же самому старичку, я поехала вперёд, собираясь начать свою новую жизнь. Ту, где не будет ни Влада, ни кучи его денег, ни его измен, ни тотального контроля… Несколько ночей, я даже уже перестала плакать, правда, в груди по-прежнему болело.
Я надеялась, что всё изменится, стоит мне убежать, скрыться и начать новый путь…
Кто же знал, что моё спокойствие будет ой каким недолгим…
Глава 8
Влад.
Сидя в своём кабинете, я пил уже третий бокал крепкого и не понимал, куда катится мой мир.
Я же люблю Настю, всё у нас нормально, зачем творю дичь?
Такой светлый человечек, моя опора, поддержка и самый близкий человек… Настя была той, кто открыл мне мир в нежность, подарил любовь и дал надежду, что брак может быть не таким, как у моих родителей. Рядом с ней я верил, что в отношениях может быть доверие, понимание, поддержка…
Как это кажется сейчас комичным, когда я сам, собственными поступками, разрушил то, что мне было так дорого.
Не могу даже сам себе ответить на этот вопрос. Зачем мне были нужны другие? Чего мне не хватало?
События того вечера проносились в моей голове постоянно… Да чего душой кривить, я, кроме как об этом, ни о чём не мог думать!
Настя не должна была приехать домой, не должна была всего этого увидеть. Я меньше всего хотел ранить мою хрупкую жену, да и втягивать её в свои пороки тем более не хотел.
Тяжело вздохнув, я одним махом выпил остатки в бокале и налил следующую дозу. Что мне делать со всем происходящим, ума не приложу…
Врач ещё эта… Далеко не глупая женщина, как оказалось, прекрасно поняла, что штырит Настю из-за меня. Поняла и ограничила мне доступ к ней… Да и её побег, я уверен просто, организовала она же. Вот куда она лезет? Чего ей надо?
Упрямая, вздорная и гордая… Видимо, был какой-то травмирующий опыт, раз мимо не прошла. Хотя лучше бы прошла…
Мой эгоистичный подход ко всему этому добивал даже меня самого. Умом я понимал, что будь на моём месте Настя, я никогда не простил бы. Вышвырнул, в чём мать родила на улицу, под смех толпы и в назидание за поступок. Только вот, я всю жизнь воспитывался так, что я могу всё, что хочу. Да, чёрт, у меня даже не было примера среди окружения, у кого был бы по-настоящему верный брак!
Не вернись она тот вечер со своим дурацким сюрпризом, ничего бы не случилось. Она так ничего бы и не узнала, а я просто перестал бы творить всю эту ерунду, занялся бы семьёй, отвёз жену отдохнуть и любил бы её так, как никогда прежде…
Внутренний голос ехидно тыкал меня палкой, словно издеваясь… Я всегда любил женщин, не стану скрывать, но Настю я любил всегда больше. Осечка была лишь однажды, когда после официального приёма наших гостей из Англии, я банально напился и не смог удержать себя в руках, накинувшись на секретаршу, которая прям вертела передо мной своим задом.