Оливия Стилл – Доктор, это твой сын (страница 9)
– Мам, ты злишься? – виноватый взгляд подошедшего сына больно кольнул грудь.
– Нет, конечно, малыш. – поспешила я успокоить сына. – Поиграй пока один, ладно? Я поговорю с дядей Артёмом.
Мишка радостно кивнул и снова плюхнулся на диван, хватая джойстик.
Смирнов, кстати, совсем не выглядел виноватым. Довольная улыбка озаряла его красивое лицо и моих намёков, что радости тут совершенно нет, ему не откликалось совершенно.
Выйдя на кухню, которая, кстати, была в идеальном порядке, что повергло меня в недолгий ступор. Тряхнув головой, я повернулась на виновника моего шебутного утра и нахмурилась.
– Такие приобретения необходимо со мной согласовывать, Артём, – Строго начала я. – Я не помню, чтобы…
– Кать, ну что произошло, скажи мне? Это просто игра. Ты же всегда можешь регулировать количество времени, которое он будет в ней проводить. – Спокойно ответил он, но я не унималась.
– Дело не в том, что я могу, а в том, что воспитание ребёнка – это не только прикольные покупки техники и совместное времяпрепровождение. Ты не можешь всегда быть для него хорошим, понимаешь? Воспитание – это не всегда довольный ребёнок. Порой надо быть строже.
– Ты была с ним рядом всю жизнь, а я только начал. Может, нужно быть ко мне более снисходительной? – насупился мужчина, а мне на мгновение стало стыдно.
Он был прав. Требовать от него идеально родительства было по меньшей мере глупо, я и сама не была идеальной. Тяжело вздохнув, я облокотилась на кухонный стол и посмотрела на горе-папашку, который продолжал держать в руках тарелку с яичницей.
– Просто давай договоримся. Больше никаких дорогих покупок, не посоветовавшись со мной, ладно? – пристально взглянула на него. – И нам надо обговорить, как мы начнём разговор и что ему скажем. Ты его отец, Артём. Это не уроки с ним сделать…
Дверь позади Смирнова со скрипом отворилась. Мы оба направили взгляды туда. Не знаю, как Артём, но я похолодела.
На пороге стоял Мишка и, кажется, он слышал…
Глава 13
Внутри меня всё похолодело.
Мы собирались рассказать сыну о том, что дядя Артём – это не просто доктор, но ещё и его отец, но это не планировалось случайно!
– Мишка… – Только и смогла я произнести, глядя на шокированного сына.
Сын сделал шаг назад, переведя глаза на Артёма, который замер спиной ко мне и не сводил глаз с Мишки.
– Вы правду сказали? – не верящим тоном проговорил Мишка, сцепив свои ручки за спиной.
Сердце кровью обливалось. Артём не замечал, но я очень чётко видела на лице сына надежду. Именно в этот момент я осознала, как сильно моему сыну не хватало отца… Многое сложилось в единую картинку. Вся его теплота к Смирнову, все его попытки с ним наладить общение, радость от его появления…
Мишка тянулся к нему изо всех сил. Раньше я думала, что это просто от симпатии, но Смирнов никогда и не относился к нему, как ко всем. Он изначально заботился о нём намного больше, общался с ним больше, чем с другими, заходил так часто, что на нас даже медсёстры странно поглядывали.
Они оба тянулись к друг другу, а сейчас… сейчас я еле сдерживала слёзы от того, как смотрит сын на своего отца.
– Да, Миш. Это правда. – Тихо произнёс Артём, осторожно подходя к Мишке, пытаясь дать ему свободное пространство.
Мы, казалось, замерли оба. Долгие мгновения, казалось, растянулись ещё сильнее, а потом струну прорвало…
Мишка сорвался с места, словно бежал марафон, и со всей своей детской непосредственностью, кинулся обнимать своего отца.
Смирнов в тот же момент, упал на колени около Мишки и крепко сжал его в своих объятиях, хаотично проводя руками то по макушке, то по спине сына.
Когда зарыдал Мишка, я уже не могла сдерживать себя. Уткнувшись носом в шею Артёма, он рыдал навзрыд, цепляясь за него, словно за спасательный круг. От крепких объятий Смирнов рухнул на пол окончательно, повернувшись на меня и я впервые увидела его таким. Крупные слёзы лились из глаз Артёма, не собираясь останавливаться. Он, прижавшись губами к виску мальчика, словно качал его на своих руках, приговаривая что-то очень тихо, так, чтобы слышал только он.
Так мы и просидели. Эти двое, крепко держа друг друга в объятиях и я, не знающая, куда себя деть…
– Мам, а дядя… То есть папа останется жить с нами? – по-детски наивно спросил у меня сынок спустя час, когда Смирнов убежал в магазин.
Конечно, я понимала, что ему скорее требовалось время для того, чтобы проветриться, но осуждать его я не могла. Мало того что мы оба не ожидали ТАКОЙ реакции Мишки, так ещё и посыпалось от него множество вопросов, на которые мы дать ответы пока не могли.
– Мы сегодня переезжаем в новый дом, Миш. – Начала я, садясь за стол, напротив сына. – Твой папа считает, что нам лучше жить в другом районе, с ним, так будет лучше для тебя, да и лечение твоё будет более качественным, он же врач.
– А ты как хочешь?
Такого вопроса я не очень ожидала от своего совсем мелкого сына. А что я могла ответить? Мы со Смирновым совсем не обсуждали наши отношения, которых, по большому счёту и не было…
Да, я ощущала к нему тягу, видела, как он на меня смотрит, но что нас ждёт дальше, не имела ни малейшего понятия. В памяти было ещё свежо то, что произошло тогда, хоть я и понимала, что воды утекло много и сравнивать сегодняшнего Артёма с тем, что был 9 лет назад, точно неправильно. Только вот память услужливо подкидывала воспоминания, которые я была бы и рада забыть, да не могу…
– Так! Кто будет торт? – Артём вернулся внезапно, я даже не слышала, как открылась дверь.
– Ура! – Мишка с радостной улыбкой протянул руки к коробке с тортом, и с интересом начал рассматривать сладкий презент.
– Миш, открывай и иди в зал, мы сейчас с твоей мамой придём, пока чай сделаем, ладно?
– Ага. – Довольный Мишка схватил торт и потопал в зал, плотно прикрыв за собой дверь.
Наступило неловкое молчание.
– Надо вещи собрать… – Буркнула я, намереваясь избежать разговора с мужчиной.
Едва мы остались наедине, поджилки затряслись, ведь теперь между нами преград в виде секретов просто не осталось. Лишь огромное количество недосказанности.
– Кать, нам всё равно придётся поговорить, ты же понимаешь?
– О чём? – вспылила я, резко развернувшись на мужчину. – Самая главная проблема решена. Ты теперь можешь спокойно налаживать отношения с сыном, я препятствовать не стану!
– Между нами…
– Нет никаких «нас». – Отрезала я. – У нас просто общий ребёнок. Между нами ничего нет.
– Я с этим не согласен.
Твёрдая фраза выбила у меня почву из-под ног. Находиться в незнании было проще. Сейчас же, когда фраза была сказана вслух, убежать от неё не получится. Только определяться, чего нам больше хочется – быть вместе и стараться выстроить наши отношения, как семья, или жить дальше в таком состоянии, где нас связывает только контракт или воспитание общего ребёнка.
– И что ты предлагаешь?
– Выслушай меня. Дай мне хотя бы шанс оправдаться.
– А тебе есть что сказать? – горько уточнила я. – Всё было предельно понятно в тот день.
– Ты удивишься…
Тяжело вздохнув, я задумалась. Сейчас я стою на перепутье. Уверенность в том, что Смирнов предоставит мне аргументы в пользу своей невиновности, была практически стопроцентной. Как я могла ему верить? Получается, мне оставалось просто довериться ему и поверить на слово…
Только я не имела ни малейшего понятия, хочу ли я этого…
Глава 14
– Ладно, Смирнов. Твоя взяла. – Обречённо произнесла я, глядя на мужчину, который медленно менялся в лице. – Я выслушаю тебя, но не сейчас. Ты сказал, что надо собирать вещи. Ты уже знаешь, куда мы поедем?
– Да, Николай всё подготовил. Много у вас вещей?
– Не очень, но повозиться придётся. – Буркнула я. – Проследи, пожалуйста, чтобы Мишка не съел весь торт целиком, ладно?
– А он может? – удивлённо уточнил Артём хохотнув. – Хотя я бы смог, наверное, в его возрасте…
– Это меня и пугает.
Собрать вещи из квартиры, в которой мы прожили довольно долго, оказалось той ещё задачкой. Всё, казалось, лежало на своих местах, поэтому пришлось методично осматривать каждый угол, каждый ящик, каждый шкафчик. У одного только Мишки оказалось почти два полностью забитых чемодана, а мне предстояло ещё собрать свою одежду и это не считая постельного белья, полотенец и прочей домашней утвари, которой мы обросли уже в процессе проживания.
Смирнов изо всех сил пытался сдерживать свои порывы, но я то и дело ловила на себе его ироничный взгляд и наблюдала, как иронично изгибалась его бровь, глядя на количество растущих чемоданов в коридоре. Спустя пару часов, пройти было уже невозможно, а мужчина с тяжёлым вздохом отправился перетаскивать багаж в машину. Благо, что его внедорожник легко мог вместить груз раз в пять больше, чем было у нас.
Правда, пару раз всё-таки у него проскальзывали осторожные попытки остановить меня:
– Кать, ну можно же всё это купить… Зачем ты всё тащишь?
В этот момент я вспыхивала, словно спичка.