Оливия Стилл – Доктор, это твой сын (страница 8)

Съёмная квартира, в которой мы с сыном жили, была скорее «бабушкиной», а поэтому по классике жанра, половину коридора занимал огромный встроенный старый шкаф. На верхнем антресоле мы хранили чемоданы и как раз матрас. Роста мне не хватало, чтобы достать его без стула, а идти за ним на кухню совершенно не хотелось.

Попытка подпрыгнуть не принесла желаемого результата, а когда в очередной раз я зацепила чемодан, он опасно накренился, рискуя свалиться сверху и дать мне по макушке.

– Ты так сотрясение можешь себе заработать. – Прозвучал позади меня бархатный голос.

Слишком близко, чтобы не услышать или проигнорировать. Я затылком ощущала тёплое дыхание Смирнова.

Мужчина ловко подхватил чемодан и сунул его поглубже, чтобы ненароком не упал и достал коробку с матрасом, захлопнув дверцы антресоля. Всё это он проделал, находясь в неприличной близости ко мне. Аромат его парфюма окутывал меня с ног до головы, вызывая непрошеную дрожь и бешеное сердцебиение.

– Ма-а-ам! – крик сына заставил нас подпрыгнуть на месте, и я вынырнула из-под руки, не глядя на мужчину, юркнула в комнату к Мишке, плотно закрыв дверь.

Пока пыталась успокоиться и привести внутреннее состояние в порядок, не услышала ни слова из того, что мне говорил сын.

– Прости, милый. Что случилось? – подняла я глаза на Мишку, который смотрел на меня как-то странно.

– Мам, что случилось? – лицо моего сыночка было такое обеспокоенное, что впору было разрыдаться от умиления.

– Ничего, мой хороший. – Тепло улыбнулась я ему, подойдя ближе. – Всё нормально. Что у тебя произошло?

– Ты меня не обманываешь? – совсем по-детски надув губы, сынок задал мне вопрос.

Врать ему мне не хотелось, но и правду говорить пока было рано. Прежде чем я расскажу, отчего меня так штормит, нам с Артёмом надо обсудить каким образом предоставить информацию Мишке. В моей голове, чем больше Смирнов находился рядом с нами, тем проще мне было позиционировать его, как отца. Я бы даже сказала, в данный момент это было практически естественно, словно он всегда был, просто мы его не видели.

– Нет, конечно, малыш. – Взъерошила я его волосы. – Мы же договаривались, помнишь? Никогда друг другу не врать. Просто дядя Артём немного выбил меня из колеи, мне просто нужно привыкнуть.

Мыслительный процесс на детском лице был настолько забавным, что хотелось схватить за пухлую щёчку и как в детстве, взять на руки, крепко прижав к себе. Правда, чем старше становился Мишка, тем труднее мне становилось.

Сын взрослел и, хоть и оставался очень ласковым мальчиком, его нежность была всё реже. Внутри себя я понимала, что это нормально, что я должна отпустить и дать ему познавать этот мир самостоятельно, выстроить границы, которые ему будут удобны, но материнское сердце ныло каждый раз, когда нужно было держать лицо и не сюсюкаться.

Пожав плечами, Мишка протянул мне учебник.

– Проверишь стихотворение? Мне завтра его рассказывать.

Вообще, я очень удивлялась, как сильно Мишка похож на своего отца. Он хоть и был маленьким, но добивался своего с завидным упрямством. Если надо выучить – учил так, чтобы от зубов отскакивало. Если делал что-то своими руками – добивался идеального внешнего вида и пока не получал нужный результат, мог часами сидеть над одним и тем же.

После проверки уроков нужно было всё-таки выползать из укрытия. Правда, в этот раз, я проверяла особенно тщательно, малодушно прячась в комнате сына и не желая пересекаться с причиной моего нервного состояния.

Едва сын увидел матрас, который Смирнов уже успел надуть, бросил на меня настолько умоляющий взгляд, что я невольно вздохнула с облегчением. Спать в одной комнате с Артёмом было по меньшей мере страшно, уже не говоря о том, что я, скорее всего, не сомкну глаз, дёргаясь от каждого его шороха. Для сына это стало интересным приключением, а мне лишь бы подальше от него…

По лицу Артёма невозможно было ничего прочесть, но как только Мишка притащил свою любимую книжку, мужчина заинтересованно открыл её и начал читать вслух.

Смотреть на них было до одури приятно. Мишке было с ним очень комфортно, он словно расслаблялся, доверяясь полностью, казалось бы, чужому человеку. Будто внутренне ощущал своё родство, чему верить я не особо спешила. В душе я надеялась, что когда мы расскажем ему о том, что Артём – его отец, Мишка не озлобится и примет хотя бы спокойно, уже не говоря ни о чём другом. Придётся отвечать на вопросы… Где он был? Почему не появлялся так долго? Почему не звонил и не давал о себе знать?

Лёжа в своей кровати, я обдумывала все эти нюансы, не находя ответа ни на один вопрос. Будем надеяться, что у Смирнова найдётся хотя бы какая-то идея…

Знала бы я в этот момент, что вытворит этот невозможный мужчина на следующий день, прибила бы его голыми руками!

Глава 12

Проснулась утром я от дурманящего аромата жареной яичницы с сосисками. Когда я училась в школе, мама каждое утро готовила мне завтраки, но яичница с сосисками была моим самым любимым блюдом.

В этом вопросе сын был похож на меня. Когда я стала мамой, то пересмотрела своё питание полностью, в надежде, что смогу подать Мишке хороший пример, но, к сожалению, гены – не вода, а поэтому стоило моему сыну на один день остаться у бабушки, пока я была в командировке, с того самого дня он постоянно просил у меня этот завтрак. В конце концов, решив, что надо возглавить безобразие, раз его нельзя предотвратить, мы пришли к общему знаменателю и ели такой завтрак раз в неделю точно.

Сейчас же, сладко потянувшись в кровати, я замерла, осознавая, кто готовить сейчас этот завтрак…

Подскакивать с кровати я не спешила. Вариантов было всего два – Артём или Мишка. Первый точно справится со сковородой, а второй будет явно под присмотром первого. Я почему-то была абсолютно уверена, что Смирнов не оставит сына одного на кухне, скорее я буду в шоке от бардака…

Позволила себе поваляться пятнадцать минут и со скрипов встала. Как ни крути, хоть и выходные на дворе, дел сегодня было много. Если Смирнов не шутил, то нам предстоит переезд, а значит, предстоит собрать много вещей, мы же сюда приехали не на пару дней, скарба с собой притащили много. Одни только Мишкины вещи чего стоят.

Накинув на себя домашний костюм, выползла из спальни и застыла в дверях. Комната Мишки выходила прямо напротив зала, так что, стоя в проёме комнаты, он прекрасно просматривался. Картина, которую я застала, легко пошла бы на баннер какой-нибудь контекстной рекламы для повышения демографии в стране.

Смирнов восседал на диване, с тарелкой яичницы в руках, щедро полив всё это обилие холестерина кетчупом и майонезом. Мишка сидел рядом и держал в руках джойстик, играя в приставку. Артём периодически накалывал на вилку сосиску с яйцом и отправлял в рот сыну, пока тот, не отрываясь, смотрел на экран телевизора, играя в какую-то игру.

Меня они оба в упор не видели, и я бы поняла в этой ситуации младшего, но старший…

Не отставая от своей маленькой копии, Смирнов уставился в телевизор, внимательно следя за игрой сына, даже советы умудрялся какие-то давать, указывая пальцем на экран.

– Кхе-кхе. – Кашлянула я, привлекая внимание.

Ага, как же. Эти двое были так увлечены, что хоть чечётку тут станцуй, я не уверена, что они бы меня заметили.

Подойдя ближе, оперлась о дверной косяк, на мгновение засмотревшись на этих двоих. Мишка хоть никогда и не признавался, но ощущалось, что ему не хватает мужской руки. Ему нужен был отец, хотя дедушка изо всех сил пытался делать для него всё возможное, но это всё равно не отец.

Я никогда не порочила Смирнова при сыне, не старалась сделать так, чтобы Мишка заочно начал ненавидеть своего отца, но и открыто мы никогда об этом особо не говорили. Сколько бы я ни планировала, так ни разу и не решилась, а мама посоветовала не начинать первой диалог, а дать сыну самому дойти до таких вопросов, тогда будет легче определить его настрой на эту тему и выбрать тактику.

– А можно узнать, что тут происходит? – громко спросила я и тут же хихикнула.

Видимо, никто не ожидал, что я появлюсь, поэтому от неожиданного вопроса оба синхронно подпрыгнули и повернули головы на меня. Лишний раз пробрала дрожь от того, насколько эти двое были похожи.

– Мама! – первым отмер сын, прекрасно понимая, что я хоть и не злюсь, но и не нахожусь в прекрасном расположении духа.

Дело было в том, что видеоигры в нашем доме были всегда под запретом. Нет, я не была какой-то авторитарной мамашкой, но была полностью убеждена, что подобное времяпрепровождение не самое лучшее для Мишкиного возраста. Если он пришёл бы ко мне лет в четырнадцать с просьбой купить ему приставку, то я вполне бы согласилась, но тут… Слишком рано.

– Гаджеты не должны быть няньками! – всегда цитировала мама известного психолога из интернета, а я была полностью согласна.

Да, это намного тяжелее, чем посадить ребёнка и включить ему мультики, но зато у нас с Мишкой за все его детство было множество интересных занятий. Мы собирали конструктор, пазлы, читали книжки, гуляли в парках и ковырялись у мамы на даче в земле, выкапывая червяков. Однажды он даже принёс мне живую лягушку, с гордостью вручив мне её, как трофей!

Мама тогда надо мной смеялась, потому что я до ужаса боюсь всех вот этих гадов, но, стиснув зубы, улыбнулась пятилетке и приняла подарок. Только едва он ушёл за другой земноводной, я сунула её в банку и плотно закрыла крышкой, побежав мыть руки. То склизкое ощущение в руках по сей день помню…