Оливия Лейк – Ты не мой муж (страница 9)

– Но ты ведь любишь своих пацанов?

Я знал ответ. Да и я любил племянников, всех без исключения, а вот своему сыну папой так и не смог стать.

– Конечно, – Давид ответил так, как я предполагал.

– А я нет, – сел в машину и уехал. Катался до самого вечера. В итоге остановился на Воробьевых горах и смотрел вниз. Я лечу вниз, или это возможность вскарабкаться наверх? Ответа у меня не было. Поэтому я поехал домой: искать эти самые ответы.

Было темно: и внутри, и снаружи, и я не только про дом. Но определенно он остался пустовать. Я нутром почуял, когда заметил, что ночное освещение выключено. Давно хотел сделать его автоматическим, но как-то руки не доходили.

Я разулся и осторожно поднялся в детскую – никого. Наша спальня тоже пуста. Значит, Лейсан тоже невыносимо в этом месте, рядом со мной…

Я сел на кровать и взлохматил волосы. Значит, нужно расходиться. Теперь это очевидно. Плохо нам вместе, а жить ради ребенка – огромная глупость, насилие над собой. Я буду помогать Лейсан и Даяну: дом принадлежит моей жене, он и записан на нее, плюс недвижимость за границей – тоже мои подарки, деньгами не обижу. Надеюсь, со временем, когда сын подрастет, у нас и контакт наладится.

Леся… Лейсан… У нас не получилось, и это нужно принять. Аллах видел, я хотел нормальную семью с любимой женой и кучей детей, но, кажется, это совсем не про меня. Детей я точно больше не хочу.

Поднялся и в гардеробной нашел чемодан: побросал вещей на первое время, остальное поручу собрать кому-нибудь из помощников. Ночевать в доме не стал. Не могу. Не хочу.

Разговор с Лейсан отложу, пока не сформирую четкий план нашего дальнейшего существования как родителей. Завтра вечером заеду к тестям, уверен, они с Даяном там. Сейчас слишком поздно, чтобы звонить, наверняка все спят уже.

Понедельник у меня начался так легко, что даже странно. Я принял решение, и даже дышалось свободнее. Так будет лучше для всех нас. Лейсан поймет это, может, не сразу, но осознает.

– Лиза, зайди ко мне… – увидеть рядом с собой хочу, очень близко. – С кофе, – добавил, чтобы не звучать слишком откровенно.

– Амир Каримович, – поставила передо мной поднос.

– Амир, – исправил ее. – Мы же договаривались.

– Я думала… – прикусила губу. – Все же нужна дистанция, Амир.

– Не нужна, – я поднялся. – Больше не нужна, Лиза… – притянул к себе. – Я принял решение относительно своего брака, малыш, – прижался бедрами к ней. Член моментально отреагировал. Хочу секса, жаркого, страстного, долгого и пошлого. – А теперь поцелуй меня, – скомандовал, спускаясь ладонями к крепкой заднице: сжал, мять начал, приподнимать и насаживать на свой ствол. Скоро. Между нами все случится очень скоро. Это уже факт.

– Ты разводишься ради меня? – спросила между поцелуями.

Конечно, нет! Наши с женой проблемы гораздо глубже, чем симпатичная мордашка и сладкая писечка. Но свою роль Лиза сыграла: она похожа на мою Лейсан, и меня манил этот образ. Не мою. Уже нет.

– В том числе, – ответил уклончиво и шлепнул по ягодицам. – Обедаем вместе сегодня. Куда ты хочешь поехать? Что покушать?

– В «Peshi»! – тут же воскликнула.

– Любишь морских гадов? – приподнял бровь. Кто бы сомневался. Один из самых модных и дорогих ресторанов с видом на Кремль.

– Я там не была, – наивно призналась. Мне нравилась эта невинная простота. – Хочу побывать, а моя зарплата не позволяет, – эротично прикусила губу.

– Закажи столик на два часа на мое имя. Меня там знают.

Я и сам любил живность со дна моря – хороший афродизиак. Лейсан тоже любила устриц и ледяное просекко. Мы часто там бывали. Раньше. Все хорошее между нами было когда-то, и оно закончилось, а цепляться за места и плакать над ушедшим – глупо. Жизнь ведь идет…

Я не сдержался и взял Лизу за руку, когда вышли из бизнес-центра. Открыл ей галантно дверь, она стрельнула в меня кокетливым обещанием всех удовольствий мира, и я начал целовать ее прямо там, на парковке. Люди смотрят – похер! Увидит кто – похер! Стыдно – пиздец как, но похер! Я хочу снова жить! Сейчас мне хорошо, а дома было плохо, а разве нужно тратить свою жизнь на то, что плохо?

– Что ты будешь? – спросил уже в ресторане. Ее взгляд говорил «тебя», но вслух:

– Закажи на свой вкус. Я тут не совсем разобралась с меню. Не знаю, какие устрицы лучше.

Я хмыкнул и выбрал самые лучшие и шампанское к ним. Немножко можно. Пусть у девочки голова закружится от собственных успехов. Мы из разных миров, но колесо сансары иногда удивляло.

Лиза была в восторге от всего: дорогой ресторан с успешными людьми внутри, шикарная тачка, мои часы. Ну, я тоже ей подарок приготовил: традиция дарить женщинам золото и украшения вбивалась в нас с молодых ногтей. Привычка.

– Это тебе, малыш, – протянул ей футляр с бриллиантовой подвеской на тонкой цепочке из белого золота. Мило и без лишнего пафоса. Чего-то более дорогого Лиза пока не заслужила.

– Спасибо, Амир! – пищала от радости и восхищения. – Как тебя отблагодарить? – прижала руку к вздыбленной выпуклости на брюках. Рядом с ней у меня непреходящий стояк.

– Потом, – убрал ладонь. Во-первых, Давид звонил, я ему срочно нужен. Во-вторых, сначала разговор с женой, потом все остальное. Я не изменник.

До вечера я был занят новым проектом: по нему у нас со старшим были большие разногласия. Но Давид пользовался своим правом вето. Меня это раздражало. Да, он старший брат, но и у него глаз замылиться мог, а чужое мнение, если оно противоречило его собственному, учитывал нехотя или сразу браковал. Я все чаще задумывался выйти из бизнеса и уйти на вольные хлеба. Надоело. Что-то мне все надоело.

– Я сделала чай, – Лиза видела, что заведенный вернулся, и решила разгрузить мне мозг. – Размять тебя?

Сначала массаж, а потом я посадил ее к себе на колени и долго целовал. Она маленькой ручкой через брюки мяла мне далеко не шею. Член и яички – очень хорошо у нее получалось.

– Кхм… – стук и кашель. Лиза спрыгнула с моих колен и принялась поправлять одежду. Я тоже дымящийся ствол устроил так, чтобы не топорщил мне ширинку.

– Адель? – и зачем он приехал? – Чем обязан, брат? Лиза, кофе, – отправил ее с глаз подальше. Больно у Аделя взгляд жесткий и поза напряженная.

– Амир, что у тебя в семье происходит? Ты какого хрена жену и сына обижаешь? Из-за вот этой молоденькой писечки? Серьезно?

– Это наше с Лейсан дело. Мы разберемся. Все сложно.

– Так расскажи, – он схватил один из стульев и присел, – я для этого и пришел.

– Я не знаю, брат… Это сложно понять, но Даян… – посмотрел на брата прямо и честно, – я ничего к нему не чувствую. Раздражаюсь от каждого писка. Я не смог полюбить его. Меня даже запах его раздражает. А Лейсан… Она вся в нем, понимаешь? Пахнет им, кудахчет над ним, вся срослась с ним, а я остался сам по себе. Они целое, а я не часть их. И я не хочу ей быть. Просто не хочу.

– Ну ты и долбоеб! – вспылил брат. – Я понимаю, что после родов и жена не такая внимательная красотка, да и сын время отнимает. Переключился на молодую доступную девицу, бывает, но блядь!

– На доступных офисных давалок ты любитель переключаться, – не сдержал сарказма. Он свою Каролину сколько пялит? Дольше чем женат! – Уж не тебе меня отчитывать, Адель. Я собираюсь развестись, а не годами обманывать жену, – я едва успел закончить свой яростный спич, как мощный кулак прилетел в челюсть.

Мы пиздились, как в молодости: Адель – здоровый лось, рост у нас один, но он шире и мощнее, зато я проворнее, и попасть по мне не так легко.

– Боже! – вопила Лиза. – Я вызываю охрану!

Мы успели знатно разнести мой кабинет, прежде чем пришел старший.

– Ёб вашу мать! – ревел басом Давид. Нас скрутили и развели по углам.

Адель сплюнул кровь и посмотрел на меня серьезно, без злости и агрессии:

– Пожалеешь, Амир. Да поздно будет.

Адель уехал, а меня к себе на разговор пригласил Давид. Он примерно понял суть конфликта, и меня ждала долгая и неприятная показательная порка. Разводов в нашей семье никогда не было!

– Собрался из-за бляди разводиться?

– Нет, – усмехнулся. – Я развожусь, потому что не люблю больше жену. Смысл жить и мучиться?

– Особенно, когда такие экземпляры жопой крутят, – Давид хмыкнул, но смотрел остро. – Такая типа невинная сучка: и мать, и блядь. С томными глазками и нарочито сведенными ножками. Ах, я не такая, я вас люблю, но вы женаты… – вынес вердикт он.

– Может и так. Но не она причина. Не вижу смысла в этом разговоре. Я все решил.

– В нашей семье не разводятся, – жестко напомнил.

– Все бывает в первый раз, брат. Все.

– Я тебя услышал, Амир. Надеюсь, ты меня тоже. Этот шаг выйдет тебе боком.

– Угроза?

– Предупреждение.

Я не успел ответить, телефон просигналил сообщением. Нутром понял, что это ОНА. Жена.

Лейсенок-жена: Я дома. Приезжай. Пора поговорить

Все, вообще теперь дороги назад нет. Не знаю, почему, но был уверен: она знает…

Глава 8

Лейсан

Ламборджини Амира тронулся, и я как завороженная поехала следом. Никогда ни за кем не следила, но сейчас просто не могла повернуть в другую сторону – меня тянуло за ним, муж ведь. Пока.