Оливия Бонд – Измена. Наша запретная любовь (страница 2)

До такси всего пять метров, но я успеваю вымокнуть до нитки. И плюхаясь на заднее сиденье машины, чувствую себя мокрой курицей.

Впрочем, ума у меня и вправду – как у курицы. Надо же было так? Не замечать измен Игоря. Вряд ли он только раз ограничился интрижкой с этой девушкой. Или у него все время были разные любовницы?

Телефонный звонок вырывает из размышлений. Гляжу на экран и понимаю, что сейчас совершенно не хочу разговаривать с Ирой. Но все-таки поднимаю трубку.

– Да, Ириш? – поражаюсь, как устало и отстраненно звучит мой голос.

– Алиска, – жалобно протягивает Ира, – ты как? Я тебя уже обыскалась, а тут еще и связь не ловила нормально. Где ты?

– Еду домой. Уже в такси.

– Понятно, – по ту сторону появляется характерная пауза в разговоре, но я готова поклясться, что слышу чей-то тихий шепот.

– Ира, там рядом Игорь, так? – озвучиваю свои подозрения.

Никому доверять нельзя, теперь вот – и подруге тоже.

– Нет, – не слишком уверенно говорит Ира.

Я знаю ее, как облупленную и точно чувствую, когда Ирка врет. Вот как сейчас, например.

– Ир, если Игорь хотел узнать, как я, то пусть звонит сам. Так ему и передай.

Ира что-то пытается ответить, но я уже не слушаю. Нажимаю на отбой вызова и бросаю телефон в сумку.

Но гаджет не умолкает. Теперь звонит Игорь. А вот с ним разговаривать я совершенно не хочу. Не могу. Не готова.

Я понимаю, что придется с ним обсудить то, как нам быть дальше. Но не сейчас.

Захожу в квартиру и спиной закрываю дверь. Вот теперь можно расслабиться и дать волю чувствам. Начинаю плакать во весь голос и к черту тот прекрасный макияж, который я накладывала все утро.

Намечалась торжественная вечеринка в честь успеха нашей компании, а в результате к чертям полетел мой брак. Слезы не утихают, но и не приносят желаемого облегчения. Мне откровенно больно.

Чуть успокоившись и выпив прохладной воды, я пытаюсь сообразить, что теперь будет дальше. Квартира – моя и выселяться из нее я не собираюсь. Но Игорь вложился в элитный ремонт, который по стоимости равен нашему жилью. Так что, у него тоже наверное есть определенные права.

Бизнес? Вот тут совсем запутанная история вышла. Да, Игорь полностью раскрутил дело с нуля и теперь может заслуженно почивать на лаврах. Вот только стартовый капитал для компании целиком оплачен мной. Это были средства от продажи квартиры, доставшейся мне от бабушки.

Понимаю, что в этих правовых заморочках я уже запуталась и без грамотного адвоката мне точно не обойтись.

Снова телефонный звонок. И снова – Ира.

– Алис, это важно, – жалобно хнычет подруга, – только не секи повинную голову, хорошо?

– Что еще, – настораживаюсь я, – какая еще «повинная голова»?

– Это насчет Игоря. У меня давно были подозрения, просто я говорить не хотела тебе. Мне Вадик как-то случайно проболтался, но я подумала, это он так, сгоряча. Мы с ним тогда еще поругались…

– Ир, короче, – недовольно обрываю подругу, – у меня времени мало.

– Ну в общем, давно такое подозрение было. Что Игорь с кем-то встречается. Это Вадик говорил. Но больше ничего не могу сказать, подробностей не знаю.

– Ясно.

Не дожидаюсь окончания разговора и снова нажимаю на отбой.

Я никогда не копалась в вещах Игоря, всегда доверяла своему мужу. Но сейчас наступил момент пересмотреть некоторые убеждения.

Иду в спальню и открываю шкаф с его вещами. Минуты через три в кармане одного из пиджаков нахожу упаковку презервативов. Одного не хватает.

А вот это уже – вполне достаточное доказательство. Учитывая то, что мы занимаемся сексом без презервативов, так как хотим ребенка. Значит, это – как раз для другой женщины?

Хочу проверить еще одну догадку и вытаскиваю из боковой ниши в шкафу большой чемодан, который Игорь обычно возит с собой в командировки. Там почти всегда стандартный набор необходимых вещей и предметов.

Это очень удобно и не приходится тратить много времени на сборы. Открываю его и начинаю проверять его содержимое. Под слоем рубашек, полотенец и прочих необходимых мелочей, нахожу еще две упаковки с презервативами. В одной так же не хватает пары резинок.

– Черт, – непроизвольно вырывается у меня, – значит изменял все это время.

Пока пытаюсь переварить эту информацию, понимаю, что даже не могу плакать. Мне больно настолько, что слез нет – есть лишь пустота и полное ощущение того, что меня предали.

Вернее, меня предавали постоянно. Все эти годы он клялся мне в любви, говорил комплименты, дарил подарки и давал надежду на то, что мы с ним всегда будем так же счастливы.

И предавал. Проводил время с другими женщинами.

Мои размышления прерывает звук открывающейся двери. Игорь все-таки решил приехать и поговорить? Устало обхожу командировочный чемодан и на выходе из спальни останавливаюсь, как вкопанная.

В прихожей мокрый плащ с себя снимает Эльза Марковна, моя свекровь.

Та женщина, которая с самого начала была против нашего с Игорем брака.

Глава 3.

– Алисочка, – вкрадчиво здоровается свекровь и по-змеиному стреляет глазами по сторонам.

Знаю я этот взгляд. Обычно именно с него начинаются неторопливые разговоры о беспорядке вокруг и моей нечистоплотности, в частности. И всегда – в присутствии мужа.

Игорь ни разу не заступался за меня, хотя стоило маме уйти, как он начинал оправдываться. Мол, мама не права конечно, но она же и не так часто к нам приезжает. Раз в месяц пару часиков и потерпеть можно.

– Эльза Марковна, откуда у вас ключи от нашей с Игорем квартиры?

Стараюсь, чтоб мой голос звучал, как можно тверже и уверенней.

– А они всегда у меня были, – не меняет интонацию свекровь, – мне Игорь с самого начала дал ключи.

– Обычно, перед приездом вы нас ставили в известность. Сейчас что-то изменилось?

На самом деле хочется кричать и не сдерживаться в выражениях. Эльза Марковна меня порядком достала. Но дурацкое воспитание все же позволяет срываться на человека вдвое старше меня.

Хотя, чувствую, что моя собеседница этим не раз пользовалась.

– Алисочка, надо поговорить. Нет смысла притворятся и делать вид, что я ничего не знаю.

Последняя фраза бросается на ходу. Свекровь уверенным шагом идет на кухню и включает электрический чайник.

Такое откровенное самоуправство меня бесит, но гораздо интересней досмотреть этот спектакль до конца. Высказаться в случае необходимости, я всегда смогу.

Сажусь за обеденный стол и наблюдаю, как Эльза Марковна скептически осматривает полочки в кухонном шкафу.

– Кофе растворимый только. А Игорек так любит свежемолотый.

– Какой есть, – пожимаю плечами.

– Алисочка, ну сколько раз говорилось, – театрально вздыхает Эльза Марковна, – это не кружки, а тазики. Кофе пьется из чашек. Аккуратненьких, маленьких. А это что?

С деланым возмущением вытаскивает из шкафа две большие кружки и показывает их мне.

– Кружки. Это кружки, – констатирую очевидный факт и продолжаю наблюдать за этой актрисой погорелого театра.

Свекровь деланно вздыхает и с показательной брезгливостью кладет в одну из кружек две чайные ложки кофе. Заливает кипятком и присаживается за стол. Напротив меня.

– Ты не беременна, надеюсь? – нагло интересуется свекровь, не сводя с меня пристального взгляда.

Мне очень хочется в этот момент брякнуть «беременна» и наслаждаться паникой, которая обязательно поднимется. Вряд ли Эльза Марковна и ее обожаемый Игорек так уж обрадуются этой новости.

Хотя, до сегодняшнего дня я была уверена, что Игорь хочет детей не меньше, чем я.

– Нет, – сокрушаюсь я и все же решаю потрепать свекрухе нервы, – но врач обещает, что Игорь скоро пойдет на поправку. Лечение, знаете ли, оно небыстрое.

– В смысле? – мгновенно и предсказуемо напрягается свекровь.