Оливер Ло – Системный Друид. Том 2 (страница 38)

Тень отделилась от ствола ели, обретая форму. Массивное тело, вдвое крупнее молодых, несло на себе шкуру, которая поглощала свет, оставляя вокруг себя ореол темноты, размывавший контуры. Два жёлтых пристальных осмысленных огня горели в этом пятне мрака — глаза зверя третьего ранга, владеющего теневой магией.

Рядом с первой тварью проступила вторая, за ней ещё одна — три особи, вышедшие одновременно, окружая полукруг с разных сторон. Каждая несла вокруг себя колеблющееся облако тьмы, которое перетекало при движении, скрывая лапы, хвост, контур тела. Стрелять в них было всё равно что стрелять в дым.

Одна из них прыгнула раньше, чем кто-либо успел крикнуть. Тень метнулась к Дереку, скользнув между камнями с бесшумностью, немыслимой для твари её размера. Дерек успел развернуться, выставив перед собой охотничий нож, и лапа пантеры полоснула по его боку, распарывая кожаную куртку и рубаху под ней. Четыре красные полосы вспухли на рёбрах, кровь хлынула, пропитывая ткань, и следопыт покачнулся, хватаясь за камень.

— Круг! — рявкнул Борг с левого фланга. — Сомкнуть круг!

Глава 14

Неожиданное решение

Охотники стянулись к центру, плечом к плечу, закрывая бреши между позициями. Ольм подхватил Дерека под руку, оттаскивая его за поваленный ствол, и тут же прижал к ране пучок тысячелистника, что я раздал всем заранее. Дерек скрипнул зубами, побледнел, но ноги держали, и нож он из руки не выпустил.

Три старшие пантеры кружили вокруг нашего строя, каждая на расстоянии прыжка, и их теневые ореолы сливались друг с другом, образуя колышущуюся полосу мрака, которая замыкала кольцо вокруг нас и создавая дополнительное давление от магического воздействия. Стрелы уходили в эту тьму и пропадали, даже звук удара наконечника глох, поглощённый чёрной завесой.

Я бросил световую бомбу, целясь в землю между двумя пантерами. Вспышка разорвала темноту, обнажив обе фигуры на полсекунды, и Борг выстрелил мгновенно, вгоняя стрелу одной из них в загривок. Зверь взвыл, дёрнулся, и тень вокруг него на мгновение истончилась, обнажив контуры мускулистого тела и белые клыки, блеснувшие в угасающем свете.

Браун не упустил момента. Его стрела вошла той же пантере под лопатку, глубоко, по самое оперение. Тварь рухнула набок, задние лапы заскребли по камню, теневой ореол лопнул, рассыпавшись чёрными хлопьями, и обнажил обычную, пусть и огромную, кошку с тёмной шкурой, судорожно дышащую на залитых солнцем камнях.

Две оставшиеся отступили. Разом, синхронно, будто кто-то дёрнул за невидимые нити, привязанные к их загривкам. Они скользнули в подлесок, растворившись в тенях ельника с пугающей лёгкостью, оставив за собой только запах мускуса и вмятины когтей на камнях.

Я стоял в центре строя, опустив лук, и считал удары сердца, прислушиваясь. Усиленные Чувства работали на полную мощность, вылавливая из окружающего леса каждый шорох и каждый запах.

Пантеры были рядом, я ощущал их присутствие размытым давлением на периферии восприятия, но определить точное направление мешали остаточные выбросы теневой магии, которые плавали в воздухе рваными клочьями, словно чернильные пятна в воде.

И тогда я заметил закономерность.

Старшие особи атаковали с юга, с запада и с востока, каждый раз координируя броски так, чтобы ударить одновременно с нескольких направлений. Но северо-восточный сектор, тот, откуда дул лёгкий ветер, несущий запахи леса к нашей позиции, оставался пустым. Ни одна пантера не заходила оттуда, ни одна тень не мелькнула между стволами с той стороны. Будто невидимая линия отсекала этот участок, запрещая зверям приближаться.

Там что-то было. Кто-то, ради кого стая оставляла один фланг открытым, кто-то, чьё присутствие стоило больше, чем тактическое преимущество кругового обхвата.

Я развернул Усиленные Чувства на северо-восток, сфокусировав восприятие на запахах и движении воздуха, отсекая всё остальное. Звуки боя отступили на задний план, голоса охотников превратились в бессмысленное бормотание, стук собственного сердца затих до еле ощутимой вибрации. Голову прострелило в одно мгновение болью, но я отбросил это пока что в сторону.

Запах пришёл первым. Тяжёлый, мускусный, гуще и старше, чем у молодых зверей. Под ним, тоньше, едва уловимо, сладковатый оттенок молока.

Потом уловил движение воздуха. Еле заметное колыхание, какое создаёт крупное тело, дышащее размеренно и глубоко, укрытое за чем-то плотным, поглощающим тепло. Расстояние: сорок, может, пятьдесят шагов. Направление: чуть левее старого дуба, чья крона бросала самую глубокую тень на всей поляне, тень, в которой утреннее солнце оставляло непроглядный карман мрака у основания ствола.

Я открыл глаза.

Там, в чернильной глубине под раскидистыми ветвями, лежала альфа стаи.

Система опознала зверя мгновенно, выбросив панель с тревожной алой каймой.

Объект: Теневая Пантера (Альфа стаи).

Ранг: 4.

Пол: Самка.

Состояние: Насторожена. Управляет стаей через теневую связь.

Особенности: Теневые путы (ранг Ученик). Теневое сокрытие (ранг Адепт). Координация стаи через общую тьму. Физические параметры превышают стандартные для данного ранга.

Уровень угрозы: Чрезвычайный.

Самка. Альфа-самка — ещё одна необычность для вида, где доминировали самцы. Четвёртый ранг, теневая магия уровня Адепт, связь со всей стаей через общую тьму. Она лежала под дубом, невидимая для глаз и почти неощутимая для обычного восприятия, и управляла боем как полководец из шатра на холме, направляя каждого зверя, координируя каждую атаку, ни разу не обнажив себя для удара.

Пока она дышала и командовала, стая останавливаться не собиралась. Две оставшиеся старшие пантеры перегруппировались бы, молодые, если кто-то ещё оставался в логове, получили бы новые приказы. Атаки продолжались бы до тех пор, пока мы не выдохнемся, пока кто-нибудь не споткнётся, не откроет брешь, не подставит спину на мгновение.

Я повернулся к Боргу.

Охотник стоял в двух шагах от меня, перезаряжая лук, его обветренное лицо блестело от пота, а дыхание было частым и рваным после отражения последней атаки. Я поймал его взгляд и жестом указал на северо-восток, на дуб, потом сложил ладони в форме треугольника перед грудью и развёл их, охотничий знак крупного зверя, который он же мне во время стрельбы и показывал. Борг прищурился, повёл носом в указанном направлении, потом медленно кивнул.

Я показал ещё два жеста. Ладонь, развёрнутая к земле, «держать позицию». Указательный палец на себя и кивок в сторону дуба, «я пойду».

Борг стиснул зубы, прикидывая риски. Его глаза метнулись к раненому Дереку, к Мартину, который стоял с побелевшим лицом и трясущимися руками, к Яреку, перехватившему лук с решимостью молодого зверя, готового драться до последнего вздоха. Потом Борг перевёл взгляд обратно на меня.

Кивок. Короткий, резкий, с тем выражением, которое появляется у опытных людей, когда они доверяют чужому решению, вопреки собственным опасениям.

Борг развернулся к охотникам и заговорил, тихо, быстро, без объяснений, которые сожрали бы драгоценные секунды.

— Плотнее. Щит на двенадцать и три часа, Мартин и Ярек на шесть и девять. Браун, ты и Ольм — центр, прикрываете Дерека. Никого не пропускаем, ни одну тварь. Вик работает отдельно, не вмешивайтесь.

Вопросов не последовало. Охотники перестроились, сомкнув полукруг в кольцо, ощетинившееся луками и ножами. Я выскользнул из строя через узкую брешь между позицией Мартина и валуном, который прикрывал правый фланг.

Обход занял три минуты, каждая из которых стоила года жизни.

Я двигался по широкой дуге, огибая поляну с востока, используя каждый ствол, каждый куст, каждую складку местности. Плащ из кабаньей шкуры глушил мои очертания, тёмно-бурая кожа сливалась с корой деревьев и бурым мхом на камнях. Ноги ступали по земле с осторожностью, которую вколотили в меня годы лесной службы: вес на заднюю ногу, передняя щупает почву, перенос плавный, без хруста, без шороха.

Ветер дул мне в лицо, унося мой запах прочь от дуба, и это было единственным, что давало шанс подобраться незамеченным. Альфа полагалась на теневую магию и контроль над стаей, но даже зверь четвёртого ранга не мог чуять то, что ветер уносил в противоположную сторону.

Тем временем звуки боя возобновились. Пантеры снова перешли в атаку. Я же продолжал приближаться.

Двадцать шагов до дуба. Пятнадцать. Десять.

Я ощущал контуры её тела сквозь колышущуюся тьму, которая заполняла пространство под кроной, как вода заполняет яму. И на это у меня уходили все силы. Сокрытие альфы работало на ура.

Массивный силуэт, крупнее любой из старших пантер вдвое, с широкой головой, прижатой к передним лапам. Морда была повёрнута в сторону поляны, где кипел бой, и жёлтые глаза горели ровным, немигающим светом, отслеживая каждое движение охотников.

Когда я подошел ближе, покров стал тоньше, и я рассмотрел детали.

По левой стороне её морды, от уха до подбородка, тянулись безобразные рубцы, старые, побелевшие, стянувшие кожу и мышцы в уродливые складки. Ещё один шрам пересекал переносицу наискосок, рассекая надбровную дугу и уходя к правому глазу, который оставался целым, но сидел глубже левого, утопленный в набухшую рубцовую ткань. Левое ухо отсутствовало полностью, на его месте торчал бугристый обрубок, покрытый редкой шерстью.