Оливер Ло – Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 4 (страница 42)

Зал замер. Такого открытого оскорбления в адрес наследника одного из великих кланов никто не ожидал. Даже слуги прекратили дышать.

Лицо Вэй Лонга покраснело от гнева.

— Как ты смеешь⁈ Я вызываю тебя на поединок! Здесь и сейчас!

— Опять? — я наконец поднялся, потягиваясь после сытного обеда. — Звучит скучно. Может, попробуем что-то поинтереснее?

— Должно быть, такой лаовай, как ты, струсил! — нахмурился Вэй Лонг.

Я вынул изо рта зубочистку и надавил пальцем. Бамбуковая, качественная, отлично подойдет.

— Небольшое пари, — сказал я с улыбкой. — Если я выиграю у тебя, используя только вот эту зубочистку, ты встанешь на колени и извинишься перед госпожой Шу за свое поведение в ее доме, и больше никогда не будешь совать свой нос в их дела.

Вэй Лонг уставился на зубочистку, потом на меня, потом снова на зубочистку.

— Шутить вздумал, простолюдин?

— Нисколько, — я покрутил зубочистку между пальцами. — Или ты боишься проиграть кусочку дерева длиной в палец?

Все присутствующие в зале были в шоке. Предложить сражаться против опытного мечника с помощью зубочистки — за гранью здравого смысла. Это было не просто самоуверенностью, это было откровенной провокацией.

— Дарион, — прошептала Шу Сонг, — это безумие. Вэй Лонг, действительно, очень опасный противник. Пусть он и молод, но у него уже подтвержденный S-ранг, и он…

Я посмотрел на Сонг, склонив голову набок. В моем взгляде не было ни напряжения, ни страха, так что девушка даже не закончила, понимая, что я даже противника не вижу в этом парне.

Вэй Лонг стоял, открыв рот, не зная, что сказать. Принять вызов означало согласиться на унизительные условия. Но отказаться — значит, показать трусость перед лицом того, кого он только что назвал варваром.

— Я… — начал он, но голос сорвался.

— Время идет, — заметил я, продолжая крутить зубочистку. — Или ты предпочитаешь обдумывать решение до завтрашнего утра?

Глава 17

Проверка на вшивость

Вэй Лонг смотрел на варвара с Запада и чувствовал, как ярость закипает где-то в районе груди. Этот урод предложил драться с ним зубочисткой. Зубочисткой!

Отец прислал его сюда с четкими указаниями — не дать клану Шу получить тело дракона.

«Они ослабли, сын, — говорил старик, поглаживая свою идеально ухоженную бородку. — После того провала с островом император потерял к ним доверие. Самое время окончательно их добить».

Но Вэй Лонгу было плевать на политические игры отца. У него были свои счеты с этим проклятым кланом. Год назад он приехал к ним с предложением руки и сердца. Привез подарков на целое состояние — редкие артефакты, древние свитки, даже живого феникса в клетке из лунного серебра. И что? Эта сучка Шу Сонг посмела ему отказать!

«Вы слишком жестоки для меня, господин Вэй, — сказала она тогда своим мелодичным голоском. — Я не смогу полюбить человека, который находит удовольствие в чужой боли».

Удовольствие в чужой боли? Да он просто приказал высечь слугу, который пролил вино на его новые сапоги! Всего-то пятьдесят ударов плетью. Ну ладно, семьдесят. И слуга потом умер, но это детали!

А теперь эта дрянь смотрела на какого-то западного выскочку с таким обожанием, будто он спустился с небес на золотой колеснице или сам горный дракон, ставший человеком. Ему становилось тошно.

Вэй Лонг положил руку на рукоять своего меча. Подарок его уважаемого дядюшки на день рождения. Как удачно, что первая кровь, которую вкусит этот клинок, будет кровью проклятого иностранца.

Этот Дарион Торн стоял напротив с видом человека, которому предстоит неспешная прогулка в парке. В правой руке он небрежно крутил зубочистку — обычную бамбуковую палочку длиной с мизинец. Левая рука вообще была в кармане.

«Самоуверенный идиот», — подумал Вэй Лонг, принимая стойку школы Железного Журавля. Ноги на ширине плеч, центр тяжести смещен вниз, правая рука готова выхватить клинок быстрее молнии. Эту стойку он оттачивал с пяти лет под руководством лучших мастеров империи. В ней было все: мощь, скорость, непредсказуемость.

Торн даже не пошевелился. Просто стоял и улыбался той самой улыбкой, от которой хотелось либо убежать, либо ударить его по лицу. Вэй Лонг выбрал второй вариант. Вернее, собирался выбрать.

А потом Торн щелкнул пальцами.

Звук был негромким — как если сломать сухую веточку. Но зубочистка… Зубочистка превратилась в снаряд. Вэй Лонг видел, как она вылетела из пальцев Торна, оставляя за собой едва видимый воздушный след. Скорость была невозможной — быстрее стрелы, быстрее магического снаряда, быстрее всего, что он видел в жизни.

Инстинкты спасли ему жизнь. Тело среагировало раньше разума, дернув голову влево. Зубочистка прошла в миллиметре от щеки, оставив тонкую царапину, из которой выступила капелька крови. А затем с глухим стуком, больше похожим на выстрел арбалетного болта, вонзилась в деревянную колонну.

Вэй Лонг машинально повернул голову посмотреть. Зубочистка торчала из дерева, погрузившись по самое основание. В массивной колонне, которая выдержала бы удар тарана! Трещина пошла вверх по дереву.

«Я победил! — мелькнула мысль. — Он промахнулся! У него больше нет оружия, и теперь…»

В следующий миг мир взорвался, а потом перевернулся и потух.

Я смотрел, как этот напыщенный индюк поворачивает голову, чтобы полюбоваться на зубочистку в колонне. Ошибка новичка номер один — отвлекаться во время боя. В реальной драке это означает смерть.

Мой кулак встретился с его челюстью ровно в тот момент, когда он начал поворачиваться обратно. Я вложил в удар ровно столько силы, сколько нужно, чтобы вырубить человека, но не превратить его череп в современное искусство. Годы практики Искусства Пустой Руки научили меня идеально дозировать силу — хотя изначально эти техники созданы для убийства.

Вэй Лонг даже пискнуть не успел. Глаза закатились, показав белки, колени подогнулись, и наследник великого клана рухнул на пол с тем характерным звуком, который издает мешок картошки при падении с высоты. Полное и безоговорочное отключение питания.

Его голова еще пару раз подпрыгнула на полу, а потом замерла. Из носа потекла струйка крови.

Тишина.

Я огляделся, наслаждаясь общим ступором. Лица присутствующих стоили отдельной картинной галереи.

Кайден стоял с открытым ртом, как карп на рыбалке. Его планшет выскользнул из рук и грохнулся об пол, но он даже не заметил. В глазах моего партнера читалось хорошо знакомое: «Дарион, ну почему опять? Почему именно сегодня? Почему именно здесь?»

Леон прислонился к стене, потому что его ноги после недели морской болезни все еще не держали нормально. На его аристократическом лице застыло выражение человека, который пытается понять законы физики, но физика уже ушла домой и не отвечает на звонки.

— БРАВО! — заорал Гелиос, хлопая в ладоши, как тюлень на представлении. — Великолепно! Восхитительно! Я знал, что ставить надо было на вас! Где моя награда?

— Ты ни черта не ставил, — автоматически поправил его Кайден, все еще не отрывая взгляда от бессознательного Вэй Лонга. — У тебя нет денег, мы же их забрали.

— Несущественные мелочи! — Аукционер покачнулся и схватился за стол. — Я ставил морально! Духовно! Метафизически!

Слуги клана Шу застыли как солдатики в карауле. Кто-то держал поднос с едой уже минуты три, забыв, зачем вообще его взял. В их глазах читался тот первобытный ужас, который испытывает курица при виде лисы в курятнике.

Делегация клана Вэй выглядела так, будто их всех разом ударило молнией. Старики-советники переглядывались, открывая и закрывая рты как рыбы. Их непобедимый наследник, гордость клана, гроза дуэлянтов, валялся на полу и пускал слюни.

Но самое интересное лицо было у Шу Сонг. Девушка смотрела на меня с таким восторгом, будто я только что подарил ей на день рождения пони, завернутого в радугу и посыпанного блестками.

Девушка явно недолюбливала этого парня.

Я спокойно подошел к телу поверженного противника и присел рядом. Охрана клана Вэй дернулась было вперед, но воины клана Шу мгновенно обнажили оружие, преграждая путь. Напряжение можно было резать ножом и подавать как закуску.

— Тихо, девочки, без паники, — сказал я, не поднимая головы. — Я не собираюсь его добивать. Чтобы я и детей убивал, нет уж.

Кто-то из делегации Вэй издал сдавленный писк.

— Шучу-шучу, — я вытащил меч Вэй Лонга из ножен.

Красивый клинок. Великолепная работа, идеальный баланс, узоры на лезвии выглядели как застывший лунный свет. Жаль, что владелец — полный придурок.

Я встал и подошел к столу, где все еще стояли недоеденные блюда. Взял бутылочку с рисовой настойкой — ту самую, которую Гелиос хлестал весь вечер как воду.

— Интересный факт о ядах, — сказал я, откупоривая бутылку. — Большинство из них плохо переносят алкоголь. Особенно рисовый. Происходит реакция, и яд проявляет себя.

Я медленно, чтобы все видели каждое движение, вылил настойку на клинок.

Эффект был мгновенным. Металл зашипел как разозленная кошка. От лезвия поднялся зеленоватый дым с запахом тухлых яиц и горелой резины. По всей длине клинка побежали темные разводы, словно ржавчина.

— О, ну надо же, времена идут, а яды не меняются, — сказал я с интересом. — Дыхание Изумрудной Змеи. Редкий яд, между прочим. Дорогой даже в мое время. Убивает медленно, месяца за три-четыре. Сначала слабость, потом галлюцинации, потом органы начинают отказывать по очереди. В конце жертва умирает в страшных муках, моля о смерти.