Оливер Ло – Арсенал Регрессора. Том 3 (страница 6)

— Я вижу их, — прошептал он, и в его голосе проснулся тот самый интерес вивисектора. — Сотни узлов силы. Некоторые вкусные. Некоторые… отдают гнилью. Но их много. Очень много.

Шульгин повернулся ко мне, и на его губах заиграла тонкая, предвкушающая улыбка.

— Это и есть твой «шведский стол», Маска?

— Что-то вроде. Но ты помнишь условие. Нарушишь его, и лидера «Магистрали» ты не увидишь никогда.

— Знаю-знаю, — устало выдохнул он. — Никаких мирных рейдеров, только якудза. Я не тупой, Маска, и умею держать себя в руках.

— Отлично, что ж, тогда… — я шагнул к краю крыши. — Добро пожаловать в Киото. Постарайся не испортить аппетит.

Коллекционер хрустнул шеей, и его тень на крыше, казалось, стала длиннее и зубастее, чем он сам.

— Постараюсь, — ответил он. — Но ничего не обещаю.

Глава 3

Парад Ста Демонов

Мы спустились с крыши по пожарной лестнице, и туман сомкнулся вокруг нас плотным молочным коконом. Влажность здесь была такой густой, что оседала на коже капельками, пропитывала одежду, забиралась в лёгкие с каждым вдохом. Воздух пах сырой землёй, сандаловым дымом и чем-то ещё, древним и хищным, от чего волоски на загривке поднимались дыбом.

Первое, что бросилось в глаза, когда мы оказались на уровне улицы, это структура самого города. Киото изменился, и изменился физически, материально, так, что спутать с обычной иллюзией было невозможно.

Современный офисный центр с зеркальными окнами врос прямо в стену древней усадьбы эпохи Хэйан. Серый бетон переплетался с потемневшим от времени деревом, стальные балки выходили из-под черепичной крыши, а неоновая вывеска какого-то бара мигала рядом с бумажным фонарём, горевшим призрачным зеленоватым огнём. Асфальт дороги обрывался посередине, сменяясь каменной мостовой, между плитами которой пробивался мох и какие-то странные бледные цветы.

Я огляделся, оценивая масштаб происходящего. Это было хуже, чем я предполагал.

— Прорыв. Обычные искажения, конечно, попроще будут.

Шульгин поднял бровь, аккуратно обходя лужу, в которой отражались ветви цветущей сакуры, хотя над нами не было ни единого дерева.

— В чем разница? — Коллекционер снял очки, протер их платком и водрузил обратно.

— Редчайший тип Искажения. Обычно аномалия создаёт карман реальности, отдельное пространство, куда попадают рейдеры. Здесь немного другое. Два мира наложились друг на друга. Древний Киото эпохи Хэйан и современный город слились в одну точку. Аномалия не создала отдельный карман, как обычно, а вылилась в реальный мир.

Шульгин остановился, поправляя очки. В стёклах отразился призрачный фонарь, и на мгновение его глаза показались совершенно чёрными.

— И это означает?

— Что нельзя просто найти и убить босса, чтобы закрыть Искажение. Нужно восстановить границу между мирами. Или уничтожить саму причину Прорыва.

— А причина?

— Парад Ста Демонов. Ежегодный ритуал, во время которого все ёкаи Японии собираются вместе и шествуют через Киото. В обычные времена люди просто запирались в домах на эту ночь, а духи проходили мимо. Но в этот раз граница оказалась слишком тонкой. Ритуал прорвал её насквозь.

Мы двинулись вглубь города. Улицы были пусты, если не считать теней, мелькавших в тумане. Я слышал шелест ткани, скрип дерева, тихий смех, который обрывался на полуноте, жуть да и только.

Шульгин шёл рядом, его шаги были беззвучными, выверенными. Он изучал окружение с холодным, почти научным интересом, отмечая каждую деталь. Для него это было исследование, полевые наблюдения над неизвестной фауной.

Через несколько кварталов мы дошли до Стены.

Огромный барьер поднимался над крышами, уходя в небо так высоко, что верхний край терялся в тумане. Поверхность Стены была чёрной, маслянистой, состоящей из застывших чернил. Она поглощала свет, вбирала его в себя, и от одного взгляда на неё начинало подташнивать. Но при этом на тёмной глади проступали белые линии. Иероглифы. Тысячи иероглифов, сплетённых в сложнейшие формулы. Они шевелились, перестраивались, текли по поверхности, образуя новые комбинации.

Я узнал почерк. Такое мог сделать только один человек.

— Работа Каллиграфа, — сказал я. — Кенширо Ямамото. Он запечатал весь район Прорыва, чтобы демоны не расползлись по остальной Японии.

Шульгин приблизился к Стене, не касаясь её. Его глаза на мгновение изменили цвет, зрачки расширились, втягивая информацию.

— Сложная структура, — оценил он. — Многоуровневая. Я вижу как минимум семь слоёв защиты, и каждый усиливает предыдущий. Даже если пробить внешний барьер, внутренние компенсируют ущерб за секунды.

— Стена работает в обе стороны, — добавил я. — Демоны не могут выйти. Но те, кто войдёт внутрь, тоже не смогут покинуть зону Прорыва. По крайней мере, пока Парад не закончится.

— Ловушка.

— Для всех, кто внутри. Включая нас.

Шульгин хмыкнул. В его глазах не было страха, только расчёт. Для него невозможность отступления означала лишь одно: добыча тоже никуда не денется.

— Как войти?

Я указал на секцию Стены в двадцати метрах от нас. Там, среди чёрных чернил, проступала арка, обрамлённая белыми иероглифами. Односторонние врата, пропускающие внутрь, но не выпускающие обратно.

— Каллиграф оставил проходы для рейдеров. Он не собирается справляться с Парадом в одиночку. Ему нужны люди, которые будут отвлекать демонов, пока он доберётся до центра.

— Разумно, — кивнул Шульгин. — Пушечное мясо.

Мы подошли к арке. Вблизи давление чернил ощущалось почти физически. Воздух вокруг был густым и тяжёлым, пах тушью и чем-то горьким, травяным. Иероглифы на рамке арки пульсировали в такт какому-то внутреннему ритму, будто Стена дышала.

Я шагнул вперёд первым.

Ощущение было странным. Холод прошёл сквозь тело волной, от макушки до пяток, и на мгновение всё вокруг стало чёрно-белым, монохромным, как старая японская гравюра. Потом цвета вернулись, но мир по другую сторону был уже другим.

Туман здесь был гуще, и он двигался. Клубился, завивался в спирали, формировал лица, которые тут же распадались. Звуки стали отчётливее: барабанный бой где-то вдалеке, протяжное пение флейт, скрип деревянных сандалий по камню.

Шульгин появился рядом секундой позже. Его лицо не изменилось, но я заметил, как он слегка повёл плечами, стряхивая остатки чужой энергии.

— Неприятно, — констатировал он.

— Привыкнешь.

Я активировал Око Бога Знаний. Золотистая информация потекла потоком, накладываясь на зрение тонкой вуалью данных.

Зона Прорыва была огромной. Внутри действовали несколько сил, и каждая преследовала свои цели.

Официальные силы ОАЯ Японии, местный аналог нашего Отдела, держали периметр у Стены. Около сотни рейдеров, хорошо экипированных, организованных, но осторожных. Они контролировали проходы, эвакуировали мирных жителей, которых удалось найти, и не решались заходить глубоко. Разумная тактика для государственной структуры.

Несколько кланов якудза оперировали небольшими отрядами. Эти бывшие гангстеры быстро переориентировались после появления Искажений, превратившись в организованные рейдерские группы с грязными методами работы. Они действовали в тени, используя местное население как прикрытие, охотились за мелкими духами и реликтами, которые можно было унести.

И где-то в глубине, ближе к центру, продвигалась элитная группа Каллиграфа. Кенширо Ямамото был там, прокладывая путь к сердцу Парада. Его почерк я видел повсюду: чёрно-белые пятна на зданиях, следы чернильных атак, тела демонов, застывшие в странных позах, превращённые в картины.

— Я вижу кое-что интересное, — пробормотал Шульгин, глядя куда-то на восток. Его глаза снова потемнели, и красные искры заплясали в глубине зрачков. — Группа людей. Человек пятнадцать. Таланты разных рангов. Среди них есть несколько… вкусных.

— Якудза?

— Похоже на то. Судя по ауре, они не благородные рыцари.

Я кивнул. План созрел мгновенно, логичный и эффективный.

— Разделимся. Я пойду напрямую к дворцу Нурарихёна. Ты будешь действовать как свободный агент. Сей хаос, отвлекай внимание, в общем… будь собой.

Шульгин повернулся ко мне. На его губах появилась тонкая улыбка.

— И если я случайно привлеку внимание Каллиграфа?

— Не переусердствуй. Кенширо мне нужен живым.

— Ты ставишь мне ограничения? — в голосе Коллекционера прорезались опасные нотки.

— Я даю тебе рамки. Каллиграф слишком важен для баланса сил. Убьёшь его, и вся Япония превратится в поле битвы, куда хлынут демоны. А нам обоим это не выгодно.

Шульгин помолчал, обдумывая. Потом кивнул.

— Логично. Хорошо. Где встретимся?

— Южные врата храмового комплекса. Через шесть часов.

Мы разошлись в разные стороны. Шульгин двинулся на восток, туда, где засёк группу якудза. Его силуэт быстро растворился в тумане, и я остался один.

Один посреди города, наполненного демонами.