Оливер Ло – Арсенал Регрессора. Том 3 (страница 10)

Я принял решение мгновенно. Если следовать за кортежем, можно быстрее добраться до дворца. Высшие демоны расступались перед процессией, патрули Нурарихёна пропускали её без проверок. Идеальный способ проникнуть в самое сердце Парада.

Но это было опасно. Высшая кицунэ могла почувствовать моё присутствие в любой момент. Один неверный шаг, одна ошибка, и я окажусь лицом к лицу с существом, которое способно стереть меня в порошок одним движением хвоста.

Я усмехнулся под маской. Риск был частью игры. А я всегда любил играть по-крупному.

Держась на безопасном расстоянии, в хвосте процессии, я двинулся за кортежем глубже в город.

Путь через центральные районы Киото был зрелищем, которое запомнится мне надолго. Два мира переплелись здесь настолько плотно, что невозможно было сказать, где заканчивается один и начинается другой.

Древний синтоистский храм врос в первый этаж современного торгового центра. Тории, священные ворота из красного дерева, стояли посреди витрин с манекенами, одетыми в последние коллекции модных домов. Бумажные фонари свисали с рекламных щитов, а каменные статуи львов-охранников сидели на капотах брошенных автомобилей.

Парк, мимо которого вёл кортеж, превратился в нечто совершенно иное. Деревья ожили, их ветви переплетались, образуя лица, и эти лица шептали на языке, который я не понимал, но от которого волоски на загривке вставали дыбом. Цветы на клумбах раскрывали лепестки, и внутри каждого сидели крошечные существа, похожие на младенцев с крыльями насекомых. Они провожали процессию высокими, пронзительными голосами, и эти голоса складывались в мелодию, древнюю и тоскливую.

Я наблюдал за этим великолепным кошмаром, впитывая информацию. Каждая деталь могла пригодиться, каждый увиденный демон был потенциальной угрозой или, при правильном подходе, инструментом.

Кортеж свернул на широкую площадь, где два мира столкнулись особенно жестоко. Современный фонтан, сухой и безжизненный, торчал посреди каменного сада в японском стиле. Вокруг фонтана сидели демоны, которые явно не были частью процессии. Они были одеты в доспехи, в их руках блестело оружие, а красные глаза следили за каждым, кто проходил мимо. Воины Нурарихёна. Стража дворца.

И рядом с ними, в тени разрушенного павильона, я увидел бой.

Группа японских рейдеров сражалась с отрядом Демонов Они. Людей было шестеро, все в тактической броне с эмблемой стилизованной кисти. Люди Каллиграфа. Они двигались слаженно, прикрывая друг друга, их таланты вспыхивали яркими красками посреди серого тумана. Один из них метал огненные шары, другой создавал барьеры из света, третий орудовал мечом, который оставлял в воздухе следы из электрических искр.

Но они были в меньшинстве. Демоны Они наседали со всех сторон, размахивая массивными дубинами, усаженными шипами. Твари были огромными, в два раза выше людей, с мускулистыми телами и рогами, торчащими из лбов. Их было двенадцать против шести рейдеров, и численное превосходство давало о себе знать.

Один из демонов замахнулся дубиной, целясь в рейдера с огненным талантом. Парень попытался уклониться, но был слишком медленным. Удар должен был размозжить ему череп.

Но дубина остановилась в воздухе. Барьерщик успел выставить щит, и демоническое оружие врезалось в сияющую стену света. Щит треснул, но выдержал.

— Отступаем! — крикнул кто-то из рейдеров. — К храму!

Они начали организованное отступление, но демоны не собирались их отпускать. Один из они прорвался сквозь строй, занося дубину для сокрушительного удара.

Я оглянулся на кортеж. Процессия продолжала двигаться, не обращая внимания на битву. Демоны из Парада даже не смотрели в сторону схватки. И тут я услышал, как один из ёкаев рядом со мной, старый тэнгу с длинным носом, проворчал себе под нос:

— Как же бесит. Будь я там, то уже сожрал бы этих жалких людишек.

— Сражаться могут только воины Повелителя. Если демоны из процессии прервут её, их ждёт наказание хуже смерти. Ты же знаешь это Старик Тэму! — ответил ему другой ёкай.

Вот почему никто не вмешивался. Участники Парада были связаны правилами ритуала. Они не могли покинуть процессию, не могли атаковать тех, кто не нападал на них напрямую. Только личная гвардия Нурарихёна была свободна от этих ограничений.

Я посмотрел на рейдеров. Они отступали, но демоны преследовали их, наседая всё сильнее. Если ничего не изменится, эти люди погибнут в течение нескольких минут.

Во мне боролись два голоса. Один, холодный и расчётливый, говорил, что вмешательство раскроет моё присутствие. Что я здесь ради Персика Бессмертия, а не ради спасения чужих жизней. Что каждый рейдер знал, на что идёт, когда входил в Искажение.

Другой голос напоминал мне о прошлой жизни. О людях, которые погибли, потому что некому было их спасти. О том, что некоторые из этих рейдеров, судя по уровню их талантов, могли стать важными фигурами после Каскада. Потерять их сейчас значило ослабить человечество в будущем.

Я принял решение за долю секунды.

Коготь Фенрира выстрелил из левого наруча. Крюк впился в шею ближайшего они, который как раз заносил дубину над головой раненого рейдера. Рывок троса был мощным, усиленным магией реликта. Демон потерял равновесие и полетел в сторону, врезаясь в своих сородичей, сшибая их, как кегли.

Я сбросил иллюзию Маски Локи. Чёрная маска с золотыми узорами проявилась на моём лице, и в тот же миг воздух вокруг меня задрожал от ауры «Доминанта».

«Грань Равновесия» покинула Пространственный Арсенал. Чёрно-белый клинок лёг в руку привычной тяжестью, и его сияние заставило ближайших демонов отшатнуться.

Я ворвался в бой.

Мой стиль отличался от японских техник, которые использовали рейдеры Каллиграфа. Их движения были плавными, экономными, выверенными до миллиметра. Они атаковали точечно, выбирая слабые места противника, используя минимум усилий для максимального эффекта.

Я же был прямолинеен. Никаких изящных финтов, никаких элегантных уклонений. Только сокрушительная мощь и безжалостная эффективность.

Первый демон получил удар клинком в бедро. «Грань Равновесия» прошла сквозь его плоть без малейшего сопротивления, «Разрыв Сущности» аннулировал магическую защиту они в точке контакта. Демон взревел, падая на одно колено, и я тут же добил его ударом в горло.

Второй попытался достать меня дубиной. Я нырнул под удар, чувствуя, как воздух свистит над головой, и одновременно активировал Перстень Чёрной Черепахи на левой руке. Холод хлынул из кольца, материализуясь в острые ледяные шипы, которые вырвались из земли под ногами демона. Они пронзили его ступни, приковывая к месту. Демон завопил, пытаясь вырваться, и в этот момент мой меч описал широкую дугу, срубая ему голову.

Третий и четвёртый атаковали одновременно. Я отступил, используя Коготь Фенрира для манёвра. Крюк впился в балку разрушенного павильона, трос натянулся, и я взлетел в воздух, уходя от ударов. В полёте я послал ещё одну волну холода из кольца, и ледяная дорожка пролегла по земле, покрывая камни инеем. Демоны поскользнулись, потеряли равновесие, и я обрушился на них сверху, вонзая меч в спину ближайшего.

Бой был коротким и яростным. Я двигался как машина смерти, не давая демонам времени на координированную атаку. «Грань Равновесия» в моих руках, поглощала энергию каждого поверженного врага и передавая её мне. Усталость отступала, реакции обострялись. Я чувствовал себя живым, по-настоящему живым.

Перстень Чёрной Черепахи работал идеально, дополняя мой арсенал. Лёд подчинялся моей воле, формируясь в щиты, шипы, оковы. Когда один из они попытался бежать, я заморозил землю у него под ногами, и демон упал, скользя по льду прямо на мой клинок. Когда другой замахнулся дубиной, я создал ледяную стену между нами, и оружие застряло в ней, давая мне время для контратаки.

Оставшиеся демоны отступили. Их было всего трое, и они смотрели на меня с чем-то, похожим на страх. Я стоял посреди площади, окружённый телами их сородичей, и мой меч дымился от демонической крови.

Я повернулся к рейдерам Каллиграфа. Они смотрели на меня с недоверием и настороженностью.

Их командир, молодой мужчина с решительным лицом и коротко стриженными волосами, шагнул вперёд. На его плече была свежая рана, из которой сочилась кровь, но он держался прямо, не показывая слабости.

— Спасибо за помощь, — его голос был ровным, контролируемым. — Вы спасли нам жизни.

— Не стоит благодарности.

— Но я должен спросить, — он положил руку на рукоять своего меча, не угрожая, но показывая готовность. — Что вы делаете в Японии? Это наша территория, наше Искажение.

Я убрал «Грань Равновесия» в Арсенал. Жест доброй воли, демонстрация того, что я не собираюсь конфликтовать.

— У меня свои дела. Они не касаются японских властей.

— Какие дела?

— Личные.

Командир нахмурился. Он явно был человеком чести, но также человеком долга. Я уверен, что Калиграф знал, что я в Киото.

— Мы получили приказ от Кенширо-сама, — сказал он медленно. — Задержать вас, если найдем, и доставить к нему.

Я посмотрел ему в глаза. Он не отвёл взгляда.

— Ты собираешься выполнить этот приказ?

Молчание повисло между нами. Остальные рейдеры напряглись, готовые к бою. Они были измотаны, ранены, явно уступали мне в силе. Но они всё равно были готовы сражаться, если их командир прикажет.