Ольга Зимина – Образование, наука и просвещение на пути из прошлого в будущее: от Древней Руси до Советской России (страница 19)

С начала 40-х гг. XVIII в. в России начинается новое просветительское движение, во главе которого стоял Михаил Васильевич Ломоносов. С его именем связаны почти все значительные достижения в области науки и образования 40-х – начала 60-х гг.

В частности, в 1754 г. Ломоносов вместе с графом И.И. Шуваловым разработали проект совершенно нового для России высшего учебного заведения, которым должен был стать Московский университет. (25 января 1755 г. императрица Елизавета подписала «Указ об учреждении в Москве университета и двух гимназий»).

В 1760 г. Шувалов представил императрице Елизавете проект указа об учреждении во всех крупных городах гимназий, а в небольших городах – начальных школ, т.е. речь шла о создании государственной системы школьного образования. Однако указ не был утвержден. Дело организации государственных учебных заведений было отложено до екатерининской реформы начала 80-х гг. XVIII в.

Эпоха «просвещенного абсолютизма» в России неразрывно связана с правлением Екатерины II. В эти годы формировалась новая когорта просветителей, в числе которых были как близкие к императрице люди, так и ее оппоненты.

В начале царствования Екатерины наиболее значительные достижения в области народного образования были связаны с организацией воспитательных учреждений.

Возросла роль Академии наук в поддержке изобретательства, научных исследований и популяризации науки. Члены Академии принимали непосредственное участие в постановке и практическом решении разнообразных технических задач, создавали учебники по различным областям знания, в том числе, адресованные тем, кто не имел возможности получить систематическое образование. Академия наук организовывала экспедиции в различные области России для проведения естественнонаучных, исторических, этнографических и экономических исследований. В 1765 г. было основано первое в России научное общество – «Вольное экономическое общество к поощрению в России земледелия и домостроительства».

Немалую роль в развитии образования сыграла губернская реформа 1775 г. Увеличение количества губерний влекло за собой увеличение губернских и уездных городов и, следовательно, рост количества гимназий и других образовательных учреждений. Расширялась городская интеллектуальная элита, росло ее влияние на общественное мировоззрение, причем элиту составляла не только дворянская, но и разночинная интеллигенция – учителя, врачи, чиновники.

В 1782–1786 гг. была проведена реформа народного образования. Согласно «Уставу народных училищ в Российской империи», утвержденному императрицей в 1786 г., народное образование впервые объявлялось государственным делом. Для подготовки учителей создавались отделения при главных училищах, а в 1786 г. была основана Петербургская учительская семинария.

В 90-е гг. произошел резкий поворот в настроениях императрицы и во всей российской политике. В сложном сочетании объективных и субъективных причин этого поворота ведущую роль сыграла Французская революция. Опасения за будущее монархии и собственную судьбу заставило Екатерину всеми способами бороться с распространением революционных идей и всяким инакомыслием. Ссылка в Сибирь Радищева в 1790 г. и заключение Новикова в Шлиссельбургскую крепость в 1792 г. знаменовали конец политики «просвещенного абсолютизма» в России.

В этой главе мы проследим историю российского образования и просвещения в XVIII в., основные этапы которого связаны с именами Петра I, Ломоносова и Екатерины II. Особое внимание будет уделено реформам Петра, потому что они задали направление цивилизационному развитию России, и еще потому, что до сих пор продолжаются дискуссии о необходимости кардинальных реформ вообще и реформ Петра в частности.

2.1. Эпоха Петра I

Петровская эпоха ознаменовалась великим переломом в истории российского просвещения. Этот перелом имел объективные причины, а его форма во многом была предопределена детскими впечатлениями Петра{50}.

Сразу после смерти царя Федора Алексеевича (27 апреля 1682 г.) последовали страшные события. В мае 1682 г. произошел стрелецкий бунт, сопровождавшийся грабежами, избиениями и убийствами бояр. Июль того же года был отмечен выступлением старообрядцев в Грановитой палате в защиту старой веры. Все это происходило на глазах десятилетнего Петра, произвело на него неизгладимое впечатление и на всю жизнь связалось в цепочку: старина – раскол – мятеж. Как пишет Ключевский, «старая Русь тут встала и вскрылась перед Петром со всей своей многовековой работой и ее плодами» [94, т. 4, с. 9].

2.1.1. Детство и юность Петра

Первым учителем Петра был дьяк Никита Зотов, которому было поручено обучить Петра чтению и письму. По старому обычаю Петр последовательно осваивал азбуку, Часослов, Псалтырь, Апостол и Евангелие. Однако в преподавании Зотова уже ощущались европейские педагогические веяния. Например, он применял приемы наглядного обучения. По просьбе Зотова Петру выдали из дворцовой библиотеки исторические книги и рукописи с рисунками. Живописцам Оружейной палаты были заказаны новые иллюстрации. Есть упоминания о коллекции «потешных тетрадей», в которых были изображены золотом и красками города, здания, корабли, солдаты, оружие, сражения и «истории лицевыя с прописьми», иллюстрированные повести и сказки (см., например, [94, т. 4, с. 8–9]). Зотов показывал мальчику эти картинки, сопровождая рассказами не только о деятельности его отца – царя Алексея Михайловича, но и о давних временах Св. Владимира, Александра Невского, Дмитрия Донского и Ивана Грозного. Интерес к русской истории Петр сохранил на всю жизнь и впоследствии, заботясь о народном просвещении, он «много хлопотал о составлении популярного учебника истории» [94, т. 4, с. 9].

В результате стрелецкого бунта 1682 г. царевна Софья объявила себя «правительницей» при малолетних царях Иване и Петре. Десятилетний Петр с матерью были вынуждены покинуть Кремль и поселиться в селе Преображенском. Там «никем не руководимый, он начал продолжительную игру [в войну], какую сам себе устроил и которая стала для него школой самообразования… По сохранившимся дворцовым записям видим, как игра с летами разрастается и усложняется, принимая все новые формы и вбирая в себя разнообразные отрасли военного дела» [94, т. 4, с. 11].

Интересы взрослеющего Петра к различным техническим устройствам и иностранным приборам, подобным привезенной ему из Франции астролябии, побудили его заняться образованием. Под руководством голландского корабельного мастера Франца Тиммермана Петр изучал математику, артиллерию и фортификацию. У Петра, в отличие от его старших братьев, не было просвещенных учителей, которые познакомили бы его с политическими и нравственными понятиями, рассказали об обязанностях государя и т.п. Ключевский пишет: «Место Симеона Полоцкого или Ртищева для него заступил голландский мастер со своими математическими и военными науками… Прежде, при Зотове, была занята преимущественно память; теперь вовлечены были в занятия еще глаз, сноровка, сообразительность; разум и сердце оставались праздными… Понятия и наклонности Петра получили крайне одностороннее направление… Солдаты, пушки, фортеции, корабли заняли в его уме место людей, политических учреждений, народных нужд, гражданских отношений. Необходимая для каждого мыслящего человека область понятий об обществе и общественных обязанностях, гражданская этика долго, очень долго оставалась заброшенным углом в духовном хозяйстве Петра» [94, т. 4, с. 16].

Возникает вопрос: а как могло быть иначе? Федор Ртищев умер в 1673 г., когда будущему императору и года не исполнилось, а Симеон Полоцкий в 1680 г., когда Петру было всего восемь лет. Продолжатель просветительской деятельности Симеона Полоцкого, его ученик, подьячий Сильвестр Медведев (1641–1691) участвовал в заговоре против Петра I. От кого же в России мог Петр узнать о нуждах людей, о политических учреждениях, гражданских отношениях, общественных обязанностях и гражданской этике? Мы скоро увидим, что при первой же представившейся возможности, оказавшись в Англии, Петр очень быстро стал устранять недостатки гуманитарной части своего образования.

За 1683–1696 гг. Петр вырастил из своих «потешных» полков{51} и переславльской флотилии кадры для новой российской армии и флота. В эти годы Петр близко сошелся со швейцарцем Францем Лефортом и другими людьми из Немецкой слободы, учился у них, перенимал их понятия и привычки. Он взял себе за правило первым обучаться всякому новому делу, чтобы подавать пример и обучать других.

Правительница Софья, опасаясь, что взрослеющий Петр лишит ее власти, в 1689 г. спровоцировала выступление стрельцов. Однако его предупредили об опасности, и он ночью бежал из Преображенского в Троице-Сергиеву лавру. Туда же подошли оставшийся верным Петру Сухаревский стрелецкий полк и воспитанные им «потешные» полки. Вопреки желанию Софьи, бунтовщики явились в лавру с покаянием. Несколько стрельцов было казнено, фаворит Софьи В.В. Голицын{52}, отправлен в ссылку, а Софья отстранена от власти и заключена в Новодевичий монастырь (без пострижения в монахини).

Таким образом, с 1689 г. Петр при больном и слабоумном брате Иване фактически стал единоличным правителем России. На время он передоверил государственные заботы своим родственникам, а сам продолжил заниматься созданием армии и флота. В 1690 г. Петр устроил большие манёвры в селе Семеновском, в 1691 г. – под Пресбургом, потешной крепостью на Яузе, лето 1692 г. он провел в Переславле, а в 1693 г. поехал в Архангельск, где основал верфь для постройки кораблей. В начале 1694 г. умерла его мать, а летом Петр со свитой снова отправился в Архангельск – там строился большой корабль. Осенью он провел последние потешные манёвры в Кожухове и приступил к решению неотложных государственных задач.