Ольга Зиль – Сквозь призму времени (страница 2)
– Доча, у нас тоже есть свои дела, нельзя думать только о себе. Скажи спасибо папе. – Марину уже давно перестал забавлять требовательный тон девочки. Но она хотела, чтобы вырос самостоятельный человек, умеющий постоять за себя, и поэтому не стремилась «ломать» характер девочки. Лена была в «породу» Жемчужных – тонкая кость, гибкие суставы, длинные ноги и выразительные черты лица.
– У меня не получается собрать лего. – И дочка выбежала пулей из кухни, проигнорировав слова матери.
Марина последовала за Леной, бросив быстрый взгляд на мужа типа «Маленькая еще, потом появятся ответственность и уважение к другим».
Юлия Иванова
После очередного свидания Юля ехала на своем красном «Порше» к таунхаусу в начале Каширского шоссе. Она не так давно переехала за город с мамой. Ремонт еще не был закончен, и больше половины вещей лежали в коробках. Шкафы только предстояло купить. Иванову ожидала ипотека следующие 10 лет, но она была счастлива уехать из маленькой квартиры на Фрунзенской в большой и уютный дом с коммуникациями и охраняемой территорией. Жить в крохотной двушке с мамой становилось с каждым годом все невыносимее. На земле у уже немолодой женщины должны появиться приятные хлопоты, и она не будет доставать дочку советами и упреками.
Новый чат не воодушевил Юлию. Она общалась с Алексеем Браско, остальные ей были не особо интересны. Проехав последний перекресток, она повернула к кафе Dream, которое находилось в двух шагах от ее дома.
Была уже полночь, но ресторанчик работал круглосуточно. Уютно устроившись за своим любимым столиком, она стала смаковать бордо 2001 года. Просмотрев все чаты, она зацепилась взглядом за быстро растущую переписку. Там было уже 210 сообщений.
Юля посмотрела, сколько людей в чате. Их было около 40. Переписывались не только однокурсники из МГУ, но и их одноклассники. Основную часть группы составляли ребята из лицейского класса школы при МГУ. «Надо же, кому-то удалось найти все телефоны», – Юля вышла из чата и перешла в переписку с Лешей.
Юля выключила телефон. Ей надоели ухажеры. Все одно и то же. Сначала ухаживания, потом постель, далее следуют разные, но тоже стандартные схемы поведения два-три месяца, и становятся видны все недостатки. Юлю начинали бесить то низкий достаток, то выпирающий подбородок с родинкой, то неплоский живот, то запах изо рта. Лишь женатые мужчины могли удержать ее внимание более чем на полгода. Но с ними конец отношений тоже был банален, поскольку любовники Юли не хотели уходить из семьи. Как только начинались мучительные разборки, Иванова понимала, что это окончание истории. Один раз Юле удалось разбить семью довольно уважаемого человека, но до замужества дело не дошло.
Иванова была красавицей: золотистые волосы чуть ниже плеч всегда были уложены в идеальные локоны, правильные черты лица с миндалевидными карими глазами дополняли изысканные манеры, пышная грудь и идеальные длинные ноги не оставляли равнодушным ни одного мужчину.
Она сфоткала себя на фоне зеленоватого матового абажура и отправила фото Алексею.
Немного успокоившись после неудачного дня, Юля направилась домой. Она любила после рабочего дня отдохнуть в кафе или клубе, домой приезжала только спать. Иванова старалась не тратить свое время на бессмысленную бытовуху. Все уже должно быть готово для завтрашнего утра, нужно только принять душ. Ее мать была домохозяйкой и до сих пор следила за гардеробом дочки и гладила ей одежду.
– Мама, сделай мне кофе. – Юля сняла в просторной прихожей, выдержанной в английском стиле, элегантные бежевые туфельки и пошла босиком по прохладной плитке в столовую. Ножки 35-го размера легко ступали по гладкой поверхности.
Мать, отложила вязание и подошла к кофеварке.
– Как прошел день, доченька?
– Да никак. Меня достали все мужики.
– Ты была на свидании? – Мать, давно овдовевшая, как никто другой желала счастья своей доченьке.
– Мам, не упоминай это слово. Оно слишком романтичное для встреч.
– Юленька, тебе уже за сорок, сколько же можно искать мужа?
– Ну не начинай! Лучше выйти замуж за кого попало, чем быть одной? – Юля была недовольна собой из-за того, что поддержала тему. Сегодня настроение было дрянь, и Иванова сдержаться не смогла. Обычно она отшучивалась или меняла тематику разговора.
– Быть одной очень тяжело. Поверь мне. Твоя природная прелесть скоро начнет увядать. В итоге, когда ты захочешь жить с кем-то, тебе придется идти на большой компромисс с самой собой. Чем дальше, тем труднее будет найти и выгодную партию, и просто того, кто нравится. С кем хочется ложиться в постель.
– Выгодная партия мне уже давно не нужна. У меня денег больше чем достаточно. Ты как будто не знаешь. А вот ложиться в постель хочется реально с единицами.
– Чем дальше, тем хуже будет. Мужчины старше тебя скоро будет стариками. Или ты можешь находиться рядом с молодым?
– Нет, моложе меня совсем не цепляют.
– Остаться в старости одной страшно. Я же не вечная. Представь – этот огромный дом, и ты в нем одна. Ни детей, ни родителей.
– Мама, перестань нагонять тоску. Если бы был мужчина нормальный, давно бы за него вышла.
– Ты не хочешь родить, хотя бы для меня? Ведь на тебе наш род оборвется. Мне давно охота нянчится с внуками.
– С внуками? Во множественном числе? Сама-то ты не захотела рожать второго ребенка. Почему я должна вообще хотеть детей? С ними сплошная морока. Тебе уже шестьдесят пять, думаешь, дальше здоровье будет только прибавляться? Зачем тебе маленький спиногрыз?
– Ты говоришь о детях как о вещи. Что может быть в жизни важнее?
– Удовольствие. Для чего же еще жить?
– Ты меня разочаровываешь. Разве это смысл? Это развращение.
– Значит, ты меня такой воспитала. Ищи причину в этом.
– Я старалась дать тебе все, что могла. Чтобы ты ни в чем не нуждалась. В итоге ты состоялась как личность. Ты отличный бизнесмен. А что до твоих ценностей, то не я их формировала.
– Ясное дело, хорошее от тебя, плохое я сама приобрела.
– Ты, как обычно, подобные разговоры сводишь на нет. Скажи, чем тебе не нравится, например, Алексей?