Ольга Ясницкая – Разжигая пламя (страница 31)
— Не смей, понял?! — она требовательно заглянула в глаза. — Ты нужен мне!
Нужен… От фразы его передёрнуло: где-то уже это слышал совсем недавно. Точно! Девчонка… Считай, одна осталась. Знала ли Восемьдесят Третья, чем всё закончится? И если знала, какого чёрта подставилась? Она же ближе всех была к принцессе.
Решение пришло мгновенно, неожиданно, теперь он точно знал, что нужно делать. Он мягко сжал ладони Твин, заглянул в её глаза, полные тревоги:
— Всё нормально, расслабься.
Она недоверчиво сощурилась:
— Обещаешь?
Харо кивнул. Лезть под пули он точно не станет, теперь есть вещи и поважнее.
Глава 14
Керс осторожно ступал по нетронутому снегу. Хватило и одного раза свалиться в сугроб, до сих пор боль пронзает ногу при каждом шаге.
Сначала лес казался безжизненным, застывшим, но стоило углубиться на несколько десятков метров, и всё вокруг ожило, заворочалось, зашуршало сухой листвой, затрещало ветками, захрустело снегом.
В лесу Керсу было неуютно, не по себе. Каждый раз, оказываясь здесь, он чувствовал себя неопытным желторотиком, впервые отправленным на охоту, причём без оружия и в одиночку, хотя вон там, всего в пяти шагах, Альмод, а чуть дальше — Клык, взявший на себя роль следопыта.
Слева послышался слабый хруст. Клык замер, вскинул руку, приказывая остановиться. Вождь уруттанцев приподнял лук, стрела давно ожидала своего часа. Керс механически опустил руку на кобуру, оглядываясь по сторонам.
— Он где-то поблизости, — сообщил Клык громким шёпотом, — Альмод, за мной. Керс, будь наготове — на тебя погоним. Как только увидишь его — стреляй сразу, целься между глаз. Справишься?
— Расслабься, всё под контролем.
Альмод дважды хлопнул себя по плечу — нравились ему условные жесты осквернённых, использовал их при каждом удобном случае, бывало даже и не к месту.
«И тебе удачи, дружище», — хмыкнул Керс, изучая местность.
Такой себе небольшой пятачок: в трёх шагах колючие заросли, справа то ли овраг, то ли яма какая. Местечко не очень — развернуться особо негде — но выбирать не приходилось, третий час уже выслеживали тварь.
Напарники скрылись за широкими стволами сосен. Какое-то время ещё мелькали их спины, но вскоре и они исчезли.
В десятый раз проверив револьвер, Керс стал прислушиваться. В какой-то момент издалека донёсся разъярённый рык и крики товарищей. Рык, в отличие от криков, с каждой секундой становился всё громче и громче, а топот копыт вперемешку с хрустом нарастал снежной лавиной.
Сначала Керс даже обрадовался — план сработал, но, разглядев среди стволов гигантскую тушу, его радость тут же испарилась. Это был ни хера не тот кабан, каковым его описывал Клык. Чёрная тварь метра полтора в холке неслась прямо на него с бешеной скоростью, грозясь втоптать в промёрзлую землю. На загривке ряд шипов толщиной с палец… Очень толстый палец. Клыки длиной в две ладони выпирали из разинутой в ярости пасти, из которой стекала густая пена, а глаза… Да глаз ни черта вообще не было видно, может, их и нет вовсе!
Ну Клык, ну сукин сын… Целиться-то куда, мать твою?!
Керс выстрелил наугад, в голову кабана — вдруг попадёт в нужное место — но тот даже не замедлил хода, продолжая нестись напролом. Из-под тяжёлых копыт снег комьями разлетался в стороны, из пасти валил густой пар. Кривые клыки направлены прямо на Керса, готовые разорвать в клочья, от бешеного рёва чуть не закладывало уши.
Пуля за пулей врезались в толстую шкуру, выбивая алые брызги, но боль только раззадоривала зверя, злила. Между ними осталось не больше двадцати шагов. Керс попятился, запнулся о скрытый под снегом камень, повалился на спину и выронил револьвер, который тут же утонул в сугробе.
Надеяться на чудо, что кто-то из напарников остановит разъярённое животное, было глупо. Полагались-то на него, только вот забыли сообщить, где это место «между глаз».
Рука метнулась к поясу, непривычно громко хрустнул кремень, выбив слабую искру. Вторая попытка, третья… Бесполезно.
Кабан был уже в паре метров, и смердело от него так, что глаза заслезились.
«Кранты», — промелькнуло в голове.
Зажмурившись, Керс прикрыл голову рукой, будто это спасёт от неминуемой смерти. Через секунду его разорвут на части, раскрошат кости в сотни мелких осколков, выпотрошат и разбросают кишки по всему лесу.
От возникшей в голове картины внутри похолодело. Захотелось спрятаться за непробиваемую стену вроде той, что создавал Севир. Только его рядом не было. Зато была тварь, назначенная Госпожой ему в палачи.
Отчаяние услужливо нарисовало в воображении спасительную ледяную преграду. Наверное, так защищается разум, обманываясь пустой надеждой на спасение.
Время будто остановилось. Остались лишь стук крови в ушах да звук собственного дыхания.
Бестия взревела, заполняя округу боевым кличем.
На ум пришёл некролог вроде того, что читал в какой-то книге по истории: «Пал в неравном бою со свиньёй-переростком…»
Оглушительный скрежет внезапно оборвал победный рык кабана.
На лицо брызнуло горячим. Боли не было, но Керс не сомневался, кровь принадлежит ему. Может, уже мёртв, просто не осознаёт этого?
Он приоткрыл один глаз, готовясь увидеть собственные внутренности, но перед ним предстала куда более неожиданная картина: буквально в полуметре из матово-белой стены торчала уродливая башка кабана. Из внушительной пасти свисал длинный язык, по которому медленно стекала бурая пена. Кровь хлестала из пробитого горла, орошая мёрзлую землю. Снег ровно выплавили, влили в непробиваемый ледяной частокол, острыми шипами вырвавшийся из земли вверх метра на три.
Хрена себе фокус!
Керс огляделся по сторонам в поисках своего спасителя.
Никого.
Скорее всего, прячется. Может, лесной дикарь какой-то, мало ли кто здесь водится. Зато нашёлся револьвер, валявшийся на расстоянии вытянутой руки.
— Потроха гиены мне в глотку! — послышался удивлённый голос Альмода. — Вот это сосули!
Керс с трудом поднялся и, борясь с дрожью в коленках, медленно обошёл ледяную стену. С другой стороны торчала остальная часть кабана. Даже без головы туша выглядела весьма внушительно. Да его и впятером не дотащить до Исайлума!
— Целься между глаз, значит? — Керс с упрёком посмотрел на Клыка.
Тот недоуменно развёл руками:
— Что? Ищи чуть выше рыла.
Чертыхаясь, Керс вернулся и осмотрел голову зверя. Маленькие чёрные глазки-бусинки обнаружились за тяжёлыми веками-заслонками, как у пещерных ящериц. Только у кабана они оказались под цвет шкуры, и различить незнающему даже на близком расстоянии было достаточно сложно.
— Да ты издеваешься?! Как я, по-твоему, мог их увидеть?
Альмод насмешливо хрюкнул, подначивая Клыка. Тот небрежно отмахнулся и провёл пальцем по ледяной стене:
— Неплохо.
— Ага, узнать бы ещё, чьих рук дело, — проворчал Керс.
Альмод поднял ладони:
— На меня даже не смотрите, я так точно не умею.
— Ну не сама же эта хрень выросла!
— Нет здесь никого, кроме нас, — Клык покачал головой. — Ты или совсем дурак, Керс, или неплохо прикидываешься.
И тут до него дошло. Та картина, что всплыла в воображении… Выходит, это его рук дело? Но как? Раньше такое бы точно не проделал. Мог, конечно, что-то по мелочи, но в сравнении с подобной громадиной это никуда не шло.
Альмод снял с пояса топор и от души рубанул им стену. По льду со скрежетом побежала тонкая трещина, посыпалась белая крошка.
— Крепкая штука, — присвистнул он.
Керс почесал затылок: если Клык прав, может, это из-за отказа от антидота? Не мешало бы провести ревизию умений. Вдруг что нового обнаружится?
Тушу разделали, самое лакомое загрузили в волокушу из сосновых веток, остальное бросили торчать впаянным в лёд.
Клык оценивающе оглядел остатки кабана:
— Статуя славы осквернённым, не иначе.
Тащить трофей оказалось не так-то просто. Даже то, что настругали с туши, весило не меньше центнера. К счастью, ушли от Исайлума не так далеко, и уже к вечеру, порядком вымотанные, но с довольными рожами, они втащили волокушу прямо в центр поселения, оставив добычу на делёжку всем желающим.
Керс направился прямиком к баням, радуясь, что кто-то вовремя растопил — ждать не придётся. Из головы всё не выходило «чудесное» спасение. Раньше, чтобы тем же огнём управлять, требовалась полная сосредоточенность, одной вскользь промелькнувшей мысли было недостаточно. Не говоря уже о полном истощении, если бросал все силы на трансформацию материи. В этот раз он даже не почувствовал разницы, как если бы и не использовал скверну вовсе. Возможно, поспособствовал выброс адреналина, а возможно, и что-то другое, сдерживаемое ранее антидотом. Клык как-то упомянул, что стал заметно сильнее, когда покончил с этой дрянью, так почему бы и его способностям не увеличиться? Организм-то очистился.
В итоге он твёрдо решил не затягивать с экспериментами и сразу же после сытного ужина, с трудом отделавшись от Альмода с его пресловутым араком, направился к дому, решая по дороге, с чего лучше начать.
— Ты вернуться, златоглазый!