Ольга Ярошинская – Академия хаоса. Когда рушатся стены (СИ) (страница 30)

Голос сорвался, и во рту пересохло, а руки дрожали и пальцы никак не складывались в знак равновесия.

– Мне было плохо, – скупо пояснил Изергаст, отведя взгляд. – Зачем вообще говорить об этом? Родерик успел вовремя и вернул меня к жизни. Я снова здесь, радую вас своим совершенством. Но, как видишь, смерть в моем случае не лекарство.

– Не смей! – выкрикнула она и, шагнув еще ближе, дернула его за волосы, заставив поднять голову. – Чтобы больше никогда!

Миранда так разволновалась, что перед глазами все поплыло: лицо Изергаста, белые волосы, сияющие на фоне черного покрывала, зеленые глаза с расширенными зрачками.

– Моррен Фергюс Изергаст! Я приказываю тебе: больше никогда не пытайся себя убить! – воскликнула она.

Слезы брызнули из глаз, обожгли щеки, а Изергаст вдруг потерся головой о ее ладонь точно большой кот, жмуря глаза от удовольствия. Его волосы наощупь были мягкими и гладкими как шелк, и Миранда непроизвольно провела рукой по густым прядям, пропуская их между пальцами.

– Ты слышал? – переспросила она, опомнившись и убрав ладонь.

– Конечно, слышал. Если б не полог тишины на моем доме, так и вся академия услышала бы, – усмехнулся он, а потом встал и бережно вытер слезы с ее щек.

Прикосновения были такими нежными и аккуратными, что Миранда не нашла в себе сил оттолкнуть его руку. Изергаст провел кончиками пальцев по ее скулам, очертил подбородок, тронул ямочку под нижней губой.

– Ты что, ты выполнишь мой приказ? – спросила Миранда, вздернув подбородок.

– Куда ж я денусь, – ответил он, глядя на ее губы. – По правде сказать, я и сам передумал.

Он улыбнулся, превращаясь в прежнего Изергаста.

– Наша связь – все равно что вторая жизнь для Мисси в теле мартышки: полна возможностей, которые сперва нужно увидеть и оценить.

– Я ни за что не соглашусь! – послышался писклявый голос привидения.

Глава 14. Никто не поможет

Родерик ушел в хаос, а я осталась по другую сторону Стены. Она стояла между нами и в прямом, и в переносном смысле, и я не видела выхода.

Рурк продолжал свой инструктаж, показывал карты, делился секретами и приемами бывалого патрульного, но его бубнеж пролетал мимо моих ушей.

Я снова все испортила.

Все, что сказал Родерик тем утром, было правдой. Я убила императора, а последствия приходится разгребать Родерику. Я наверняка оставила кучу улик, и теперь он вынужден защищать меня от Совета и выполнять их приказы, точно марионетка в руках кукловода. Я поставила себе в заслугу то, что поделилась с ним огнем, но мне и самой этого хотелось. Я отказала Родерику, чтобы закончить учебу и понять, чего хочу дальше, но лишь запуталась еще сильнее. Перстня с драконом больше не было на моем пальце, и я понимала, что совершила очередную глупость.

Я пыталась примерять на себя разные роли, быть подругой, любовницей, дочерью, мстительницей, но вряд ли мне удалась хоть одна из них. Эммет видел во мне хранительницу домашнего очага, но огонь во мне не удержать. Я безответственная, распутная и жестокая, как лесной пожар. Не стать мне воплощением богини. Не будет у меня ни дома, ни кошки на коленях, ни любимого. Я разбила светильник, и Родерик ушел в хаос без незримой поддержки путников, и, как знать, вдруг не найдет дороги назад?

Он сказал – потом поговорим, но что еще он мне скажет? Мало того, что я испортила ему жизнь, так еще и уничтожила символ удачной Охоты. Лучше бы я и правда запечаталась, как советовала мама!

– Таким образом, выбранная стратегия весьма сомнительна, – поучительно произнес мастер о’Хас о чем-то своем.

Это точно. Лечу словно бабочка на огонь, обжигаюсь снова и снова, но… я ведь и есть пламя. Это я сжигаю все вокруг.

– Ты так сердито насупилась, – прошептал Эммет. – Будто планируешь еще чье-то убийство.

– Тогда держись от меня подальше, – брякнула я.

– Ты в порядке? – не отставал он. – У тебя в глазах пламя.

– Огонь! – подтвердил Джаф и, втянув воздух носом, повернулся к Стене. – Что-то горит. Тянет паленым.

Рурк тоже принюхался и, оставив нас, быстро направился туда, где собрался патруль.

Мы, студенты, пошли следом, переглядываясь друг с другом, и мое сердце забилось чаще. Вот оно. Я разбила светильник путника, Родерик пошел в хаос без благословения, и случилось что-то страшное.

Хаос клубился в проходе между стволами, вытягивал густые щупальца, словно проверяя – свободен ли путь. В глубине что-то вспыхивало и гасло, словно далекий маяк, и я шагнула туда.

– А ну, стой, – схватил меня Эммет.

– Там огонь, – прошептала я. – Там сражаются!

– Видать, наткнулись на тварь, – невозмутимо цыкнул зубом Рурк. – Ричпок, небось, наложил полные доспехи.

Патрульные посмеивались, шутили, однако я заметила, что все стянулись к проходу ближе и, оттеснив студентов и новичков, выстроились в клин. На боевке Родерик объяснял нам правильное построение, чтобы не задеть друг друга в хаосе, и это было оно.

Первым из-за Стены выбежал один из магов огня, который чуть раньше смотрел на меня как на лакомство. Теперь в его глазах был один только ужас.

– Напали! – выкрикнул он. – Как лавина сошла! Твари!

– Адалхард где? – сурово спросил Рурк, встряхнув его за шкирку, но он только покрутил головой.

Из хаоса появились патрульные, которые вынесли раненого, подвывающего от боли. Эммет тут же бросился к ним, коснулся раненого, и стоны утихли. Оставив меня, Эммет пошел за носилками в лазарет. Я ему даже немного завидовала – он точно был на своем месте. Из хаоса вышли еще маги, я искала Родерика среди испуганных и растерянных лиц и не находила.

– Там была королева, – выдохнул патрульный, который вышел последним. – Она забрала Ричпока.

– На кой ляд он ей сдался? – воскликнул Рурк. – В нем же нет магии!

– Выходит, что-то все же есть, – пожал он плечами. – Было. Ричпока не спасти. Я видел, королева мяла его точно кусок глины.

– Адалхард где? – снова спросил Рурк, оглядевшись по сторонам и, схватив какого-то мага огня, тряхнул так, словно он прятал Родерика за пазухой.

– Не знаю я, где ваш Адалхард! – воскликнул тот, едва не плача. – Чтоб он пропал со своим хаосом вместе! Я не патрульный! У меня четвертый уровень! Зачем меня туда вообще потащили? Я бросил огонь, а тварь от него отмахнулась и не заметив. Ты бы видел ее! Монстр! Чудовище! Хаос!

– Знаю, – буркнул о’Хас и, оставив мага в покое, напряженно вгляделся за Стену, где все так же клубился туман. Огонь вспыхнул вдали и погас. Родерик!

– Мастер о’Хас, – позвал Джаф. – Может, пойти за ним следом, пока не поздно?

– Пойдет он, – проворчал Рурк. – Разогнался уже. Ты вот что, бери остальных студентов и дуй в Академию. Найди там Моррена и расскажи, что случилось.

– Хорошо, – процедил Джаф.

– И рожи мне тут не корчи! – приказал Рурк.

Он сунул культю в хаос, и та быстро обросла шерстью, превращаясь в медвежью лапу. Вернув руке обычный вид, Рурк понюхал короткие пальцы и зачем-то лизнул.

– Выполняй! – рявкнул он на Джафа, и тот поспешил к ладье, а мы за ним следом.

Все собрались у корабля, несколько студентов уже расселись по скамьям, но паруса все никак не раздувались. Поглядев на мучения Ника с артефактом воздуха, Джаф сказал:

– Я быстрее сам доберусь. Некогда ждать.

Никто не стал с ним спорить. Да и как поспоришь с огромным черным волком, в которого он перекинулся так быстро, что я и глазом моргнуть не успела. Джаф склонил ко мне морду, коротко рыкнул, обдав лицо влажным дыханием, и бросился в сторону, где на горизонте виднелись стены академии.

– Можно подумать, ты понимаешь по-волчьи, – хмыкнул огневик со старших курсов, расправляя новенький плащ с красной изнанкой.

Я поняла. Джаф сказал мне не делать глупостей. Но, похоже, это и есть мой путь.

***

Тяжелый светильник оттягивал руку, а слишком длинный плащ, который я стащила в одной из патрульных башен, путался в ногах. Я спрятала лицо под капюшоном и надеялась, что никто не услышит, как отчаянно гремит в груди мое сердце.

– Да как ты не поймешь, если Адалхард не может отбиться, то и никто не сможет! – сердито кричал Рурк. Крис Лекис хмурил лохматые брови, а зрачки в его кошачьих глазах сузились до крохотных точек. – Тогда идти туда его спасать – все равно что добровольно повеситься!

– Это и есть знаменитая взаимовыручка патруля? – презрительно фыркнул Крис Лекис. – Оставите его одного в хаосе?

– Никто его не оставит. Подождем Моррена и пойдем отрядом, – сказал Рурк. – Если Родерик сам не выйдет к тому моменту. Но я сильно сомневаюсь, что ему нужна помощь. Королева забрала Ричпока, а Родерик, видно, по горячим следам…

Я проскользнула за его широченной спиной и шагнула в хаос, не дав себе времени на сомненья. Быть может, Рурк прав, и Родерик вовсе не ждет подмоги, но что если нет? Что если его ранили, и он лежит там один, в хаосе, а твари лезут со всех сторон, клацая зубами. Вспомнив о тварях, я переложила светильник в левую руку, и сложила на правой знак копья.

Хаос, словно незрячий старик, осторожно ощупал мое лицо холодными пальцами, когда я пошла сквозь туман. Стена осталась позади, гигантские стволы, отшлифованные хаосом, блестели, как сделанные из металла, и издали казалось, что это строй гигантских воинов сомкнул щиты.

Я выдохнула и, облизнув сухие губы, пошла вперед.

Айрис когда-то сказала мне слушать свое сердце, а оно всегда вело меня к Родерику. От искры, послушно упавшей с моих пальцев, зажегся фитиль, и язычок пламени заплясал на нем, прогоняя хаос. Пусть обычно огонь в светильнике зажигают путники, но почему бы самой не сотворить доброе предзнаменование, раз уж богам не до того.