18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Ольга Янышева – Долина драконов (страница 44)

18

Чики важно кивнул, окончательно успокаиваясь.

– Идём смотреть на карусели?

– Идём!

Демон поднялся, а маленький дарх нетерпеливо подскочил на месте, разом позабыв о недавнем инциденте.

«Ох! Мужчины!»

Шагая за парочкой, только и успевала вертеть головой.

Мы вышли на площадку, где я и Люцифер уже были сегодня.

Цирковой шатёр испарился, а на его месте артисты устроили воздушное представление со стихией огня.

Это было невероятно!

Эквилибристы работали настолько слаженно, пользуясь стихийной силой воздуха, что у меня рот не закрывался, пока Хадим не начал смеяться.

– Отстань, – буркнула обиженно.

– Прости. Ты просто так мило реагируешь на дрейсеров. Невозможно удержаться.

– Угум, – махнув на мужчину, снова вперилась на сцену, вокруг которой столпилось столько народу.

Вперёд вышли огневики… полетели сферы. Дрейсеры жонглировали огнём, как будто тот совсем не был опасен, а ведь это не так! Я со стихией огня налаживала контакт дольше других стихий! Знаю об этом не понаслышке!

Чик восхищался мастерством стихийников не меньше моего. Честно признаться, я даже не думала, что дары можно использовать просто так… для развлечения, как например, иллюзор. Почему-то, скорей всего в силу вечного противостояния с сильными мира сего, стихии для меня в первую очередь были защитой, чем одним из способов расслабиться.

Внезапно мир погас… я испуганно вздрогнула, хватая Чика и прижимая его к себе.

– Спокойно, – тихо шепнул Хадим, осторожно обнимая мои плечи и прижимая спиной к торсу, чтобы я почувствовала его надёжность. – Сейчас начнётся… смотрите вверх.

Задрав голову, выпучила глаза, ничего не замечая. Кажется, на тёмном небе все звёзды попрятались!

Выстрел… один, потом другой, и в небо полетели столпы ярких комет, свистя и ускоряясь.

Я не могла понять, откуда они летят. Казалось, сама планета изрыгается фейерверками.

Когда искры достигали небывалых высот, небо стало рваться на части разноцветными огнями, застывающими в вечности.

Это выглядело совсем не так, как на моей планете. Искры не таяли в верхнем слое атмосферы. Они, будто бы намекая на возвращение юных дархов, застывали на тёмном небосклоне, осыпая его звёздами.

«Так вот почему праздник фейерверков называют праздником Возвращения! Здорово…»

Немного повернувшись корпусом, заметила, что Хадим, вместо того, чтобы смотреть на фейерверк, который случается всего лишь раз в семнадцать лет, глаз от меня оторвать не может, впервые познакомилась со своим либидо. Щёки раскраснелись, дыхание стало прерывистым, а взгляд упрямо двигался в поисках жадных глаз демона.

Чик с кем-то из мальчишек восторженно переговаривался, а мы с охотником перестали следить за магическим салютом.

Осторожно сместив руки с плеч на талию, Савой-ра надёжно стиснул меня в объятьях.

– Соня… я…

– Блин! Да поцелуй меня уже! – Взорвалась на пустом месте. Почему-то трепетное отношение ко мне уже начинало раздражать.

Хадим хитро усмехнулся, теряя маску сдержанности.

Я только хотела подумать, что демон неспроста так себя вёл – однозначно провоцировал на высказанное мной недовольство, чтобы потом я не набросилась на него с обвинениями в совращении, а мысли, как те фейерверки, взорвались, когда Хадим исполнил мой приказ.

Горячие губы согревали от вечернего холода, заставляя плавится разум, не выдающий больше ни одной мысли.

Голова закружилась.

Я вцепилась в плечи охотника, чтобы не упасть, но он и так не позволил бы этому случиться – его руки скользили по моей спине.

Позвоночник вытянулся, будто оголённый провод, подчиняющийся его власти.

«Как мягко… как жарко…» – я ответила на поцелуй неосознанно, с наслаждением пробуя мужчину на вкус. Его тёплые, сладкие губы, пахнущие ягодами, которыми сам Хадим угощал нас недавно, туманили голову.

Демон отстранился первым, когда меня уже потряхивало от… от…

«Вот это даааа…»

Оглядевшись, обвела площадь полупьяным взглядом.

Никто даже не заметил вольности Советника Правителя Ракхана.

Мне понадобилось не меньше четверти часа, чтобы прийти в себя. Благо, салют гремел, и Чик был весь внимание на него!

На Хадима больше не смотрела… от греха подальше. И не просила меня поцеловать.

«Надо разобраться в самой себе… интересно, а сейчас притяжения истинности нет?»

Когда последние выстрелы затихли, а шандарская площадь засияла, словно днём, я набралась храбрости и развернулась к нашему провожатому.

– Спасибо за компанию… умм… нам очень понравилось… правда, Чик?

– Дааа! – С придыханием выдохнул мальчик, крепко сжимая мою руку. – В Долине такого никогда не видел!

«Дети! Им хоть бы где, лишь бы не дома!» – Вспомнив ещё недавно бурливший в крови пубертатный период, поморщилась.

– Чего нет, того нет. У нас Гингема умеет салют делать только земного происхождения.

– Уверен, он прекрасен не меньше… главное, с кем на него смотреть. – Хадим подмигнул Зайчику, а я отчаянно покраснела.

«Блин! Как же он мне нравится!!!»

– Нам пора, – вопреки чувствам, хотелось сбежать.

– Хорошо… – Хадим без вопросов вызвал портал, в облике которого я с изумлением увидела холл своего небольшого особняка.

Хотя люди понемногу разошлись, в центре площади остались только мы, да дрейсеры, убирающие атрибуты, но полюбопытствовать, откуда демону известны координаты моего дома, я постеснялась.

«Небось, одна из его проекций работает прямо в моём доме!»

– Соня, Чик, подумайте на счёт Малики. Она – очень хорошая целительница и порядочная женщина. Из всех ракханок герцогиня чуть ли не единственная, чьего ребёнка отобрали силой.

Нахмурившись, выразительно скосила глаза на Зайчика.

«Зачем при ребёнке это говорить!?»

– Мы подумаем, – мрачно заверила демона, видя, как мальчик мой ссутулил плечики. Настроение пропало… как и симпатия. – Спокойной ночи!

Закрыв за собой портал, улыбнулась ребёнку.

– Чики, время уже позднее. Пошли спать?

– Я… я, наверное, сегодня в яслях посплю. Хорошо?

«Это Хадим виноват! Взвалил на ребёнка груз ответственности! Зачем!?»

– Малыш…

– Там меня Тея ждёт, – оправдываясь тараторил Чик. – И ребята… расскажу им о празднике Возвращения!

– Хорошо, – смиряясь, выдохнула я. – Беги. Спокойной ночи.

– Люблю тебя, ма!