Ольга Владимировна Покровская – Вечер на Оке (страница 4)

Евгений Николаевич неопределенно кивнул. Он помнил тот вечер на даче и умолчал, что замуты не было, ибо Тая сообщила, что не хочет начинать взрослую жизнь среди пьяных рож и коматозных уродов.

— Почему она покончила с собой? — спросил он после мимолетной паузы.

Он задумывал спросить, правда ли это вообще, но стушевался. Лев с хлюпаньем вытянул с ложки борщ, потом громко вздохнул.

— Ей грозила статья, — проговорил он, морщась. — Ее бы посадили за двойное убийство. Она же застрелила бандитов, которые взорвали ее родителей. Цаплин специально подгадал, приготовил, типа сюрприз любимой женщине. Говорят, их привезли за город, связали, а Цаплин приехал с Таей на готовое, вручил ей пистолет. И по пуле в лобешник на брата. М-да... подарочек. Еще та бригада имела зуб. А знаешь, что Цаплин еще в школе к ней подкатывал? Заступал дверь в столовую. Тебе не говорили, а то мало ли. Она сама отбивалась, смотрела ему в глаза, а он шипел «сильная ты баба» и отползал. Он же был старше на два года — поздно пошел в школу и второгодник — так что девочек оценивал по-взрослому. Когда он после восьмого ушел в ПТУ, все перекрестились.

Пока официант ставил перед ними горшочки с жарким, Евгений Николаевич разводил руками.

— Я это знаю, — сказал он. — Но не повод. Можно было отмазаться, купить свидетелей. Какие доказательства с цаплиновским баблом? Та бригада! Кто бы мстил за рядовую пехоту? Умирать — их работа… ты был на похоронах?

Лев покачал головой.

— А кто из наших? — настаивал Евгений Николаевич. — Я бы пришел, но я не знал, не знал. Хоть бы сказали родителям, а они мне.

Лев заерзал на плюшевом стуле.

— Никто не был, — проговорил он, краснея. — Понимаешь… бандитская тема. Не хотелось рисоваться. Там была такая кодла, что мама дорогая. Всех пасли менты, открыто снимали процесс.

— Бандитская? — возмутился Евгений Николаевич, и по его спине пробежал холодок. — Хочешь сказать, менты ее считали уголовницей?

Лев посмотрел на него жалобно и опять зарделся.

— Были двойные похороны, с закрытыми гробами, — проговорил он тихо. — Цаплина убили, она покончила с собой. Сразу. Что бы она делала без его крыши? Изверилась… устала. — Он снова заерзал. — Знаешь, кто ходил? Миша Городецкий, помнишь Мишу? Их с матерью бросил отец… так нетипично для полковника Советской армии. Миша охранял гаражи на кругу. А при Цаплине подвизался автомехаником, чинил его тачки. Цаплин бил их раз в неделю… я с Мишей как-то ехал в электричке, и он твердил: темное дело, скверные похороны!

Евгений Николаевич содрогнулся. На него, словно горелым мясом, пахнуло страшным ароматом девяностых.

— Сейчас он где? — спросил он. — Гаражи снесли.

— Так умер, — ответил Лев извиняющимся тоном. — Спился.

Евгений Николаевич заметил, что он мнется, поглядывая на дверь, словно ждет оттуда помощи. Помощь скоро явилась — в дверь вплыл Андрей и с деловым сосредоточием, собрав глаза в кучку, зашагал к одноклассникам.

При его виде Лев оживился. За два шага до стола Андрей картинно проснулся и растянул губы в приветливой улыбке.

— Я договорился, — сказал он, указывая глазами на колонну. — Там кабинет, начнем в семь, нет возражений?

— Наверное, дорого, как чугунный мост, — подал голос Евгений Николаевич, но Андрей плавно махнул рукой.

— А я? — спросил Лев жалобно.

Андрей кивнул.

— Столик у кофейных автоматов в холле, — Мимолетное ехидство пробежало по его лицу. — Только учти, нет кворума. Тебе бы приехать пораньше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.