Ольга Вешнева – Стальной адмирал и пушистый хвост (СИ) (страница 19)

Я уже было подумал, что спалился. Представил, как в кабинете меня, кроме уполномоченной дамы, еще ожидают конвоиры из галактической тюрьмы. Но все оказалось гораздо проще и безопаснее. Ответственный секретарь приемной комиссии, кудрявая плотная алверийка, всего лишь посетовала на нехватку информационных материалов о моем детстве. Мне пришлось срочно связаться с Альтерро, и риас оперативно прислал видеоролик. Включив приложение трансляции, я увидел не себя маленького, а неизвестного ребенка. С тем мальчиком лет пяти мы были похожи разве что жемчужно-белым окрасом. Одетый в нелепый бледно-голубой костюм с кружевными карманами и неудобными воланами по низу коротких штанишек и на манжетах рукавов шелковой рубашки, он наизусть читал стихотворение. Да я в те годы такими бесполезными глупостями не занимался! Не говоря о том, что все эти шелка и кружева оставил бы на ближайшем заборе.

Я вспомнил, как темным поздним вечером, когда дети из благополучных семей уже сладко спали в уютных кроватках, прибежал домой весь чумазый, в рваном комбинезоне, с мотком колючей проволоки на хвосте, и отец дрожащими с перепоя руками долго пытался выпутать острую проволоку из моего густого меха. И все же… золотое время было… Взлетающие шумной стайкой перед самым носом помоечные птицы, глубокие лужи и такие ароматные, сочные пирожки с мясом, стыренные с лотка у пекаря… А теперь я чувствовал себя дико неуютно среди повсеместной сияющей чистоты. Подсознательно так и хотелось найти хоть маленькую лужу, чтобы окунуть в нее кончик хвоста и почувствовать себя как дома.

Глава 12. Дуэль

Рэй

Жилой отсек был поделен на ячейки, каждая из которых была оборудована неким подобием кухни, крошечной душевой и туалетом. Все остальное богатство было рассчитано на пятерых кадетов, которых отбирали по принципу: вдруг не убьют друг друга. Не успел я подойти к своей койке, как растянулся на полу, сраженный разрядом электрического тока. Зацепил растяжку-невидимку. Поднявшись под оглушительный дружный хохот, я убедился в том, что волосы на голове встали дыбом, а хвост и вовсе напоминал какую-то растопыренную щетку.

Да, не на такой прием я рассчитывал. Думал, все в комнате будут смеяться над Пуршалем, но в итоге смотрел, как круглый принц катается по полу со смеху. Вот ведь предатель! Граф Дарникус, юный карнонийский взрывотехник Кайшо, сын известного своей жестокостью гереонского пирата Жойкер… Кто из них все это подстроил? Думается, первые два или все трое.

– Так… И чья это работа? – грозно заложив уши и сжав кулаки, я замер в почти боевой стойке.

А они на что рассчитывали? Думали, я сразу побегу в душевую приводить себя в порядок? Я им не инфантильный принц, который, как капризная девица, чуть что с ним стрясется, сразу же начинает биться в истерике. И не в таких передрягах бывал.

– Вижу, ты плохо усвоил урок, – язвительно усмехнулся Дарникус, чем выдал свои претензии на лидерство в этой маленькой и слишком тесной ввиду ограниченности пространства компании.

Я подобных амбиций не питал, но и ряды изгоев пополнять не торопился.

– Уроки закончились, а всякие глупости я понимать не намерен. Могу лишь предупредить, чтобы они не повторялись. Иначе кто-то, а может, и все сразу, об этом сильно пожалеют.

– Вы только посмотрите, парни, – развел руками титулованный выскочка. – Облезлая мочалка еще смеет угрожать нам.

– А еще я могу привести свои угрозы в действие. И очень быстро, – я коварно усмехнулся. – Поэтому советую честно сказать, в чем тут у вас проблема? Отчего вам в позднее время спокойно не сидится, как всем нормальным разумным существам?

– Ты и есть наша проблема! – Дарникус выступил вперед, и все в комнате притихли. – Решил, что ты здесь самый умный? Пытаешься выслужиться перед моей принцессой? Привлечь ее внимание? Такие фокусы у нас не пройдут. Впредь сиди спокойно и помалкивай. Не лезь, куда тебя не просят.

– А если полезу, и тебя не спрошу… Я по жизни любопытный. Предпочитаю выбирать неизведанные пути.

– Тогда я буду вынужден пойти на крайние меры для защиты своей принцессы. Лучше запомни мое первое и последнее предупреждение, и даже не смей так на нее смотреть.

– Так – это как? – я усмехнулся, ничуть не боясь прозвучавшей угрозы.

– Словно пытаешься просветить ее насквозь и увидеть без одежды. Я внимательно следил за тобой и видел, как ты пялишься на мою принцессу, – Дарникус указал на меня пальцем.

– Как нам сказали, раса здесь значения не имеет, – напомнил я. – У нас тут все общее, и принцесса Лиссандра тоже одна для всех. Каждый из парней вправе на нее смотреть и даже за ней приударить при желании.

– Нет! Не каждый! – разъярился графский отпрыск. – Законной наследнице престола не нужны жалкие бесполезные полукровки в потомстве. Генетические линии наших с принцессой родов идеально сочетаются. Вот почему именно наши с Лиссандрой дети будут править империей.

– А я думаю, на самом деле принцессе-адмиралу никто из нас не нужен, – с тоской протянул юный взрывотехник, чуть не зевая. – Неважно, кто из нас к какому роду и народу принадлежит. Мы все одинаково ей ничуть не интересны.

– Ты ошибаешься, Кайшо. Это мы еще посмотрим, кто кому понадобится, – злобно проворчал Дарникус и важно развел руками. – Парни, вы только посмотрите на этого наглеца! Он даже не поленился соврать про заботу об отце. Решил разжалобить мою принцессу! Так мы тебе и поверили, мерзкая лимерийская крыса! Я точно знаю, ты в мечтах видишь своего старика на погребальном костре и считаешь причитающееся тебе наследство.

– Нет! Это наглая ложь! – неожиданно для самого себя рявкнул так яростно и оглушительно громко, что аж уши в трубочку свернулись.

Слова богатого недоумка задели меня за живое, как будто бы он оскорбил память моего настоящего отца. Да, пусть тот был не уважаемым в обществе герцогом, а всеми презираемым пьяницей, но все же он был мне очень дорог, как отец. Я любил его и ценил ту скудную заботу, которую он по мере сил и редких прояснений рассудка пытался мне дать.

– Я люблю своего отца, – продолжил говорить тише, но со щемящим чувством. – И никогда бы не посмел даже подумать о нем так, как ты сказал, пустоголовый выскочка. Все понимаю, ты по себе всех судишь. Сам никак не дождешься, когда сможешь сплясать на похоронах своей выжившей из ума бабки, над глупыми выходками которой не только вся ваша родная империя, а уже вся галактика потешается. Но я тебя огорчу. Поговаривают, что старая графиня с ее-то железным здоровьем еще полвека может прокряхтеть, долго ждать придется. Слышал, она пережила полсотни покушений, так что по-быстрому избавиться от нее у тебя тоже вряд ли получится.

– Ты… – надувший щеки Дарникус фыркнул и запыхтел, как мерендейский криворог перед атакой. – Поплатишься на все, что ты только что сказал.

– Как страшно, – я лениво махнул хвостом, шерсть на котором начала самостоятельно приглаживаться без чьего-либо вмешательства. – Судя по твоей реакции, я прав на все сто процентов.

– Все! Ты меня достал, хвостатый урод! – графский отпрыск наставил на меня палец, как прицел бластера. – За оскорбление чести славной династии Ладетонис и лично главы рода графини Шанталь я, Дарникус-дважды младший, следуя правилам дворянской чести, вызываю тебя, Рэйдаргиус Лимари, на дуэль. Причем она состоится немедленно и прямо в этом помещении!

– А может, не надо? – робко возник Пуршаль. – Нас грозили отчислять за всякие там дуэли и прочие потасовки.

Кайшо и Жойкер молча и внимательно смотрели на нас с графом, замерев в ожидании захватывающего представления.

– Молчи, кусок жира, – Дарникус метнул на Пуршаля гневный взгляд, – если не хочешь стать после него следующим на очереди. Смотрите все! Я так надеру этому нахалу хвост, что он потом еще долго сидеть не сможет.

– Давай. Действуй. Жду с нетерпением начала нашей дуэли, – я поманил его обеими руками, смеясь.

Алверийский зазнайка не выдержал. Поддался на провокацию. Хотел ударить меня в лицо, но я оказался проворнее и врезал ему под дых. На том граф не успокоился, мы еще не раз хорошенько вломили друг другу, изрядно вывозились в пыли, которая, подозреваю, в таком редком изобилии сыпалась на пол из густого меха Пуршаля, но все же стычки с уличными бандами не прошли даром, и я уложил соперника на лопатки. Тихо рыча, оскалился на манер Альтерро, и хоть клыки у меня были не так длинны и остры, как у риаса, но тоже вполне годились для использования их в качестве оружия в ближнем бою.

Насладиться моментом победы не дал пиратский сынок. Ухватив обоих, как щенков за загривки, своими здоровенными коричневыми ручищами, Жойкер нас растащил по разным сторонам узкого пространства между койками и громогласно прорычал:

– Рэй! Дарн! А ну быстро успокоились! Живо нашли свои койки и засели там тихо! Я не хочу по вашей вине получать штрафные баллы и в результате вылететь из академии. У моих родителей ужасная репутация в обществе, а у брата и того хуже. Я единственная надежда на то, что наша семья со временем станет считаться в галактическом содружестве достаточно уважаемой и надежной для ведения с ней законных дел. С раннего детства я привык присматривать за старшим братом, чтобы тот никого не убил случайно или умышленно. Поверьте, при таком уникальном и незаменимом опыте, я как-нибудь смогу проследить за поведением четырех придурков и научить их должному послушанию – тому, чего от нас здесь справедливо требуют наставники.