Ольга Вербовая – Фантастика и не только (страница 7)

"Можно без них? Я лучше так. И не закрывайте капсулу, ладно?"

"Хорошо, спи как привыкла. Как у вас говорят: спокойной ночи".

"Спокойной ночи".

Я думала, что засну сразу же, как только окажусь в лежачем положении. Но сон всё не шёл. Видимо, сказалось переутомление. Я уже пожалела, что не попросила лёгкого стимулятора, но беспокоить хозяина теперь было неудобно. Борис, наверное, уже лёг спать. Или, напротив, занят своими отчётами, и сейчас ему не до меня.

В конце концов, устав от бесполезных попыток заснуть, я решила, что стимулятор в виде свежего воздуха мне просто необходим. Я не знала, удастся ли выйти на улицу подышать. В крайнем случае, хоть окошко открою.

Выбравшись из капсулы, я подошла к двери, нажала на кнопку. Створки раздвинулись в сторону.

Борис не спал. Он сидел за компьютером, погружённый в свою работу. Отчёт явно доставлял ему мучения. Может, я бы как-то смогла ему помочь?

"Не знаю, - отозвался Борис, не отрываясь от монитора. - У меня проблема с переводом изображения в звуковые сигналы. У Рината получается лучше. Хочешь - попробуй".

- Что это?! - вырвалось у меня, лишь только я увидела, что происходит на экране.

Мужчина и женщина, обхватив друг друга руками, страстно целовались, сокрытые от посторонних глаз клетчатым пледом.

- Это... Это... - от возмущения я не находила слов.

"Исследование процесса размножения земной фауны".

"Это вмешательство в частную жизнь!"

"Вы тоже вмешиваетесь в частную жизнь. Тигров, носорогов... Вы не спрашиваете их согласия".

"А Вы спрашиваете?"

"Да. Мысленное согласие. Если хозяин разрешает, устанавливаем камеру в его спальне".

"Ладно. Говори, что делать".

Возможно, кто-то меня осудит, сочтёт мой поступок аморальным, но если люди сами разрешили инопланетянам за собой наблюдать... Притом сделали это от души. Может, у них в созвездии Большого Пса и умеют лгать мыслью, но мы, земляне, привычные к скрытости мыслительных процессов, всё-таки думаем что думаем. Утешившись этим, я, не откладывая, взялась за дело.

Ещё будучи школьницей, я посещала уроки игры на скрипке, поэтому особых проблем у меня не возникло. Я озвучивала нежность, страсть, привычную рутину, профессионализм продажной любви. Всё то, что я видела на экране.

"У тебя хорошо получается", - похвалил Борис.

Затем он оставил меня одну, а сам направился в кладовку. Для отчёта ему нужны были ещё и фотографические голограммы, но их он будет делать уже без меня. Я как раз занималась молодой парой (ребятки ещё, похоже, школы не закончили). Несмелые прикосновения, робкие поцелуи, осторожная нежность первой любви. Интересно, знают ли они, что за ними, с согласия матери или отца, наблюдают инопланетяне? И знают ли родители, чем занимается их чадо?.. Похоже, теперь уже да - я увидела, как вошёл немолодой мужчина (наверное, отец). Далее запись прерывалась.

И вот уже другая картина... Дача Карпова, эта ненавистная дача! Я сразу её узнала. Узнала и ту девушку, что лежала на кровати беззащитная, беспомощная. Любая сволочь может её обидеть.

Долго ждать сволочи не пришлось. Зашёл, приблизился к кровати. Когда он повернулся к камере лицом, я с удивлением обнаружила: это не Карпов. Это был Антон. Видимо, зашёл посмотреть, в каком я состоянии, могу ли идти домой? Но я, конечно же, не шевелилась.

Удостоверившись, что я совсем никакая, Антон, к моему удивлению, сорвал с меня одеяло и стал расстёгивать джинсы...

А потом... Я словно завороженная смотрела, как он грубо, безо всяких прелюдий, мной овладевает. Антон! Мой лучший друг! Нет, я, наверное, сошла с ума! Разве может такое быть? Он бы никогда... Никогда...

Я смотрела и не верила своим глазам. Антон меня изнасиловал! Тот самый Антон, который на следующий же день говорил слова утешения. Антон, которому я всецело доверяла. Антон, который был для меня как брат родной...

Мой мир рушился на глазах, разбивался, как стекло, и я не знала, как это обрушение остановить. Хотелось выть, кричать от внутренней боли. Почему? Почему Антон?

Вернувшийся Борис понял всё без слов. Он мне что-то говорил, я рыдала, кричала: "Ненавижу!". Помню, как он отвёл меня в комнату, заставил лечь в капсулу, закрыл, потом нажимал какие-то кнопки. Я думала, что не смогу уснуть даже с самыми сильными стимуляторами. Но сон сморил меня почти сразу.

***

Конечно же, на самом деле Борис и Ринат были вполне обычные люди. И говорили мы нормально - словами. Не было также никаких обломков НЛО - Ринат разбился на своей машине. Первую помощь я ему действительно оказывала, потом нашла кое-как мобильник, позвонила его брату. Тот приехал, отвёз нас на дачу. Ринат был в таком тяжёлом состоянии, что скорую вызывать было уже поздно - пришлось оперировать прямо на даче. Хорошо, Борис по профессии врач-хирург, и инструменты были с собой. Правда, в настоящее время он и его брат работают в лаборатории по изучению проблем полового размножения. Сама не знаю, почему мне приходят в голову какие-то фантастические сюжеты? Вроде ж никогда этой темой не увлекалась. Может, при виде злосчастной видеозаписи мне, что называется, крышу снесло? Я ведь даже не помню, как выглядели Борис и Ринат. Не могу также вспомнить ни одной детали интерьера дачи, равно как и цвета и марки машины. Смутно помню, что пили базиликовый чай, говорили про Достоевского и наполеоновские войны.

Зато я прекрасно помню Антона - лучше, чем хотелось бы. Зачем он меня так жестоко предал? Я ведь так верила в нашу дружбу!

Ещё в институте Антон признался, что я ему нравлюсь. Как женщина. Я ему тогда отказала, предложив остаться друзьями. Казалось, Антон согласился. А он, выходит, всё это время ждал момента затащить меня в постель. Я подозревала, что он, может, не до конца смирился с моим отказом, но ожидать от него такого двуличия!

И вот, оставив дома гостинцы от тёти Веры, я снова отправилась на вокзал и села в электричку. Я ехала на дачу, где несколько лет назад была обесчещена. Я должна поговорить с Олегом, чтобы окончательно расставить все точки.

***

Дача с тех пор мало изменилась. Невольно создавалось ощущение, будто всё это было только вчера.

Олег встретил меня довольно сдержанно. Впрочем, странно было ожидать бурной радости после того, как убежала от него с криком: "Не подходи, урод!".

- Олег, я пришла поговорить с тобой, - не откладывая, я решила перейти сразу к делу.

- Говори. Я слушаю.

- Когда я у тебя была... с Антоном, с Генкой... Антон уезжал?

- В смысле, уезжал?

- Он не оставался на ночь? Пожалуйста, это очень важно.

- Ну, я не знаю, смогу ли я вспомнить. Всё-таки столько времени прошло. А что случилось, Ань?

- Хочу понять, что было на самом деле. Потому что я, кажется, всё не так поняла.

- Ну, хорошо, я попытаюсь. Проходи, не стой на пороге. Хочешь чаю?

- С базиликом? - ляпнула я невпопад.

Олег удивлённо поднял брови.

- Честно сказать, никогда не пробовал. Но могу заварить.

- Да нет, спасибо.

Если бы мне ещё вчера сказали, что я буду сидеть за одним столом с правозащитником, я бы ни за что не поверила. Или плюнула бы три раза через левое плечо и постучала по столу, по дереву, а если бы ничего не подвернулось - по собственной голове. И вот я сижу и пью чай ни с кем-нибудь, а с Карповым, о котором столько лет не хотела даже слышать.

Антон тогда на ночь не оставался.

- Гена уехал, а Антон всё надеялся, что ты придёшь в чувство. Но ты была совсем никакая. Пришлось оставить на даче.

- Значит, Антон уехал позже?

- Да. Как раз была последняя электричка.

- Я думала, они с Генкой уехали вместе.

- Но почему тебя вдруг это заинтересовало?

- Да потому, что меня... Меня в ту ночь изнасиловали.

Я сама не поняла, как такое откровенное признание слетело с моих уст.

Олега эта весть поразила, словно громом. С минуту он сидел, будто каменный, вытаращив на меня и без того большие глаза.

- Ты... Ты это серьёзно? - вымолвил он, обретя, наконец, дар речи.

- Какие уж тут шутки? - отозвалась я.

- Так значит... Теперь мне всё ясно.

- Что тебе ясно?

- Ясно, почему ты утром на меня накинулась. Но я этого не делал. Я вообще терпеть не могу пьяных женщин.

- Я не была пьяной. Мне подсыпали какую-то дрянь.

- Я этого не знал. Почему же ты в милицию не пошла?