Ольга Вечная – Стыдно не будет (страница 8)

– Спасибо… за… кофе, – говорит прерывисто, и я улыбаюсь. – Это было вау, Яна. Просто нет слов. Возможно… – он все еще не может восстановить дыхание, – возможно, таким образом мы и сможем протянуть как-то эти два дня, пока проблема не исчезнет.

Он так серьёзно это произносит, что я прыскаю в ладонь.

– Я старалась.

Не удержавшись, целую его в шею, перебираю волоски на груди. И наконец поднимаю глаза. Мне нравится, как он на меня смотрит, крылья за плечами от таких взглядов расправляются. А то и вырастают, если не было ранее.

– Обед еще в силе? – спрашивает. – Наверное, я не готов прямо сейчас с тобой расстаться. И вообще, ты слишком хороша, чтобы перестать на тебя смотреть. А у меня всего две недели отпуска осталось.

Мы вновь застёгиваем все наши пуговицы – у кого на блузке, у кого на джинсах, некоторое время я поправляю причёску и макияж, он пьёт воду из бутылки.

– Я знаю тут один ресторанчик, куда точно никто не ходит из моих коллег. Слишком дорого. Можно туда. Если ты не против.

Эм, я вовсе не имела в виду, что хожу только в такого рода заведения. Надеюсь, он не воспримет мои слова как набивание себе цены. Или, что ещё хуже, не решит, что теперь меня надо накормить в благодарность. Но, к счастью, он вообще об этом не думает. Все тараканы – в моей голове. В его сейчас – штиль. Ответом мне служит короткий безразличный кивок.

Когда я прохожу мимо него к двери, он ловит мою ладонь и не удерживает, а просто проводит по ней пальцами – это безумно приятно. Как мимолетное объятие. Я чувствую себя совершенно счастливой.

Открываю дверь, надеясь, что коллеги ещё не успели вернуться с перерыва, – так и есть: коридор пустой. Мы с Ромой проходим до лифта, нам почти удаётся удрать, как мой взгляд натыкается на препятствие. Вот блин.

Именно здесь, в фойе, вместе с секретарём за стойкой информации стоит мой босс. Что-то показывает Светлане Юрьевне на мониторе, а услышав приближающиеся шаги, поднимает голову. Цепко осматривает меня, затем идущего следом Романа. При взгляде на Дёмина он хмурится и, кажется, даже прищуривается. Упс.

– Я думал, ты ушла на обед, – говорит мне Владимир Иванович. Лжёт, он так не думал, иначе бы не караулил у выхода. Ну что ж, сама виновата.

– Вот как раз туда мы и направляемся. Знакомься, это мой друг – Роман. Роман, это мой отец и руководитель компании по совместительству – Владимир Иванович.

Роман ничем не выдает шока, лишь слегка вскидывает левую бровь – едва уловимое движение, – протягивает отцу руку. Тот, слава богу, отвечает на рукопожатие.

– Приятно познакомиться, – приветствует его Рома, говоря абсолютно простым тоном. Благо мы отдышались, да и краска с лиц сошла, но этот лихорадочный блеск в глазах… Понятия не имею, что думает отец. Надеюсь, обо мне – только хорошее, хотя бы в основном.

– Взаимно. А, так вы обедать? Куда?

– В «Цезарь», – отвечаю бойко.

– Не против, если я составлю компанию?

Можно подумать, кто-то в состоянии ему отказать.

– Давно не ел их «Царскую» уху, рекомендую, кстати.

– Да мы только рады будем.

Смотрю на Романа, он пожимает плечами:

– Отличная идея, заодно посоветуете, что заказать. Я там буду впервые.

Втроём мы заходим в лифт, и я прикусываю губу, гадая, что принесёт мне следующий час.

Глава 7

В лифте папа украдкой рассматривает Романа. Я немного злюсь, что он срывает моё свидание. С другой стороны, обычно отец очень занят, редко удаётся пересечься в течение дня. Рома в отпуске на целых две недели – успеем ещё побыть вдвоём.

Дальнейшие события выглядят слегка комично и карикатурно из-за общей неловкости трёх малознакомых людей. Отец настаивает на том, чтобы ехать на его машине. Рома садится впереди, я – на заднее сиденье, благо путь занимает минут пять. Чтобы разрядить обстановку, мы обсуждаем несколько рабочих моментов, а потом, когда рассаживаемся в ресторанчике за столом и делаем заказ, папа, наконец, спрашивает то, что его действительно волнует:

– Я заметил, Роман, вы приехали на «Мерседесе» Яны.

      Да уж, заметил он. Донесли!

– Помнишь, я говорила, что у меня замёрзла машина? Вот Рома как раз вызвался помочь: нашёл эвакуатор, проводил её в сервис. Так мы и познакомились.

– Вчера? – приподнимает отец брови. Ромка никак не выдаёт удивления моей ложью или, скажем так, адовой недоговорённостью. Я тяжело вздыхаю. Так дело не пойдёт: папа, должно быть, решил, что я спятила, раз отдала ключи от тачки чуваку, которого знаю от силы пару часов. Да и Дёмин, возможно, будет недоволен преуменьшением своей роли во всей этой истории. Он начинает рассказывать, что у меня там что-то перемёрзло, какие-то трубки лопнули, их названия в одно моё ухо влетают, из другого тут же вылетают.

Папа задаёт вопросы, Роман отвечает, рассказывает про сервис, добавляет, что мне там установили крутой автопрогрев, как у него, который на время морозов следует включать круглосуточно, в том числе на ночь, чтобы ситуация не повторилась. Я понимаю, что нагло втянула его в своё враньё.

– Если уж совсем честно, пап, всё было немного не так, – произношу со вздохом, после того как доедаю салат и ощущаю себя морально готовой. – Только ты маме не говори, ей может плохо стать, не хочу срывать её поездку к тёте Соне.

Отец внимательно на меня смотрит, отложив столовые приборы.

– Мы сильно поругались с Сысоевым, и я выехала домой позавчера утром. Где-то на середине трассы пробила колесо, а потом у меня закончился бензин, – и я вкратце рассказала о том, что в действительности сделал для меня Рома.

Моему отцу семьдесят два, он очень хорошо выглядит для своего возраста, но в такие минуты, когда переживает за меня, вдруг стареет на глазах. Мне ужасно, просто невыносимо стыдно его пугать или разочаровывать. Его лицо вытягивается, морщины становятся резче и словно глубже. Папа неуклюже поднимается, обходит стол по направлению к Роме и тянет руку, тот быстро подскакивает с места, отвечает на рукопожатие.

– Спасибо тебе большое, я не представляю, я даже думать не могу… – начинает отец. Моё сердце обрывается.

– Всё в порядке, я сделал то, что было необходимо, – Рома немного теряется, для него это явно слишком. За обедом разыгралась целая драма. – Вы её не ругайте, я уже провёл воспитательную беседу, – добавляет он, поглядывая в мою сторону.

После моего откровения атмосфера разряжается, отец задаёт Роме пару общих вопросов, затем интересуется, кем Дёмин работает.

– Инструктором по альпинизму, – просто отвечает тот.

– А в какой школе?

– В нашем красноярском клубе, – пожимает плечами. – Я недавно этим занимаюсь, ещё не до конца освоился.

Отец слегка прищуривается, но кивает. Через пятнадцать минут он сообщает, что ему пора выдвигаться в офис, указывает взглядом в сторону выхода.

– Счёт мой, Роман, даже не спорьте, – говорит вновь взволнованно. – Это меньшее, что я могу сделать. Самое главное в моей жизни – это мои дети. Вас подвезти куда-нибудь?

– Нет, я здесь недалеко живу. Спасибо за обед. До встречи, Яна.

– До встречи! Позвонишь, Ром?

– Позвоню.

Глава 8

Вечер приносит с собой тонны новой работы, которую никак нельзя отложить до утра из-за филиалов в более ранних часовых поясах. На рынок выходит сразу два новых товара, стратегия развития практически утверждена, но вот это «практически», конечно, никуда не годится, когда дедлайн поджимает. Дел по горло, лишь изредка отрываюсь от монитора, чтобы сделать несколько звонков, опять же поставщикам, да налить себе стакан воды или сходить за кофе на кухню. Понедельник редко выдаётся спокойным – я уже привыкла и быстро втягиваюсь.

Из офиса выхожу почти последней. Сажусь за руль, но некоторое время не решаюсь завести двигатель. Не могу объяснить точно, что чувствую. Тревогу? Умом понимаю, что я в оживлённом районе миллионного города, в любой момент могу выйти из машины, позвать на помощь – и меня услышат! В руке заряженный телефон со всеми антеннами – звони хоть родителям, хоть в службу спасения. Но сердце колотится. Я кладу ладони на руль, прикрываю глаза и некоторое время просто дышу. Становится невыносимо душно, выключаю печку, чтобы немного остудить мысли. А когда начинаю мёрзнуть, сама не понимая, что делаю, пулей вылетаю на улицу. Нет, так дело не пойдёт, нужно взять себя в руки.

С горем пополам добираюсь до дома родителей: поздно, знаю, но нужно успеть попрощаться с мамой – она уезжает почти на два месяца. Отец сдержал слово и не стал волновать её перед перелётами. Затем без приключений добираюсь до дома и, наконец, позволяю себе расслабиться. Мне не привыкать быть одной в пустой квартире, поэтому чувствую себя вполне комфортно. Ужинаю под сериал и ложусь спать.

Потепление доходит и до нашего города: изматывающий ветер стихает, но зато начинает идти снег. Серыми рыхлыми хлопьями он всю ночь засыпает город, и вид из окна в шесть ноль-ноль – чарующий и пугающий одновременно. Светать ещё не начало, лишь серые холмики вместо машин и качелей в тусклом свете фонарей. Брр, как же не хочется выходить из дома! О весне даже не мечтается, пагубными могут стать мысли о ней в центре Сибири в феврале. Немного завидую маме, ведь она летит греться на солнышке.

Через полчаса раздаётся звонок в дверь.

Путаясь в мыслях, подхожу к двери и смотрю в глазок – Роман Сергеевич собственной персоной. Сама не ожидала, что так сильно обрадуюсь его внезапному визиту. Поспешно отпираю все свои замки.