Ольга Вечная – Содержанка (страница 19)
Деньги заканчиваются. Уже несколько месяцев я не получаю ничего. Спонсоры, ко всему прочему, еще и оштрафовали за порочащую их имидж речь, вычли там что-то, благо Андреева нашла решение.
Несколько равнодушных к природе предложений перед камерой — и всё, ты навсегда изгой для этого толерантного мира.
— Можно продать машину, — предлагаю я.
— Думала уже. Она в кредите, немного выгадаем, но хоть частично покроем взносы. — Мама обводит кухню задумчивым взглядом, будто впервые видит. — Менять квартиру нужно, не тянем мы. Но не готова я распрощаться. Это самое красивое жилье, которое у меня было. Самое-самое. Вроде бы решу уже всё, а потом руки сами тянутся поискать вакансию. Может быть, как-то перетерпим, ужмемся и все-таки выплатим эту ипотеку?!
Мы переглядываемся и улыбаемся — хорошее было время. Мама переехала в Москву, устроилась, доделывала ремонт, покупала мебель. Я приезжала на выходные.
— Так что, Ива, схожу на собеседование, обсудим график. Вдруг получится.
Мама вновь пьет кофе. Она у меня боец, конечно. Очень изменилась, как ушла от отца. В себя поверила.
Или, может, правильнее сказать, стала собой прежней? Похорошела даже. Сергей вот нашелся. Почему бы и нет: я была в спорте, мама жила одна. Молодая, красивая женщина. У нас одинаковые форма губ и разрез глаз. Длинные темные волосы. Сколько сотен раз мама ждала меня с тренировки! Возила в школу олимпийского резерва. Во всем себе отказывала, чтобы отправлять на соревнования.
Она так плакала, когда меня хвалили. От радости.
— Мамуль, — говорю бодро. Пульс ускоряется, не очень комфортно обсуждать с ней эту тему, но… Куда уже деваться? — Ты пока повремени с собеседованиями. Возможно, нам помогут с ипотекой.
— Кто поможет? — заинтересовывается она.
— Кажется… у меня появился поклонник.
Глава 15
— Ладно, мам, посмотрим, — произношу быстро. — Мне нужно в клинику собираться.
— Еще рано. И мы не договорили.
Я захожу в комнату, мама по пятам. Да господи! Открываю створки шкафа, перекладываю шорты с полки на полку, выбирая. Джинсовые или велосипедки?
— Ты же сама говорила найти парня! Увлечься кем-то, — бормочу под нос. — А тут, оказывается, резко против! Так что мне делать? Я путаюсь.
— Найти парня и увлечься им, а не просить у него денег.
Жесть.
— Он просто ухаживает!
— Ухаживать — это угостить кофе, а не гасить ипотеку! Ива, что он о тебе думать будет? Какое отношение к девушкам, которые продают себя?
— Да я не продавала! — всплескиваю руками. — Он сам оплатил лечение, сам предлагает постоянно! — Мурашки бегут по коже, кусаются. — Для него это не проблема! Он даже не заметит эти суммы. Ну что мне, отказываться?
— Конечно. — Мама демонстративно медленно вздыхает, чем еще сильнее выводит. Потом присаживается на диванчик и просит присоединиться. — Давай поговорим.
Я закатываю глаза, повинуюсь. Мама берет за руки, взгляд ловит.
— Доченька. Доча.
Качаю головой и отворачиваюсь.
— Он мне нравится. Правда. Симпатичный, с ним интересно. И… он ко мне внимателен. Очень. Лилии были от него. Я не чувствую себя ущемленной рядом с ним. И вообще… меня с ним Андреева познакомила! Она бы не отдала меня кому попало!
Говорю эти слова, а у самой протест внутренний. Отторжение скручивает нутро, аж дурно. В душе я полностью согласна с мамой. Просто так не хочется, чтобы она шла на еще одну работу! Это ужасно несправедливо. Мы всё поставили на спорт и просчитались.
— Если он тебе нравится, Ива, то конечно, попробуйте, — произносит мама чуть мягче. — Но деньги пока не бери. Присмотрись. Никто просто так не даст красивой девушке миллионы. Девочка моя, — она улыбается. — Ты не представляешь, как я хочу уберечь тебя.
Опускаю глаза. Продолжаю зачем-то упираться, неясно кого уговаривая, маму или себя:
— Мужчины ведь содержат своих девушек. Просто так. Без условий. У Андреевой муж сама знаешь кто.
— Содержат жен или будущих жен. Но тогда в паре идет сильный взаимообмен энергиями. Мужчина получает уважение, поддержку. Ощущение бесконечной веры в него. И самое главное — бескорыстие. Андреева с мужем с института, она выбрала простого студента, если мне не изменяет память. Которого потом еще и отчислили. Даже в таких союзах возможен разлад, а что говорить, если отношения начинаются с корысти: дескать, он должен меня обеспечивать, а я фея! Ни к чему хорошему такое не приведет. Мужики не дураки, они чувствуют, когда их кошелек интереснее, чем они сами. И относятся соответствующе. Тебе только двадцать один.
Киваю. У мамы свой печальный опыт, их с папой союз не спасли ни поддержка, ни вера. Отец активно пользовался тем, что нас обеспечивает.
— Да, ты права. Я скажу ему, что не нужно денег. Просто… он предлагал, а я хотела помочь тебе. Дурацкая была идея.
Мы недолго молчим.
— Так. Я уже опаздываю на собеседование, но вечером ты мне все о нем расскажешь. Идет?
— Конечно.
Мама уходит собираться, а я подтягиваю колени к груди и смотрю в пол. Морозит.
После хлопка входной двери отправляюсь в ванную. Набираю воду, аккуратно укладываюсь и закрываю глаза. Говорят, горячая вода может заменить тепло человеческого тела. Мы ведь, как и все живое, частично состоим из воды. Может, поэтому так любим нежиться в кипятке?
Смотрю на раскрасневшееся колено, бороздки на подушечках пальцев. Кожа прогревается. Меня будто обнимают.
Закрываю глаза.
Будто Раф обнимает. Как прошлой ночью. Какой же он горячий…
Запрокидываю голову и замираю. Чувствую.
Не знаю, что делать. Просто не знаю! После разговора с мамой вновь не по себе. Нам с Рафом, наверное, поговорить бы. Рафа… звучит как имя для теплого плюшевого медведя, которого обалденно обнимать в кровати.
Кожу покалывает, и пульс сам собой учащается. Мы валялись в постели почти до полуночи. Алекс дремал, я смотрела ролики в телефоне. Потом он сходил в душ, оделся и сел в гостиной за комп. Я повалялась еще немного и пришла к нему. Сидела на диване под одеялом, слушала, как разговаривает с коллегами. И была довольна происходящим.
Но мама верно сказала: мужчина не будет уважать женщину, которая к нему не искренне. Покупают только вещи. Раф капец какой умный, а я учусь в физкультурном университете сама не знаю на кого. Персона нон грата со слабыми костями и смазливым лицом. Полгода назад мы были бы на равных — сейчас я уязвима.
«Рафа, привет! Может быть, увидимся сегодня?»
Подумав, добавляю:
«Где-нибудь в кафе».
Вспоминаю его смех, сама улыбаюсь и печатаю на кураже: «А то если мы встречаемся дома, сразу начинаем заниматься любовью!»
Эм. Стираю слово «любовь» и меняю его на «секс». Перечитываю. Мешкаю. Что-то не то. Еще «трахаться» ему напиши, ага!
Вновь печатаю «любовью». Затем вовсе удаляю эту дурацкую строчку. Заменяю ее на: «Если ты не спишь, конечно. Можно вечером».
Раф отвечает примерно через час:
«Привет, только проснулся. Заберу тебя из клиники, напиши во ск. Я бы где-нибудь поел. Есть идеи?»
Улыбаюсь — отличное начало! Мы пообедаем в каком-нибудь красивом местечке, поболтаем. Станем еще немного ближе. Или дальше. Скажу ему про деньги и сомнения. Буду искренней, а там как сложится.
Всю дорогу я выбираю для нас уютное кафе, читаю отзывы. Бронирую столик.
Вот только после клиники никто не встречает. Отправляю сообщение «Я всё». В ответ — тишина.
Я довольно сильно устала на процедурах, но терплю. Покорно стою на улице.
Не хочется показаться навязчивой — звоню лишь через полчаса ожидания. Пора в университет ехать, могу опоздать. Мой медведь не берет трубку.
Спит или занят. Сообщить об изменившихся планах минутки не нашлось. Наверное, это стандартная ситуация в денежных отношениях.
В метро спускаться тяжеловато, и я иду на остановку. Еду в автобусе полтора часа. От Равского по-прежнему ничего. Начинаю немного злиться. Зачем было обещать, если все равно не выполнишь? Может,
Как он там говорил? У него дела, а я просто всегда должна быть готовой?
В университет прихожу слишком рано, занимаю первую парту. Всё проверяю, не написал ли. Во время лекции на экран поглядываю. Неспокойно мне. Тревога не отпускает.
Подвешенное состояние давит на нервы. Не сломай я ногу — о нем бы даже не вспоминала.
Вот-вот должна начаться вторая лекция. Сводит с ума колоссальное разочарование. Зачем-то вновь гуглю имя и фамилию, а потом замираю с телефоном.