Ольга Валентеева – Зов пустоты (страница 62)

— Ты представляешь? — повторил раз десятый. — И этот худосочный мне говорит: «Прости, Филипп, но тебе рановато. А раз ты настаиваешь, я проконсультируюсь с начальством и твоим куратором. Им виднее, достаточно ли у тебя сил. Не хотелось бы нанести тебе непоправимый вред».

— Джолис всегда был напыщенным индюком, — кивнула Лиз. — Но тебе повезло, маг он не из самых сильных. И не дружит с заклинаниями защиты. Куратор их набора сам говорил, что Джолису стоит вернуться на ступень ниже и заново пройти курс. Знаешь, сколько он уже в «Черной звезде»?

— Сколько? — Я сел рядом с Лиз.

— Три года. Год на ступень — и ему советуют вернуться. Понимаешь? И при этом один бой за ступень он уже проиграл. Тем не менее будь осторожен.

— Хорошо.

Я откинулся на одеяло и уставился в потолок. Очередной утомительный день подошел к концу. Но главное, что там, на третьей ступени, меня ждала зеркальная магия, если вдруг сумею попасть в группу избранных. Лиз раззадорила мое любопытство.

— О чем ты думаешь? — легко и беззаботно спросила она.

— О зеркалах, — ответил я. — Именно через зеркало убили магистра Таймуса.

— Да? Я не знала.

Лиз легла рядом и теперь смотрела на меня, приподнявшись на локте.

— Разве твой брат владеет зеркальной магией? — поинтересовалась она.

— А ею может владеть светлый маг?

— Не слышала о таком. Тогда как…

Я поморщился, Лиз тут же заметила и замолчала.

— Прости, Фил. Я понимаю, тебе неприятно об этом говорить. Но у меня и правда многовато вопросов, на которые некому ответить.

— Давай не сейчас, хорошо?

Лиз смирилась, отступила. Вместо этого стала рассказывать, какие заклинания я мог бы использовать против Джолиса.

— И защита. Главное — защита, — твердила она.

— Да помню я, помню. Лишь бы кураторы разрешили.

— А они разрешат. Профессора любят щелкать по носу таких самонадеянных курсантов, как ты.

И Лиз звонко рассмеялась. Я привлек ее к себе и поцеловал. Мне хотелось касаться ее каждую минуту, и если бы не проклятые правила гимназии, мы бы вообще не расставались. Но правила были, и на людях мы вели себя как хорошие приятели, которые временно работали вместе, теперь разошлись, однако продолжают поддерживать приятельские отношения. Звучало смешно, смешным и казалось.

— Ты победишь его! — уверенно сказала Лиз. — Я верю.

Я тоже верил и хотел победить. Мы расстались далеко за полночь. Тихонько проникли в общежитие и разбрелись по своим этажам. Я чуть слышно приоткрыл дверь комнаты и скользнул внутрь. Нащупал на столике капли, проглотил горькое лекарство.

— Явился? — зажегся светильник Роберта.

— Разбудил? Извини. — Я завозился, раздеваясь.

— Слушай, Вейран, нашел себе барышню, так хоть сияй поменьше. Людям же завидно.

У меня, наверное, покраснели даже уши. Неужели так заметно? Хотя как иначе объяснить, что я уже третью ночь прихожу так поздно?

— Не бойся, я пока что молчу, — усмехнулся Роберт. — Пока ты не создаешь проблем. А как только начнешь, отправишься за пределы гимназии.

Вот это привычный Роберт Гейлен, с которым я умел разговаривать.

— Мне за пределы нельзя, — ответил спокойно, ложась в постель.

— Опасно?

— Не то чтобы… Скорее, нежелательно. Врагов хватает.

— Тут их у тебя не меньше.

— Думаешь?

Роберт молчал, а я ждал ответа.

— Уверен, — наконец сказал он. — Я сегодня случайно оказался в кабинете директора. Начудил слегка на индивидуальной тренировке с наставником. И к нему приходил странный такой парнишка, «тайная служба» у него на лбу написано. Угадай, о ком он спрашивал?

Я насторожился. Неужели?

— А ты что, подслушивал?

— Нет, — ответил Роб. — И подслушивать не пришлось. Директор, видимо, ему тут же обозначил маршрут до выхода, а я мялся у окна. Парень подошел ко мне, описал тебя и спросил, не видел ли похожего.

— И что ты ответил? — Я ощутимо напрягся.

— Что у нас вся гимназия подходит под описание. Поголовно темные маги, темноволосые, часть — зеленоглазые, и весь первый, да еще и часть второго курса — шестнадцати лет, я у всех возраст не спрашивал. Зачем ты им, Вейран?

Сказать? Не сказать? А ведь меня продолжают искать. Почему? Анри ведь уже в пустоте, у тайной службы не осталось ко мне вопросов.

— Не знаю, — ответил я, поняв, что молчание затянулось. — Думаю, из-за брата. Боятся, что от меня будут проблемы.

— От тебя? — Роберт рассмеялся, но смех его звучал фальшиво. — Да ты шутишь! Слишком мелковат для проблем. Да и потом, какое отношение ты имеешь к проблемам брата? Или ты уже в шестнадцать лет встал на преступную стезю, признавайся?

— Знал бы, кому я так мешаю, — встал бы, — признался искренне. — Но мне ничего не известно.

Роберт замолчал, думая о чем-то своем.

— Я бросил вызов своему новому наставнику, — сказал ему зачем-то.

— Правильно, — кивнул Гейлен. — Я тоже собираюсь. И как Синтер? Одобрил?

— Не знаю, но подозреваю, что Джолис к нему и не ходил. Боится потерять место на третьей ступени.

— Так сходи сам.

— Схожу, если дело не сдвинется с мертвой точки.

Светильники погасли. Я думал о том, кому могло понадобиться искать меня, а главное — зачем. Неужели и правда из-за Анри? Но он-то в пустоте. Приговор вынесен и приведен в исполнение. Кому я так мешаю жить?

Из-за нахлынувших мыслей проворочался до утра, а уже ближе к рассвету мне приснился странный сон. Не кошмар, нет. Капли блокировали все возможные кошмары. Там, во сне, передо мной стоял человек в черном балахоне. Я не видел его лица, но ощущал силу, и эта сила мне не нравилась.

— Так вот ты какой, последний Вейран, — заговорил незнакомец. — Мой будущий убийца. А я-то думал…

— Кто вы? Что вам нужно? — спрашивал я.

— Просто знай, что я приду за тобой. Легче обстричь усы тигренку, чем взрослому тигру. Не находишь?

Я открыл глаза. За окном светало. Роберт уже проснулся и зубрил заклинание, заданное накануне Синтером. Я встал и поплелся умываться, но сон не шел из головы. Странный сон…

Потянулся привычный учебный день. После второй пары я отыскал Джолиса, который уплетал обед в столовой.

— Ты узнавал насчет поединка? — спросил я.

Джолис, унылый высоченный парень, отрицательно качнул головой.

— Некогда было, — сказал он.

— Тогда я узнаю сам.

— Что, не терпится истратить попытку? — приподнял он брови. — Гляди, с каждым разом все сложнее будет.

— Я знаю, что делаю.

— Ну да, ну да. Видали мы таких самонадеянных. Иди, не порть мне аппетит.