Ольга Валентеева – Зеркальный страж (страница 50)
— Не отключайся! — требовал Анри. — Еще немного, потерпи. Фил, помоги мне.
А я уже не видел их. Тени вернулись, только теперь молчаливо стояли вокруг кровати. Я видел мертвых, не живых, и они пришли за мной. Впереди всех стояла светловолосая женщина в бледно-розовом платье.
— Идем со мной, дитя мое, — звала она, протягивая руку.
— Мама, — шептал я. — Мамочка.
— Да, мой хороший, я здесь, рядом. Идем.
Но вдруг тени начали таять. Нет, не надо! Дернулся вперед, протянул руку, которая вдруг обрела способность двигаться.
— Мамочка! — звал уходящую тень. — Мама, пожалуйста.
— Тише, — услышал вдруг женский голос, слишком реальный для мира теней, и теплая ладонь сжала мою руку. — Тише, мальчик мой, я здесь.
Пальцы осторожно коснулись лба, убрали волосы с лица.
— Потерпи еще немного, — уговаривала женщина. — Все будет хорошо, вот увидишь. Потерпи, котенок. Больно, я знаю. Но это пройдет.
И она гладила меня по голове. Я закрыл глаза, растворившись в нереальном чувстве.
— Все, раны закрыл, — как сквозь пелену услышал голос Анри. — Изнутри тоже подлечил, но восстанавливаться он будет долго. Сейчас наложу целительский покров, пусть поспит немного.
— Нет!
Я снова дернулся. Показалось, что если усну, то умру.
— Тише, — снова коснулась лба теплая ладонь. — Тебе надо отдохнуть, Андре. И все наладится, вот увидишь.
А затем пришел яркий свет — видимо, Анри закончил плести заклинание полога. И я уснул.
ГЛАВА 32
Я проснулась около полудня. События минувшего дня вспоминались урывками. Как я вообще уснула в таком состоянии? Затем вспомнила, что вроде бы вернулась домой с Филиппом, братом Андре. Может, он помог?
От одной мысли об Андре стало больно дышать. Будто кто-то ввинтил в сердце нож и проворачивал раз за разом. Сейчас я ненавидела его! Ненавидела до боли за то, как он со мной поступил. И не могла перестать любить. Вот только за эти дни я узнала Андре слишком хорошо, чтобы понять: он не простит меня. Даже если расскажу все, как было, с самого начала. Андре Вейран — из тех, кому значение слова «прощение» неизвестно в принципе.
Поэтому я просто сидела на диване и смотрела в пустоту. Что сейчас делает Андре? О чем он думает? Наверное, проклинает меня на все лады. А что делать мне самой? Вариантов было не так много. Первый — забиться в дальний угол и рыдать над своей несчастной судьбой. Второй — сделать все, что могу, чтобы затея Денни не увенчалась успехом. Потому что успех Денни будет означать гибель для Андре.
Возможно, я бы так и сидела, жалея себя и прокручивая в памяти события минувшей ночи, если бы в двери не постучали.
«Андре», — взметнулась глупая надежда, но рассудок говорил, что надеяться не на что и за дверью — совсем не тот, кого мне хотелось бы видеть. Поэтому я медленно поднялась, будто за эту ночь прибавила лет пятьдесят, и потащилась к двери. Выглянула из окошка — и прекрасно узнала гостя.
— Здравствуй, Денни, — открыла дверь.
— Здравствуй, Надин, — бодро ответил человек, которого я больше не желала видеть. — Пустишь?
— Входи.
Сама отошла в сторону. Нам надо было поговорить. Расставить новые точки. И понять, куда двигаться дальше. Денни, ни о чем не спрашивая, прошел в комнату и сел на тот диван, с которого я только что поднялась. Он смотрел на меня с любопытством, словно ждал, когда начну разговор. Но мне не хотелось этого делать. Наоборот, внутри медленно разрасталась пустота.
— Ты вернулась домой, — произнес Денни.
— Да, как видишь, — ответила я. — Андре в своих зеркалах увидел, как ты целуешь меня.
— Андре больше не проблема.
— Что ты имеешь в виду? — Сердце глухо ухнуло.
— Лишь то, что в данную минуту он, скорее всего, мертв. Или при смерти, так как туманный колокол не звонил. В любом случае мы не услышим о великом магистре пустоты, который и месяца не продержался на посту. Оказалось, что он — слабак.
Хотелось заставить Денни замолчать, заткнуться, но ведь туманный действительно не звонил. Значит, магистр жив! И есть шанс…
— Но мы смогли снять лишь печати, установленные им лично, — продолжал Денни. — А имена оставшихся помощников Андре так и не назвал. Зря, кстати. Я и так знаю, кто это мог быть — оставшиеся магистры. Нужно выяснить лишь личность четвертого мага, который и ставил основные печати. Собственно, я пришел затем, чтобы узнать: ты все еще с нами, Надин? По-прежнему ли ты хочешь уничтожить Пустоту?
— Мне надо подумать, — ответила тихо. — Ты сам понимаешь, наше прощание с Андре не было мирным, и сейчас я просто хочу побыть одна. Пожалуйста, дай мне время.
— Хорошо. — Денни поднялся с дивана. — Как только примешь решение, приходи. Я буду ждать тебя, дорогая.
Он потянулся ко мне, чтобы поцеловать, но я отступила на шаг назад.
— Денни, не сейчас.
— Как скажешь, дорогая, как скажешь, — усмехнулся он, провел рукой по щеке и пошел прочь.
Я даже провожать его не стала. Только упала на диван и обхватила голову руками. Что с Андре? Раз Денни не знает точно, значит, в башне его нет, удалось уйти. Где искать? Кого спрашивать? На ум приходил один Филипп. Потерять остатки гордости и пойти домой к графу Вейрану? Андре ведь не ладит с отцом, он не может быть там, но если кто-то и знает о нем, то только его семья. Я умирала от ужаса и боли, но не видела другого выхода, поэтому быстро переоделась и поспешила из дома.
Где живет граф Виктор Вейран и его семья, имела достаточно смутное представление. Денни как-то показывал мне — перед тем, как отправить в башню к Андре. Но большой красивый особняк узнала сразу. Замерла перед воротами, глубоко вдохнула и постучала. Когда появился слуга, спросила:
— Могу я видеть месье Филиппа Вейрана?
— Увы, сегодня никого не принимают, — ответил слуга. — Назовите свое имя или оставьте записку, и я передам ее.
— Скажите… Скажите, что приходила Надин, он поймет. И я очень прошу его связаться со мной, это крайне важно.
— Хорошо, мадемуазель, — поклонился слуга. — Я передам.
Но раньше, чем успела уйти, Филипп появился на пороге дома.
— Пропусти ее, Жозеф, — приказал слуге.
Я едва заставила себя идти медленно. Это — приличный дом, и бросаться к Филиппу не стоит, не так поймут. А сам Фил проводил меня в небольшую гостиную.
— Присаживайся, — сказал утомленно и потер виски. Это я благодаря ему выспалась, а вот сам он — не очень.
— Прости, что побеспокоила, — проговорила скороговоркой, стараясь хоть что-то объяснить. — Но ко мне приходил Денни, и он сказал…
— Денни? — Глаза Филиппа опасно сверкнули, и с него будто слетела вся усталость. — Если тебя послал он…
— Нет, нет, — кинулась к юноше, сжала его руки. — Я сама пришла, Денни не знает и не узнает. Он сказал, что Андре… при смерти.
— Это правда. — Филипп ответил с прохладцей.
— Что? Где он? Как? Фил, пожалуйста, не молчи, иначе я с ума сойду!
По щекам покатились слезы. Я не вытирала их — и пусть, пусть льются. Лишь бы получить ответ.
— Он здесь, — сказал Фил тихо. — Состояние тяжелое, но шанс есть. Думаю, выкарабкается, правда, нескоро.
Я громко всхлипнула, зажала рот руками и села, стараясь хоть немного успокоиться. Не прощу! Никогда не прощу Денни того, что он сделал. Будь он проклят!
— Надин, если ты действительно ни при чем и хочешь помочь Андре, расскажи все, что тебе известно, — попросил Филипп. — Потому что у меня есть только догадки.
— Хорошо, — ответила ему. — Только у меня будет условие. Я расскажу тебе все от начала до конца, если ты пустишь меня к Андре хотя бы на минуту. Пожалуйста, умоляю!
Вся моя вчерашняя обида вдруг показалась глупой, пустой. Нельзя было уходить! Нельзя оставлять одного. Я ведь видела, чего добивается Денни. Был яд, так что могло помешать ему попытаться снова? Только я.
— Договорились, — решился Фил. — Одна минута.
Я собралась с духом. Что ж, вот и сделан окончательный выбор.
— Мы познакомились с Денни еще в детстве, — начала свой рассказ. — Он воспитывался при светлом магистрате, а мой отец служил в темном, но это не помешало нам подружиться. А когда родителей не стало, он часто приходил к нам с Крисом. Правда, брат его никогда не любил и терпел только потому, что с Денни дружила я. Когда же и Крис очутился в пустоте, Денни взял на себя заботу обо мне. И я… поверила ему. Влюбилась. Хотя он мне нравился еще с детства. Поэтому и согласилась пойти к Андре. Денни говорил, что Пустоту можно уничтожить, а я считала, что из-за этой силы погиб мой брат. Андре уже потом пояснил мне, что все не так и Крис до сих пор в пустоте. Теперь я понимаю, что на самом деле Денни вряд ли хочет уничтожить Пустоту. Скорее уж, обрести ее силу. Денни хорошо управляется с разного рода зельями, но он всегда хотел большего, чтобы весь мир признал его.
— Где он сейчас находится? — спросил Филипп.
— Я не скажу, прости. С Денни я буду разбираться сама.