Ольга Валентеева – Великая ночь (страница 62)
И все мы понимали, кто им станет. Джефри давно к этому шел, его все поддержат.
– Сейчас надо организовать помощь для пострадавших, – продолжал он. – Понять, какими ресурсами обладает Тассет, организовать разборы завалов, разместить тех, кто остался без жилья. Одним словом, работы хватает. Но главное то, что битва позади. Да, погибших много. Раненых еще больше. Однако мы победили, и в наших силах сделать так, чтобы Тассет никогда не стал прежним.
Я верил, что Джеф прав. Что действительно никогда больше в Тассете не будет твориться произвол. Но мы отвоевали столицу. Сдадутся ли другие города? Нет, эта битва не последняя. Хотя тут действительно многое зависит от Рандсмара, Эвассона и Тианеста. С тремя соседними странами вряд ли кто-то рискнет связываться. Что ж, время покажет. Только время.
А Джефри пригласил в зал наших соратников по борьбе. Сразу стало тесно. Лонда крепче сжала мою руку. Она уже немного успокоилась, но в глазах все еще блестели слезы. Наконец все разместились и начались обсуждения. Как я и ожидал, главой Тассета избрали Джефри. Пока никто и не рвался на эту должность. Что будет потом – сложно сказать. Джеф раздавал распоряжения по обеспечению порядка в городе, помощи пострадавшим. Совещание затянулось почти до самого утра, и разошлись мы измотанные. Хотелось только одного – лечь и уснуть. А небо так и оставалось темным.
Мы с Лондой поехали к ней домой. Там оказалось тихо и пусто. Ни следа ее отца или его ай-тере. Отдохну немного, и надо навестить Джейка. И позаботиться о Лео… Закрытые двери его комнаты вызвали дрожь. Лонда опять расплакалась, я обнял ее за плечи и отвел в ее комнату. Мы забрались на кровать, она прижалась ко мне, обвила шею руками и затихла, а я гладил ее по голове, как маленькую девочку, и шептал слова утешения – глупые, бессвязные.
– Я не верю, – ответила она, стараясь вытереть слезы. – Не верю, что Лео нет. Почему все так, Тед?
– В эту ночь мог погибнуть любой из нас, – тихо ответил я. – Мы пока не знаем точных масштабов того, что случилось в городе, понимаешь? И…
Я замолчал. Кого еще мы недосчитаемся? Выживет ли Дик? Что будет с нами дальше? Будущее страшило. Моя сила, которая внезапно выросла, тоже пугала. Что делать?
Лонда сжала мою ладонь.
– Тебе надо отдохнуть, – тихо сказала она.
– Тебе тоже.
– Да…
Лонда закрыла глаза. Я смотрел на тени от ее пушистых ресниц и думал, что не зря попал в этот дом. Наклонился и коснулся губами ее век.
– Тед? – Она тут же открыла глаза.
– Прости…
– Нет, что ты. Все в порядке. И…
Она подняла лицо, и наши губы встретились. Я целовал Лонду – неловко, несмело. Увы, похвастаться особым опытом с девчонками не мог. Опытом отношений, а не издевательств со стороны иль-тере… Поэтому совсем не знал, как себя вести. Только покрывал поцелуями бледное лицо Лонды, крепче прижимая ее к себе.
– Ты ведь не оставишь меня? – спросила она с затаенным страхом.
– Никогда, – ответил я. – Пока жив.
– Тогда постарайся жить как можно дольше. – Лонда с грустью улыбнулась. – И пообещай, что, когда все успокоится, мы навестим Дею. Очень хочу увидеть Эвассон.
– Обязательно.
Я тоже хотел увидеться с подругой. Рассказать о нашем неожиданном родстве. Обо всем, что свалилось на голову. Поэтому да, мы поедем в Эвассон, как только буду уверен, что Тассет перестало штормить. А пока Лонда уснула, пригревшись в моих объятиях, и сам я вскоре задремал.
Утром же, до того как поехать на временную штаб-квартиру, наведался в особняк эо Фейтер. К счастью, дым немного рассеялся, и диски Инга и Форро было видно сквозь мглу. В особянке обосновался Макс – тут размещали тех, кому требовалась помощь, потому что в больницах больше не было места. Анна помогала ему. Заметила меня, улыбнулась и поспешила навстречу.
– Доброе утро, мальчик мой.
Потянулась обнять, но не решилась.
– Доброе утро, – ответил я. – Уделишь мне пару минут?
– Конечно.
Анна увлекла меня в свою комнату. Здесь было просто и тихо. Ничего лишнего. Ничего, что выдавало бы любовь к роскоши или чему-то подобному.
– Присаживайся. – Анна указала на кресло. – Рассказывай. Какие новости?
– Новостей много, – ответил я. – Но пришел не за тем. Я… долго думал. И хочу сказать… давай попробуем. Хотя бы узнать друг друга получше. Все-таки ты моя мать. Не обещаю, что вдруг стану любящим сыном – не стану, но моя жизнь настолько зыбкая…
Анна не дала мне договорить. Она вдруг расплакалась и прижала меня к себе.
– Мальчик мой, – шептала, обнимая. – Мой малыш.
Я отвернулся, чтобы не увидела слез. Думал, давно разучился плакать. Оказалось, что нет. И сейчас лил слезы, как мальчишка, поражаясь сам себе.
– Мне пора, – сказал поспешно. – Много дел. Но я приду. Потом.
И сбежал. Слишком много эмоций, и понадобится время, чтобы упорядочить их, разобраться. Но главный шаг я сделал. И, может быть, самый важный за всю мою жизнь.
Глава 38
– Вот появился дракон на один миг и сразу украл себе всю славу, – сказал я с улыбкой.
Мы разместились в особняке эо Тайренов – теперь свободном от всякого присутствия отца. Я, Лалли, Эжен, Ари и Нэйт. Ближний круг – ближе у меня не было и не будет. И мой внутренний лев был доволен. Как и я.
– Сказал бы, что тебе не нужно помогать, – усмехнулся Нэйт. – Я бы и не вмешивался.
– Да ладно, мне не жалко, – отмахнулся я. – Эжен, Ариэтт, какие планы? Вернетесь в Эвассон?
– Нет, – удивил меня Эжен. – Срок моего посольства не истек. Я разговаривал с Джефри час назад, он просит нас остаться и по-прежнему представлять Эвассон здесь, в Тассете, хотя бы ближайшие полгода.
– Дея расстроится, – хмыкнул Нэйт. – Представляю, что будет, когда приедет Винс. А то ей там совсем одиноко без нас, наверное.
– Он благополучно добрался до границы? – спросила Лалли.
– Да, и он, и Мик. Попытались напасть по дороге, конечно, но с Винсом сложно совладать, да и он был наготове. Пообломали зубы. Так что Дея ждет гостей, а я вот вылетел сюда. У меня даже вещей с собой нет, едут с эвассонцами.
– Спасибо, что прилетел, – улыбнулась Ари, пожимая руку Нэйта. – Нам тебя не хватало, братишка. Ты надолго?
– Пока здесь все немного не утихнет, – ответил брат. – Хочу убедиться, что вам ничего не угрожает, а потом вернусь к Дее.
– Не думаете переехать обратно в Тассет? – спросил я.
– Пока не знаю. Посмотрим, что получится у Джефри. Родится малышка, тогда и думать будем.
– Кстати, у меня для вас новости, – вспомнил я. – Мы с Лалли решили пожениться.
Лаура покраснела. И ничего, что официально я предложения пока не сделал – мы все равно поженимся. Зачем откладывать?
– И у нас будет малыш, – добавил, пока будущая супруга не прибила меня на месте.
– Стефан! – зарычала она, напоминая львицу, – лев тоже довольно уркнул. Кстати, похоже, выжила только львиная сторона моей магии.
– Что, дорогая? – спросил я, целуя ее в щеку. – Не стесняйся, здесь все свои.
– Вот останемся мы с тобой наедине… – пробормотала Лалли.
– Обязательно останемся! – заверил ее.
А Нэйтон и Ариэтт смотрели на меня так, словно перед ними заморское чудище. И только Эжен посмеивался. Он, видимо, другого и не ожидал.
– Отлично! – Ари хлопнула в ладоши. – Надеюсь, у вас будет мальчик. У Нэйта с Деей ведь девочка. И как разорваться на две страны? Я хочу видеть обоих своих племянников!
– Смотри, а то мы с Нэйтом будем молиться Ингу, чтобы у тебя родилась двойня, – пообещал я, и сестренка сравнялась цветом щек с Лалли, которая толкнула меня локотком в бок.
Дальше Ари и Эжен устроили допрос Нэйту: как Дея, как родители Эжена, Дилан и его дети. А мы с Лалли сослались на усталость и потихоньку сбежали. Я до сих пор не верил, что все закончилось. Что главная битва позади. Впереди вряд ли будет легче, конечно, но для меня эта ночь изменила многое, если не сказать – все. Мой мир прежним уже не станет, как не станет прежним Тассет. Мы с Лалли сидели на небольшой застекленной лоджии на втором этаже. Здесь когда-то были комнаты Фионы. Окна не открывали, потому что сильно тянуло гарью, и просто наслаждались объятиями друг друга.
– Люблю тебя, – шептал я на ухо Лауре.
– И я тебя, – отвечала она, прижавшись ко мне. – Кажется, что я сплю. Мне было так страшно! Что ты будешь против нашего малыша.
– Глупая, – сказал я, коснувшись ушка поцелуем. – Меньше меня слушай, я тебе и не такого наговорю.
– Даже не сомневаюсь. – Она покачала головой. – С тобой не соскучишься.
С нею тоже. Но об этом я промолчал. Вдруг в двери постучали. Интересно, кто? Домашние заметили, что я сбежал? Потому что в доме, кроме брата с сестрой и Эжена, никого не было.