Ольга Валентеева – Последняя песня упавшей звезды (страница 43)

Конечно, перечить никто не стал. Тильда спрашивала себя, придет ли Артур. Если придет, то почему медлит? Если нет, почему не отправил Оливию обратно с отрицательным ответом? Тильда подскочила со скамейки, прошлась из угла в угол, снова села и закрыла лицо руками. Как утомительно ждать! Особенно когда не знаешь, дождешься ли.

Но вот на дорожке зашуршал гравий. Кто-то приближался…

– Ваше величество!

Оливия первой шмыгнула в беседку и шепнула королеве:

– Я привела его.

– Благодарю, – так же тихо ответила Тильда. – Обождите снаружи и убедитесь, что нас никто не побеспокоит.

Оливия понятливо кивнула и исчезла, а в беседку шагнул Артур.

– Ваше величество, – поклонился он.

– Какие церемонии, Артур? – Тильда почувствовала, как глаза увлажняются от слез. – Вы были ранены!

– Да, ваше величество. – Взгляд Донтона потеплел. – Но, право же, мое ранение – это не то, о чем вам стоило бы тревожиться. Как видите, я уже здоров.

– Но вас могли убить!

– Могли, – не стал отрицать ее жестокий собеседник. – Однако прохожие пришли мне на помощь, и все обошлось.

– Я так испугалась! – Тильда закрыла лицо руками.

– Не стоило, ваше величество, – ответил Артур. – И назначать мне встречу тоже. Если ваш супруг узнает, он может не так нас понять.

– Моему супругу совершенно безразлична моя жизнь, – отчаянно, почти зло произнесла королева. – Если бы можно было отменить этот брак, я бы сделала для этого все возможное!

– Но почему?

Он и правда не понимает? Право слово, порою мужчины такие тугодумы!

– Потому что несчастна, – проговорила Тильда. – Все время одна в чужой стране. Вы единственный, кто связывает меня с домом, и сама мысль, что вы могли погибнуть, приносит мне невообразимые страдания.

– Но я жив, – напомнил Донтон. – Не стоит так огорчаться, ваше величество. Сейчас в вас говорит тоска по дому и испуг из-за моего ранения.

– А может быть, нечто другое?

Королева замерла, сжимая кулачки. Ей хотелось рассказать Артуру о своих чувствах, о том, что она любит его чуть ли не с первой встречи там, в Илонде, и не мыслит жизни рядом с Ференцом в том числе из-за этой сумасшедшей любви. Но разве она могла? Да, было бы легче разделить ответственность на двоих. Тогда эта ноша не казалась бы такой неподъемной. Только Тильда не могла себе этого позволить!

– Что, например?

Когда Артур спросил, королева даже не сразу вспомнила, о чем говорила до этого. А когда вспомнила, щеки обдало жаром.

– Дружеская симпатия. – Она опустила глаза и постаралась сделать вид, будто ее и вовсе не заботит происходящее вокруг.

– Симпатия? – Арт улыбнулся. – Я рад это слышать, ваше величество. Для меня большая честь быть вашим другом.

А сам посмотрел так, что взмокла спина, и платье показалось тяжелым. Но Тильду с детства учили держать себя в руках в любой ситуации. Вот и сейчас она ответила мило:

– Я также рада, Артур. Особенно тому, что вы наконец-то здоровы. Не забывайте обо мне. Здесь больше не с кем вспомнить Илонд.

И чуть отвернулась, чтобы Арт не заметил слезинок, все-таки сорвавшихся из глаз и прочертивших дорожки по щекам. Однако тот заметил, сделал разделявший их шаг и осторожно стер слезы подушечками пальцев.

– Мне жаль, что расстроил вас, Тильда, – тихо сказал он.

– Наоборот, это слезы облегчения. – Она покачала головой. – Я очень беспокоилась. Как думаете, нападение точно не связано с… вашим заданием здесь?

– Несомненно. Просто не всем нравится, что я занял место рядом с троном. В Лиммере меня не очень-то любят, ваше величество.

– Как и меня.

Артур легонько пожал ее руки.

– Все еще может перемениться, – произнес Донтон. – Дайте Лиммеру шанс.

– Я пойду. – Тильда вдруг поняла, что их разговор затянулся, и ситуация становится опасной. – Подождите немного, чтобы нас не видели вместе.

Она тенью скользнула мимо Артура к выходу, где ее ждала фрейлина, уже хотела было подозвать девушек, как вдруг увидела мелькнувшую между деревьев знакомую фигуру. Ференц? Видел ли он, как Арт входил в беседку? Ведь он точно видел, как супруга ее покинула. Однако король удалялся быстрым шагом, и Тильда успокоила себя: значит, ничто не привлекло его внимания. Она подозвала фрейлин и в их сопровождении продолжила прогулку.

Девушки щебетали о прекрасной весенней погоде, делились последними сплетнями и всячески развлекали королеву, однако мысли ее были далеко. Тильда отвечала односложно, вспоминая разговор с Артуром, его нежность, взгляд, который рассказывал обо всем лучше слов. И понимала, что никогда не сможет его забыть. Но и шансов у них нет. Сейчас Ференц казался еще более ненавистным, будто только он стоял между Тильдой и ее счастьем. Да, это было глупо. Принцесса не может выйти замуж за первого встречного. Принцесса не может любить по своему выбору. Десятки разных «не может», которые сегодня казались особо невыносимыми. Тильда закрыла лицо руками и покачала головой.

– Ваше величество, вам нездоровится? – переполошились девушки.

– Начинает болеть голова, – ответила Тильда, отнимая руки от лица. – Пожалуй, я вернусь к себе и прилягу ненадолго.

Под встревоженные голоса фрейлин королева поднялась в свои покои. Прислуга помогла ей избавиться от прогулочного платья, переодеться в уютное домашнее, и ее величество устроилась на невысокой софе, позволив служанке массировать ей виски. Так было проще думать об Артуре. Она сказала правду: главное, что он жив. Но как бы хотелось, чтобы у них остался хоть один шанс быть вместе!

Тильда задремала, а проснулась от хлопка двери. Долго же она спала! За окнами стемнело.

— Вон! — послышался рык Франа, и снова хлопнула дверь, возвещая, что в комнате они остались вдвоем.

Тильда поднялась, расправила юбки и внимательно поглядела на мужа. Тот казался таким же, как обычно, только глаза лихорадочно блестели.

— Ваше величество? — позвала она.

— Простите, что разбудил.

А вот говорил супруг непривычно быстро, глотая буквы, из чего королева пришла и вовсе к неутешительному выводу: Ференц пьян. Не сказать, чтобы сильно, но заметно для внимательного глаза.

— Мне нездоровилось, — ответила она, недоумевая, что понадобилось Франу в ее комнатах.

— Да? — поинтересовался король с какой-то издевкой.

— Да, разболелась голова.

— А! Видимо, сирень в беседке пахла слишком сильно.

— Возможно, — не стала отпираться Тильда. Он ведь ее видел, к чему лгать? — Я заметила вас в парке, но вы так быстро ушли…

— Как и вы, — усмехнулся Ференц, присаживаясь на софу рядом с ней. Теперь Тильда явственно уловила чуть терпкий запах вина.

— Ваше величество…

— Хватит «ваших величеств»! — рявкнул ее муж. — Меня уже тошнит от этого титула.

Королеве подумалось, что тошнит его совсем от другого, но, конечно же, она не рискнула высказать мысли вслух.

— Я не совсем понимаю… — растерянно проговорила она.

— А что тут понимать? — Ференц взялся пальцами за ее подбородок и заставил посмотреть в глаза. — Нечего… Кроме того, что вы не делаете ничего, что подобает послушным женам. Мое терпение не безгранично, Тильда!

И он прижался губами к ее губам: властно, без намека на нежность. Сказано, король. Тильда вскрикнула, забила ладошками по его груди, надеясь, что ее выпустят из хватки, однако Ференц не собирался этого делать. Наоборот, его руки скользнули по ее спине, находя шнуровку на платье, потянули завязки.

— Пустите! Пустите же меня! — взвизгнула королева.

— Еще чего! — заявил Ференц, на миг отвлекаясь от шнуровки на ее платье. — Я и так слишком долго ждал. Не желаю, чтобы настал тот час, когда меня объявят рогоносцем.

— О чем вы?

— Мысли вслух, — ядовито прокомментировал король, наконец-то справляясь с узелком и почти рывком снимая верх платья. Припал губами к ее шее, затем к прикрытой кружевом груди.

Тильда закричала, надеясь, что кто-то примчится на помощь, однако никого не было. Видимо, король отослал фрейлин так же, как и прислугу. А его охрана… Охрана ни за что не станет вмешиваться в дела короля.

— Ференц, я вас прошу! Умоляю! — Она тщетно пыталась отодвинуться. — Фран!

Ее супруг поднял голову, посмотрел на нее и вовсе ошалелым взглядом.