Ольга Валентеева – Первая греза цветущего лета (страница 4)
- Фран…
- Плевать, - отчеканил король. – Нравится моя жена? Дарю, забирай. Только ее папе сам объяснишь все…
- Фран! – теперь уже голос Донтона звучал возмущенно. – Тильда не вещь…
- Это единственное, что тебя останавливает?
- Да! То есть, нет. Между мной и твоей супругой ничего нет. Кажется, я уже говорил тебе об этом.
- Да неужели? – Злость снова подняла голову, и Ференц сжал кулаки. – Тогда почему, едва открыв глаза после пожара, она зовет тебя?
Артур закусил губу. Впервые Ференц видел, чтобы тот занервничал.
- Мы с ней были дружны в Илонде, - сказал он. – Но между нами ничего нет, слышишь? И все твои подозрения беспочвенны. А почему она звала меня… Потому что я ее друг. Единственный человек, который связывает ее с родиной, и Тильда цепляется за меня, потому что ей одиноко. Ты ведь сам попросил восстановить эту связь, разве нет?
- Получается, я во всем виноват?
- Я этого не говорил!
- Тогда что за намеки? Я просил выяснить, не шпионка ли моя жена, а не тащить ее в свою постель.
- Хватит говорить ерунду! – Артур резко поднялся из-за стола. – Не стоит впутывать меня в свои семейные проблемы. Если сам не можешь найти с Тильдой общий язык, я в этом не виноват. Да и она, я думаю, тоже. Все можно понять, Фран. У тебя нет времени сейчас отвлекаться на что-то, но Тильде нужно твое внимание. Она по-прежнему чувствует себя в Лиммере чужой. А потом ты удивляешься, что она тянется к единственному хорошо знакомому человеку. Мы шесть лет общались с ней в Илонде, были друзьями. Может, на тот момент чуть больше, чем друзьями, но и мне нужно было за кого-то держаться. И все же повторюсь: между нами ничего не было. Несколько совместных прогулок еще до вашего брака – не повод обвинять девушку. А ты видишь врагов там, где их нет. Так не должно быть, Ференц.
Фран посмотрел на него внимательно и рассмеялся. Право же, слушать доводы Донтона было смешно. Арт пылал таким праведным гневом, что сейчас казался посланником Лимы. Глупый-глупый Арти. Слишком правильный для этой страны. Ференц и сам долго выжигал из себя эту «правильность». Потому что иначе сожрут. Почему придворные тянутся за Александром? Потому что у Алекса сотня масок, для каждого своя. И они рады обманываться, хлопать в ладоши, приветствуя свои иллюзии. И неудобен им Ференц, который не идет на поводу, ни с кем не советуется, никому не заглядывает в рот. Наверное, за это и придется заплатить головой.
- Фран? – Артур, кажется, и вовсе забеспокоился из-за этого смеха. – Послушай, я больше не подойду к Тильде, даю слово. Насчет ее шпионажа мы все выяснили. Но ты… Тебе стоит отдохнуть, наверное.
- Мне стоит застрелиться, - выпалил король и снова рассмеялся. – Вот увидишь, всей стране станет легче жить. А теперь присаживайся, я прикажу позвать всю прислугу, которая приехала со мной из дворца.
- А есть те, кто не приехал? – прищурился Арт.
- Дворец тоже нужно отмыть, отчистить. Но те, кто служил в моем крыле, здесь, и сейчас мы сможем с ними побеседовать.
- Я предпочел бы поговорить с ними наедине, - ответил упрямый Донтон.
- А я не спрашиваю, что бы ты предпочел. Или ты тоже хочешь занять мое место? Нет? Значит, не перечь.
И Ференц позвонил в колокольчик. Он приказал явившемуся камердинеру собрать всю дворцовую прислугу в коридоре, и тот удалился. Фран же занял кресло в центре гостиной, приготовившись ждать. Затем вспомнил, что за сердечными переживаниями забыл, зачем вообще отправил вчера Донтона прочь из дворца.
- Кстати, ты поговорил с Бойлзом? – спросил он.
- Поговорил, - ответил Арт. – Сам он пока на службу возвращаться не собирается, но если в академии снова сменится ректор, обещал подумать. А по поводу тех, кто мог бы составить костяк твоей охраны, посоветовал обратиться к моим бывшим однокурсникам. Поможешь их отыскать?
- Подашь список – помогу, - Ференц пожал плечами. – Только вряд ли они согласятся.
- Из-за той истории, в результате которой я застрял в Илонде? – спросил Артур, глядя слишком пристально.
- Из-за нее, - согласился король. – Не каждый готов платить своей головой. Война окончена, и выжившим хочется жить.
- И все же…
- Разбирайся сам, Донтон! – резко перебил его Ференц. – А сейчас займись прислугой, у меня не так много свободного времени, а я тоже хочу услышать, что они скажут.
Всего с королем из столичного дворца приехало тридцать слуг и служанок. А Ференц этим утром ждал еще и приезда советников, и ему меньше всего хотелось пару часов сидеть тут, но… Это было необходимо. Речь шла даже не о нем, а о Тильде. До этого все атаки были направлены лично на Франа. Он к ним привык, успешно их предотвращал. Утомительно, да, но пока не смертельно. А сейчас впервые кто-то решил избавить его от жены. Может, покушение организовал кто-то другой? Кто-то, не имевший к нему отношения ранее? Фран давно начал подозревать, что против него ведет игру не один человек. Алекс и Илонд? Король решил пожертвовать дочерью?
Слуги входили по одному, прятали глаза, боялись. Допрос вел Донтон, Ференц лишь присутствовал. Но при этом он слушал, и слушал очень внимательно.
- Я ничего не видела, - лепетала молоденькая служанка королевы, а глазенки-то бегали! Видимо, это заметил не только Ференц, потому что Арт спросил:
- А вы в тот момент находились в комнатах ее величества?
- Д-да, - запинаясь, ответила девушка.
- Тогда почему не разбудили королеву, почувствовав запах дыма? Почему допустили риск для ее жизни?
Девушка вдруг всхлипнула и закрыла лицо руками.
- Скажите правду, и я дарую вам помилование, - впервые за все утро вмешался Ференц.
Служанка посмотрела на него большими от страха глазами.
- Я ушла на свидание, - шепотом сказала она. – Ее величество спит крепко, никогда не зовет нас ночью. Да и фрейлина там дежурила…
- И когда вернулись?
- Сразу, как запах дыма почувствовала. – Девушку заметно трясло. – И когда бежала назад, видела мужчину. Он шел очень быстро от комнат королевы.
- Как он выглядел? – спросил Артур.
- Высокий, темноволосый, - ответила та. – Волосы длинные, и лицо такое… странное. Будто неместное.
Артур и Ференц обменялись взглядами. Похоже, о личных спорах придется забыть. У них появился подозреваемый.
- Сможете помочь королевскому художнику написать его портрет? – поинтересовался Ференц.
Девушка отчаянно закивала. Кажется, она уже была готова на все, лишь бы ее отпустили и не казнили.
- Вот к нему и отправляйтесь, - король махнул рукой. – Скажете, мой приказ.
Служанка едва не выбежала из гостиной, а Фран потер гудевшие после бессонной ночи виски.
- Думаешь, Илонд? – спросил его Артур.
- Да, - ответил Ференц. – Они обвинят меня в гибели Тильды и со спокойной совестью объявят новую войну. Поэтому им выгодно оставить меня без жены.
- Взглянем на портрет. Может, узнаем кого.
- Возможно, только…
- Что?
- Да нет, ничего. Иди, занимайся делами. У меня сегодня день должен быть расписан по часам, а что в итоге? Никакого порядка!
Арт лишь едва заметно улыбнулся, поклонился и вышел. Ференц позвал секретаря, приказал подать письменные принадлежности и написал в столицу, чтобы для Артура отыскали его бывших приятелей, а затем наконец-то принял недовольных советников. Те возмущались ночным происшествием, требовали поставить на уши столицу, топали ногами. Но что толку? Нет его, как ни крути. Ференц поторопился их выпроводить. Он уже думал было скрыться куда-нибудь от придворных, когда в двери в очередной раз постучали.
- Ваше величество, ее величество Тильда просит принять, - доложил слуга.
Вот как! «Ее величество просит»! Фран сначала хотел отказать, сослаться на занятость, но потом решил, что этот разговор все-таки должен произойти, так почему не сейчас?
Тильда вошла следом за слугой. Она была бледна, избегала смотреть мужу в глаза, а Ференц… Он чувствовал, что у него внутри пустыня, выжженная земля. У каждого рано или поздно наступает предел. Он своего достиг. Девушка, которая могла бы быть рядом, стать судьбой, ею не стала. Более того, выбрала его друга. Самое забавное, что Фран не прекратил считать Донтона другом, хотя стоило бы казнить, и дело с концом.
- У меня мало времени, - сразу обозначил Ференц.
- Я знаю, ваше величество, - откликнулась Тильда, ожидая, пока он предложит присесть. Но этого не произошло, и она сама примостилась на краешек кресла.
Королева нерешительно мяла в руках подол бледно-голубого платья.
- И? – Фран напомнил о своем присутствии.
- Вы обижены на меня, - сказала она тихо.
Обижен? Это было не то слово, но король не стал уточнять. Он просто молча слушал.
- Я… догадываюсь, чем это могло быть вызвано. И… мне жаль. Меньше всего на свете я бы хотела обижать вас.
Фран продолжал молчать. Он смотрел на супругу, ее подрагивающие губы, тонкие руки, нервно теребящие ткань, и понимал, что простить не сможет. Даже если Артур прав. Даже если она звала единственного друга. Не сможет, и все.
- Ваше величество! – Тильда все-таки подняла голову. – Прошу, скажите хоть что-нибудь!