Ольга Валентеева – Матрион (страница 28)

— Его проблемы, но он нужен мне живым и желательно дееспособным.

Вот теперь Джейсу стало не по себе. Раз Ралли один, выходит, он действует чарами. Какой силой он может обладать? К чему готовиться?

— В последний раз спрашиваю: какие у тебя чары? — рыкнул Айнсворд.

— Никаких, — спокойно проговорил Джейс.

— Сам виноват. Приступай, Ралли.

Джейс вдруг почувствовал резкий кровяной запах. Он успел отшатнуться, но чары всегда быстрее, и тяжелая густая сила Ралли окутала его, выбивая воздух из легких. Виски пронзила адская боль, и Джейс стиснул зубы, чтобы не застонать.

— Спрашивайте, эйр Айнсворд, — как сквозь вату, услышал он.

— Какие у тебя чары?

Голос отца гудел, как набат. Чары? Джейс почувствовал, что не может молчать. Он должен ответить, прямо сейчас, немедленно. Нельзя! Он постарался зацепиться мыслями хоть за что-то. Вспомнил Хелен, ее лицо, губы, руки. Ее смех и то, как она смотрела на Джейса, когда он танцевал.

Теперь вкус крови поселился во рту. Кажется, из носа тоже шла кровь, но Джейс не сдавался. Рядом с Хелен встал образ Терри. Его названного брата, которого Джейс не сумел защитить, но к которому должен вернуться. Терри не простит, если Джейс сдастся вот так просто.

— Какие у тебя чары, щенок?

Чары?

— Никаких, — полушепотом выдал Джейс.

— Я убью его, если нажму сильнее, — где-то в стороне говорил Ралли.

— Какие у тебя чары?

— Он не лжет. У него нет чар.

— Ладно.

Тиски, сжимавшие голову, исчезли, и Джейс сполз по спинке кресла вниз. Он не понимал, где находится. Где пол, а где потолок. Внутри всё гудело, руки и ноги не слушались. Тело будто ему не принадлежало.

— Ты точно не перестарался? — недовольно поинтересовался отец.

— Вы же сами приказали, эйр Айнсворд, — возразил Ралли.

— Свести его с ума?

— Он придет в себя.

— Очень на это надеюсь. Что ж, ступай. Ты облажался, но я все же перешлю тебе немного энергии.

Кажется, Ралли благодарил отца. Джейс пытался свернуться в клубок и оказаться подальше от посторонних звуков. Хотелось умереть, но у него не было на это права. Постепенно боль утихала. Во всяком случае, вернулось ощущение реальности, комната перестала кружиться, и он даже смог различить нависшую над ним фигуру отца.

— Бесполезный кусок дерьма, — выплюнул Филипп. — Если бы знал, что ты настолько бесполезен, и не искал бы.

Вот было бы здорово!

— Ладно, меняем план. Если у тебя нет чар, они точно будут у твоих детей. Нужно только найти подходящую девку. Я подумаю, с кем выгоднее заключить союз. Убирайся.

Джейс поднялся с кресла. Как его держали ноги, он и сам не знал, но, чтобы позлить отца, вышел в коридор, даже не шатаясь, и только там оперся плечом на стену. Так и шел до своей спальни, ввалился в нее и рухнул на кровать. Кажется, потерял сознание, потому что в себя пришел от громких голосов в соседней гостиной.

— Ты с ума сошел? — кричала Лоретта. — Ты сам его сюда притащил, а теперь убить надумал?

— Я не виноват, что он слабак, — зло оправдывался отец.

— Да уж, не в тебя пошел.

Джейс бы рассмеялся, если бы не так болела голова. Какое разочарование! Столько искать блудного сына, чтобы понять: он пошел в мать и от папочки унаследовал лишь внешность, и то довольно отдаленно.

— С каких это пор ты его защищаешь? — рычал отец.

— Я не защищаю его. Просто говорю, что ты сам себе противоречишь, Филипп. Хотел проверить его чары, так зачем было вести домой? А теперь будь так добр, соблюдай приличия. О нас и так будут сплетничать из-за твоего сына. Пусть хотя бы не обвиняют в его убийстве.

— Ладно, я принял к сведению, — внезапно сдался Филипп. — Доктор сказал, к утру оклемается. Идем.

— Я зайду к нему, а ты ступай. Скоро присоединюсь.

Хлопнула дверь. Видимо, отец ушел. Зато спальню залил тусклый свет и резанул по глазам. Лоретта подошла к кровати и склонилась над Джейсом.

— Проснулся? — устало спросила она.

— Вроде бы, — одними губами ответил Джейс.

— Совет на будущее: не зли Филиппа, — сказала мачеха. — Он не сторонник излишней жестокости, но когда впадает в ярость, ему все равно, кто перед ним.

— Плевать.

— А мне нет. Он мой муж, и я его люблю, какой бы сволочью он иногда не был. Все эти дрязги никому не добавляют здоровья.

— Учту, — пообещал Джейс, только чтобы отвязалась. Интересно, Лоретта знает, как умерла первая жена ее возлюбленного супруга?

— Отдыхай, врач сказал, к утру станет лучше.

Дверь закрылась, свет исчез. Впервые в жизни Джейс этому порадовался. Сейчас даже темнота не пугала, а, наоборот, обещала спасение. Жаль, спать больше не хотелось. Он осторожно сел, пошарил рукой под матрасом и вытащил передатчик. Надо хорошенько его спрятать, но где? Если здесь всё чужое, повсюду глаза и уши отца. Придумается, а пока Джейс обратил внимание на новое сообщение. Прочитать его сейчас он бы не смог, но на этой модели он точно видел голосовое воспроизведение. С третьей попытки получилось его активировать, и голос Хелен наполнил комнату:

«У меня появилась информация, что Айнсворды стояли у истоков исследований, которые приводят к иссушению людей. Они ищут способ укрепить питание купола. Раз уж ты сделал такой выбор, Джейс, постарайся узнать что-то об этом. И будь осторожен, ладно? Я тебя люблю».

— И я тебя, Хел, — тихо ответил он, но сообщение не отправил.

* * *

Значит, Айнсворды и к иссушениям приложили руку. Что же, теперь Филипп считает сына бесполезной разменной монетой. А значит, будет меньше обращать на него внимание. Хорошая возможность разведать обстановку и выкопать яму, в которую потом упадет этот колосс на глиняных ногах. Ради этого стоит выжить и потерпеть.

Джейс стер сообщение и снова убрал передатчик. Он лежал и смотрел в темный потолок. Сейчас выстроить дееспособный план он не сможет — слишком болит голова, но к утру станет легче, и тогда… Тогда он найдет способ отомстить за всё. И за сегодняшний вечер тоже.

Вопреки всему вскоре Джейс уснул. Когда он снова открыл глаза, комнату заливал солнечный свет, и даже можно было расслышать, как за окном звонко чирикают птицы. Захотелось выйти в сад, подышать свежим воздухом. Джейс попробовал подняться. Собственное тело все еще ощущалось тяжеловесным, и он устал, всего лишь добравшись до окна. Ладно, пусть так.

Джейс распахнул оконные створки и вдохнул полной грудью. Сейчас ситуация казалась не такой уж паршивой. Да, он в ловушке. Да, правила задает отец, но в голове уже выстраивался план. Нужно убедить отца, что он принял правила игры, и тогда попытаться найти документы о куполе, исследованиях энергии. Обо всем, что может помочь Хелен в ее расследовании. А в том, что Хелен не бросит поиски, Джейс был уверен, ведь речь шла о способе, которым была убита ее мать.

Вскоре в двери постучали, и служанка сообщила, что его ждут на завтрак через полчаса. Пришлось идти в ванную и стараться вернуть себе человеческий облик: на лице так и остались разводы от крови, накануне хлынувшей из носа. На одежде тоже было множество ее следов. После душа и переодевания отражение в зеркале все еще напоминало бесплотного духа, но Джейс почувствовал себя лучше.

Картина в столовой не поменялась: Лоретта и обе ее дочери появились сразу после Джейса. Они чинно расселись за столом, как настоящая семья, дождались, пока подадут завтрак, и принялись за еду. Сестры бросали на Джейса странные взгляды, но в присутствии матери не решались заводить разговор, а она в это утро не была настроена поддерживать беседу. Поэтому завтрак прошел быстро, и сразу после него Лоретта заявила:

— Я собираюсь пройтись по магазинам. Девочки, учителя приедут через полчаса, ступайте готовиться к занятиям. Джейс, тебе сегодня лучше отдохнуть.

Именно этим Джейс и собирался заняться. Точнее, создать видимость собственного поражения. Однако стоило ему пройти в гостиную, соседствующую с его спальней, как в двери тихонько поскреблись, и сестры шмыгнули в комнату.

— Что-то случилось? — удивленно спросил Джейс.

— Это мы у тебя хотели спросить, — ответила более решительная Лилия. — Ты выглядишь больным. Все в порядке?

— Да. Вчера разболелась голова, боль улеглась только к утру, и я не выспался, — выдал Джейс наиболее приемлемую версию. Почему эти две посторонние девушки вдруг о нем волновались? Он ведь для них никто. Чужой человек, которого отец притащил в семью.

— Хорошо, что тебе уже лучше, — мягко произнесла Катерина. — Отец вчера был очень зол. Мы решили, вы поссорились.

— Немного, — признал Джейс.

Девушки переглянулись, и Лилия ближе подошла к нему.

— Не зли отца, — сказала она, понизив голос почти до шепота. — Он очень не любит, когда ему перечат. Сам понимаешь, он глава клана и привык, что перед ним все склоняются.

— Но я не все, — неожиданно для себя разоткровенничался Джейс.

— Конечно, — присоединилась к сестре Катерина. — Просто папа не делает различий для нас и рядовых членов клана. Если накажет, то накажет. Мама говорит, это потому, что наш дедушка тоже был таким: очень жестким. И нам не следует обижаться на отца.