Olga V. Veles – Мы вернемся домой (страница 5)
— Спи, — тихо сказал Максим. — Завтра снова в путь.
Пёс слегка вильнул хвостом во сне, будто согласился.
Глава 7. «Песня»
Андрей сидел у костра, перебирал струны старой гитары и тихо напевал. Ему было тридцать лет, длинные тёмные волосы он завязывал в хвост, на шее висел серебряный кулон — подарок матери. На пальце блестело кольцо с тёмным камнем, которое он носил как талисман.
Раньше Андрей играл в маленьком кафе на окраине города. Его репертуар состоял из лирических баллад, песен о море, весне и любви. Посетители заказывали кофе и слушали, как он поёт, а иногда подпевали хором. Теперь его аудитория — бойцы в блиндажах, раненые в медпункте, дети в подвалах разрушенных домов.
— Андрюха, — окликнул его сержант Петров, коренастый мужчина с сединой на висках, — спой что‑нибудь про море. А то тут всё бетон да грязь, а так хоть вспомнишь, что где‑то есть синева и песок.
— Про море так про море, — улыбнулся Андрей.
Он провёл пальцами по струнам, вдохнул поглубже и запел:
«Волна бежит за волной,
Ветер шепчет: «Не грусти».
Там, за далью голубой,
Ждут нас светлые пути…»
Бойцы замерли, слушая. Кто‑то прикрыл глаза, кто‑то начал тихонько подпевать. Один парень, совсем юный, достал блокнот и начал записывать слова.
— Спасибо, — сказал Петров, когда песня закончилась. — Сразу легче стало. Будто домой заглянул.
На следующий день Андрей отправился в соседний район — там, по слухам, оставались уцелевшие дома. Он шёл по разбитой дороге, гитара в чехле за спиной, рюкзак с припасами на плечах. Возле сгоревшего магазина он заметил девочку лет десяти, которая собирала осколки стекла.
— Осторожно, — предупредил Андрей, — не порежься.
— А я не боюсь, — ответила она, но стекло отложила. — Вы кто?
— Музыкант. Играю на гитаре. Хочешь послушать?
Девочка кивнула. Андрей присел на обломок стены, достал гитару и заиграл простую мелодию. Потом запел:
«Солнышко светит, птички поют,
Даже в беде нас не забудут.
Мама придёт, папа придёт,
Всё хорошо будет, вот-вот…»
Девочка слушала, не отрываясь. Когда песня закончилась, она улыбнулась:
— Ещё!
— Конечно, — кивнул Андрей. — Какую хочешь?
— Про весну!
Он заиграл другую мелодию, и девочка начала подпевать. Постепенно к ним подтягивались другие дети, потом взрослые. Кто‑то принёс хлеб, кто‑то — термос с чаем.
— Вы теперь будете приходить к нам петь? — спросила девочка, когда Андрей собрался уходить.
— Буду, — пообещал он. — Каждый вторник и четверг. Договорились?
— Договорились! — обрадовалась она.
Но на третий день, когда Андрей шёл к месту встречи, раздался взрыв. Снаряд попал в здание рядом — ударная волна швырнула музыканта на землю, гитара треснула, одна струна порвалась.
Андрей очнулся в медпункте. Лена, медсестра, обрабатывала ему ссадины.
— Живой, — облегчённо сказала она. — Гитара вот только…
Он посмотрел на инструмент: корпус треснул, гриф слегка погнулся, струны порвались.
— Ничего, — хрипло сказал Андрей. — Главное, что я цел.
Вечером он сидел у костра, держал гитару на коленях и перебирал оставшиеся струны. Пальцы дрожали, голос охрип. Он попытался спеть — вышло тихо, надломленно.
— Не надо, — сказал кто‑то рядом.
Андрей поднял глаза. Это был тот самый юный боец, который записывал слова.
— Не мучай себя, — продолжил парень. — Мы сами споём.
И он запел — сначала неуверенно, потом всё увереннее:
«Волна бежит за волной…»
К нему присоединился ещё один голос, потом ещё. Вскоре уже весь блиндаж пел хором. Андрей слушал, и на глазах выступили слёзы.
— Они уже в нас, — прошептал он. — Теперь их не сломать.
На следующее утро к нему подошли люди.
— Мы тут кое‑что собрали, — сказал старик в потрёпанном пальто, протягивая коробку.
Внутри лежали струны, канифоль, кусок дерева для ремонта.
— Спасибо, — Андрей сглотнул комок в горле. — Я постараюсь починить.
Он работал весь день. Ваня, мальчик, помогавший часовщику Павлу, принёс инструменты. Вместе они укрепили гриф, заменили струны, заделали трещину.
Вечером Андрей снова взял гитару. Проиграл несколько аккордов — звук был неидеальным, но чистым.
— Ну что, — он улыбнулся, — попробуем?
Он запел, и люди вокруг подхватили. Песня звучала не только из его уст — она жила в сердцах тех, кто её запомнил, кто передал дальше, кто сделал её частью себя.
Когда песня закончилась, кто‑то захлопал, кто‑то засмеялся, кто‑то вытер глаза.
— Андрей, — сказал лейтенант Гришин, — ты не просто музыкант. Ты — наша память. То, что не сгорит, не взорвётся, не исчезнет.
— Я просто играю, — смутился Андрей.
— Нет, — покачал головой лейтенант. — Ты даёшь нам надежду. И пока мы помним эти песни, мы остаёмся людьми.
Андрей кивнул. Он посмотрел на гитару, на лица людей вокруг, на огонь костра. Где‑то вдалеке гремели выстрелы, но здесь, в этот миг, была только музыка — та, что живёт внутри, та, что сильнее любых бурь.
— Давайте ещё раз, — сказал он. — На этот раз все вместе.
И они запели. Громко, уверенно, с верой в то, что завтра будет новый день, что море всё так же сине, а весна обязательно придёт.
Глава 8. «Храм»
Отец Михаил шёл по тропе, ведущей к древнему храму. Ему было пятьдесят пять лет, седые волосы выбивались из‑под капюшона, а в руках он держал потрёпанную Библию и фонарь с тусклой лампочкой. На шее висел простой деревянный крест — не украшение, а знак веры, которую он нёс через годы испытаний.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.