Ольга Цветкова – Рассказы 25. Гипотеза мироздания (страница 8)
Эта запись сделана уже в США.
«Мел Тейлор, 31 год, аниматор, Австралия».
– Мы не торопимся с появлением детей, хотим пожить для себя, тем более надо встать на ноги. Бойфренд еще учится. У нас высокий уровень жизни, но дети обходятся дорого. Я считаю, это правильно – сначала надо чего-то добиться, потом семья и дети.
Светловолосая загорелая Мел была совсем не похожа ни на кого из российских женщин. Ни капли смущения, улыбка; она раскованно жестикулирует, подкрепляя свои слова.
– Я считаю вашу работу важной. Думаю, многие ждут, пока вы завершите. Мы с бойфрендом хотим сына, у мальчика в жизни будет больше возможностей.
«Аиша, 29 лет, имя изменено». Больше ничего, на видео только темный силуэт. Пол помнил и эту девушку. Она была одета в совершенно обычные джинсы и свободную тунику до колен. Глухой ворот и длинные рукава. Волосы блестящие, густые – шикарные волосы. Огромные влажные глаза в обрамлении черных ресниц и обычный для восточных женщин нос с горбинкой. Они часто убирают эту особенность пластикой, Аиша же не стала. Хотя могла, она из богатой семьи. Девушка еще крутила в руках бейсболку, надела ее перед выходом на улицу, надвинув козырек на самые глаза.
– Я не могу назвать фамилию. И имя. Я чудом смогла покинуть страну, где родилась. С тех пор живу в страхе, что родные нападут на мой след и убьют меня или увезут обратно, что еще хуже. На родине меня будут судить, я сгину в тюрьме либо меня забьют камнями или повесят. Хотя я всего лишь хочу жить обычной светской жизнью, я не падшая женщина, я люблю Всевышнего и не верю, что совершила грех. Я хочу открывать лицо, работать, ходить в кино, иметь друзей. Не думаю, что выйду замуж, я вынуждена скрываться, кому нужна такая жена? Рассказать правду я не могу, я боюсь, моя семья богата, они хорошо заплатят за информацию обо мне. Завести ребенка мне бы хотелось, но вступать в связь вне брака не буду. Может быть, мне поможет искусственное оплодотворение. Пока я не могу себе этого позволить. Но если решусь, то только мальчик: девочка будет в такой же опасности, как и я. Если меня найдут, то сына пощадят, дочь разделит мою участь.
«Саманта, 30 лет, продавец, не замужем».
– Я чайлдфри, и я считаю, что институт брака устарел, так что вряд ли мое мнение будет вам полезно. – Тут она засмеялась. – Но если передумаю, то хотела бы иметь возможность выбрать пол ребенка. Кого хочу? Да никого, – опять смеется. – Ок, ок! Наверное, девочку. Ребенок быстро вырастет, а иметь среди родственников еще одного мужчину – ну уж нет. Они самоуверенные, глупые и злые.
«Амала Каур, 58 лет, вдова».
– У нас в Индии девочка часто является обузой. Она ничего не принесет в дом, наоборот, требуется собирать приданое, чтобы выдать ее замуж. Жизнь замужней индианки тоже часто тяжела и безрадостна. Сейчас не знаю, мы давно уже покинули Индию, а во времена моей молодости часто случались убийства новорожденных девочек. Беднота, кто там следить будет, сам ли ребенок умер или не сам. А так люди смогут выбирать, и не станет несчастных убитых младенцев, задушенных, утопленных или заживо похороненных. Только вот будет ли доступно всем желающим? У нас очень много бедных, которым нечего есть, не говоря уже о том, чтобы платить за исследования.
И сколько их еще таких – в основном женщины, реже семейные пары. Он помнил, что мужчины очень редко соглашались на интервью. А если и соглашались, то в ответах сквозило равнодушие.
«Сын – продолжатель фамилии, неплохо было бы сына».
«Дети? Да это бабское дело, пусть сами решают».
«Все равно кто. Думаю, что разведемся и растить ребенка будет бывшая. Женщины сейчас не держатся за семью. Я – только если алименты, и то постараюсь, чтобы минимум платить».
Очень много записей Пол забраковал из-за того, что вместо ответа на конкретные, важные для него вопросы мужчины уходили в дебри рассуждений и часто унижений женщин. Эти записи хранились у него в отдельной папке.
Мистер Рейн закрыл файл с фильмом.
Часть 2
Алекс Рейн
Алекс ненавидел спортзал. Но если он не пойдет, у него в интерактивном профиле понизится рейтинг. А это уменьшит вероятность найти себе пару, пусть даже временно. Хотя эта вероятность и так не слишком высока.
Он привык каждое свое действие оценивать с точки зрения его влияния на рейтинг. И не только он, теперь так жили почти все. Социальные сети, которые во времена его деда, Пола Рейна, были развлечением и в какой-то степени средством общения, трансформировались в нечто другое. Теперь профиль каждого пользователя хранил информацию обо всей его жизни. Синхронизированный с индивидуальным чипом, вживленным каждому активному члену общества под кожу на левом предплечье, профиль отражал, сколько времени в день провел его владелец за умственным трудом и продуктивно ли работал его мозг, сколько времени посвятил спорту и сколько калорий сжег. Всем пользователям была доступна информация о росте и весе, о количестве мышечной массы и многом другом. Конечно, была кнопка «скрыть данные», но у тех, кто скрывал, рейтинг высоким быть не мог. Все просто: обновляется информация, и чем больше пользователей нажмут на улыбающуюся рожицу, тем выше поднимется рейтинг. А если, к примеру, Алекс наберет хоть сколько-нибудь лишнего веса, то пользователи выберут другую рожицу – грустную, и рейтинг опустится.
Особенно ценились веселые рожицы, поставленные женской частью пользователей сайтов. Большинство ресурсов даже считали их за двойной «лайк».
Как на сайтах, так и в жизни женщин было намного меньше, чем мужчин. Знал ли Пол Рейн, к чему приведет его работа? Вряд ли. Прекратил бы он исследования, если бы знал? Кто теперь ответит…
На экране чип-браслета появилось:
«Входящее системное сообщение. Открыть?»
Алекс мог позволить себе дорогую модель с чувствительными сенсорами, поэтому ему не нужно было даже касаться браслета, он ответил «да», и перед ним сразу же развернулся виртуальный экран.
Виртуальный помощник – Алекс создавал его так, чтобы мультяшный персонаж походил на него самого, – весело обратился к хозяину:
– Привет, Алекс! Хорошего дня! Напоминаю, что на сегодня у тебя запланирован вызов уборщика и одна экскурсия. Подтвердить?
Алекс почему-то был не в настроении и коротко ответил:
– Подтверждаю.
Ему показалось, что его маленькая копия заговорила чуть обиженно:
– Визит уборщика возможен в интервал времени с 12.30 до 13.00. Экскурсия ожидается с 17.00 до 17.30. Группа из пяти человек, и семь будут виртуально. Показать их страницы?
Алексу вдруг стало стыдно за свою грубость. Зачем он так? Да, это всего лишь программа, но у этого маленького электронного персонажа есть подобие характера, который сложился в работе и общении с ним, живым Алексом. Сколько раз, чувствуя себя безмерно одиноким, Алекс часами беседовал с помощником… Он гулял в компании виртуального Алекса, ходил с ним в спортзал и на пробежки, советовался, что купить. И, случалось, забывал, что это не голос живого человека.
Стремясь загладить грубость, Алекс продолжил:
– Спасибо! Давай посмотрим!
Было ли то иллюзией или нет, но вроде помощник глянул уже совсем по-другому и жизнерадостно сообщил:
– Начали! Первый – мужчина пятидесяти лет…
На третьем из тех, кто собирался быть лично, Алекс чертыхнулся.
– Принесла их нелегкая!
Этот посетитель носил поверх одежды белые полосы ткани – он принадлежал к адептам секты Святого Пола.
Жизнь и деятельность Пола Рейна породила много чего, в том числе и секту. Ее адепты считали Пола богом, который дал людям ценный дар, а люди не сумели этим даром правильно воспользоваться и теперь получают то, что заслужили, то есть кару. Люди прогневили бога при жизни и должны вымолить прощение. Это был дикий культ из смеси суеверий и христианских традиций.
Алекс все же заставил себя добежать до спортзала и провести там почти полтора часа. Вряд ли результаты от этой тренировки будут впечатляющими, но лучше так, чем никак. Периодически его подбадривал виртуальный Алекс – этому никто не удивлялся, все посетители зала вели диалоги со своими помощниками. У кого-то были животные, у кого-то – драконы или единороги, но большинство выбирало образ человека.
– Уборщик-человек будет через пятьдесят пять минут! – Это снова помощник. Ну и хорошо, можно наконец уйти от ненавистных тренажеров и беговых дорожек.
За последние десятилетия очень развилась робототехника, и механизмы заменили людей рабочих специальностей. Остались только операторы, которые руководили робоводителями и робопродавцами, составляли график работы робостроителей и робоповаров, удаленно управляли робоучителями и робокурьерами. Большинство уборщиков тоже были роботизированными, но Алекс всегда приглашал человека. Это, конечно, намного дороже, но у Алекса были причины поступать именно так.
Дом, где когда-то жил Пол Рейн, а теперь Алекс, был не только домом. Все, что связано с Полом Рейном, было предметом интереса многих людей, и Алекс проводил экскурсии по дому, читал лекции, разбирал и изучал огромные архивы деда. Он не выбирал такую жизнь; можно сказать, что она его выбрала.
Во времена Алекса у людей появилось много свободного времени, работали в основном из дома, а офисы почти исчезли. Считалось хорошим тоном заниматься спортом, вести здоровый образ жизни, изучать какую-то науку в качестве хобби или заниматься языками. И, конечно, все это выкладывалось в социальные сети.