Ольга Тимофеева – В 45 я влюбилась опять (страница 11)

Но попытки убедить себя рассыпаются, как горстка песка.

- Папа, а правда, что Марья Андреевна плакала? - вдруг раздается сзади голос Милы.

Тело напрягается, словно кто-то тронул открытый нерв. Щеки пылают, в груди снова сжимается.

Иван не отвечает сразу. Я краем глаза вижу, как он крепче берется за руль. Его руки - сильные, уверенные - будто способны удержать не только машину, но и все вокруг.

- Виолетта, - наконец звучит его голос, ровный, сдержанный. Воздух в салоне становится спокойнее. - Мы же договорились: взрослые обсуждают свои дела сами.

- Ну ладно, - бурчит она, и девочки возвращаются к своему шепоту.

А я? Я глубже откидываюсь на спинку сиденья, пытаясь сделать хоть один ровный вдох.

Спасибо.

Спасибо, что он просто здесь. За то, как он молчит с уверенностью, которая кажется правильной. Но расслабиться все равно не получается.

Маш, хватит.

Это просто человек.

Просто надежный человек.

Не помогает. Вместо того чтобы сосредоточиться на делах, я украдкой ловлю его отражение в окне, как будто ищу в нем что-то, что объяснит, почему мне так сложно отвести взгляд.

Снова пальцы врезаются в ткань сумки, а ноги невольно чуть сдвигаются ближе друг к другу, словно пытаюсь укрыться.

Спустя двадцать минут на кухне царит привычный вечерний хаос. На одной конфорке варится суп, на другой шипит картошка. Ловлю себя на том, что все делаю на автомате, но главное, чтобы было вкусно и сытно. Нож стучит по разделочной доске, пока Виолетта нарезает огурцы, Мила - помидоры, Мишка - расставляет тарелки. Зевс крутится под ногами, Афина, как истинная королева, устроилась на спинке стула и наблюдает за процессом.

Иван Андреевич собирается сегодня в ночную смену, поэтому хочу успеть, чтобы поужинал с нами.

- Кто папу позовет ужинать?

- Я! - первой кричит Виолетта, но срываются за ним они одновременно с Милой.

- Девочки! Аккуратней….

Надо будет следующий раз сказать это сделать кому-то одному. Значит, поужинаете нормально и с собой я вам что-то положу, - отрезаю, даже не отвлекаясь от плиты.

Иван Андреевич спускается с двумя своими принцессами на руках.

- А Полина?

- Сказала, что ужинать не будет. Костя тоже.

- Вы ее не заставляете?

- Нет. Проголодается, поест сама. Не маленькая.

- Ладно. Позже их покормлю.

Иван с детьми садится за стол. Пока едят, я быстро заполняю контейнеры: суп, картошку, несколько бутербродов.

- Марья Андреевна, это не обязательно. Я ночью не ем.

- А вдруг захотите? Если что привезите назад. За ночь не испортится. В холодильник только поставьте.

- Спасибо. Вы справитесь?

- Конечно. С тридцатью справляюсь, а с пятью не справлюсь? - улыбаюсь ему и ставлю пакет с готовыми контейнерами. - Не волнуйтесь, детей я покормлю, уроки сделаем.

После ужина все разбегаются, а я сгружаю посуду в посудомойку. Такое счастье просто на кухне готовить и не думать о том, что у тебя нет дома.

Как вдруг на полке в коридоре начинает играть чей-то телефон. Быстро вытираю руки о полотенце и аккуратно беру телефон.

Иван Андреевич забыл.

Но когда смотрю на экран от неожиданности даже перестаю дышать.

Наташа.

Глава 11

Наташа…

Я выключаю звук на телефоне и продолжаю мыть посуду.

Не красиво отвечать на его телефон. Еще подставлю… Я же знаю, что это за Наташа и как отнесется к тому, что я тут живу.

Но через минуту телефон снова оживает. И снова эта Наташа.

Не сложно ответить и сказать, что забыл телефон, но я сразу представляю, что мне было бы неприятно, если бы я звонила своему мужчине, а мне бы ответила какая-то посторонняя женщина, еще и сказала, что живет там.

Иван Андреевич слишком много хорошего сделал для меня, чтобы я так его подставляла.

Телефон на мгновение замирает и снова оживает.

А может.… он ищет телефон? Попросил кого-то набрать, чтобы найти?

Вот это реально.

Ладно, может, правда ищет? Волнуется? Может, там важное что-то.

- Алло, - спокойно отвечаю.

На том конце кто-то от неожиданности затихает.

- Алло-о-о-о…

- А вы кто такая? - раздается раздраженный голос.

- Эмм… домработница, - выдаю первое, что придумываю, чтобы его не подставить.

- Домработница, которая отвечает на телефоны? Спишь с ним, что ли? - высокомерно отвечает, собираясь вывести меня на эмоции.

- Иван Андреевич уехал на работу и забыл свой телефон, он вам перезвонит, - спокойно отвечаю, не обращая внимания на ее злорадство.

- Беги от него лучше. С ним легко, пока ему удобно, а потом... О, тебя еще ждут сюрпризы. Поверь мне.

В ее словах я узнаю типичную манипуляцию. Женщина, которая не может отпустить. Таких в жизни видела много.

- Спасибо за предупреждение, - говорю я.

- Сука!

Разговор обрывается. В комнате снова становится тихо, и я чувствую легкое покалывание на шее. Но что-то внутри меня уравновешивается.

Я заканчиваю мыть посуду и, прежде чем идти к детям, невольно оглядываю себя в зеркале. Мельком вижу, как морщины вокруг глаз стали глубже, а между бровями появилась углубившаяся складка. Лицо не обманет - не молодею.

А хотелось бы снова двадцать, нет лучше, двадцать пять. Когда еще и красота есть и уже появились мозги. Мужчины оказывают знаки внимания, чувствуешь себя желанной и интересной. После развода и не ощущала уже этого. Да и где? Весь круг мужчин возле меня это трудовик, физрук и папы детей, которые забирают своих детей из школы. Да и Иван Андреевич, один из них.

В сорок уже не пойдешь по принципу «он хороший, значит, подойдет». В двадцать можно было закрыть глаза на его недостатки или, если не так что-то, найти другого, но теперь хочется стабильности. Теперь уже не раз, но навсегда.

И чтобы сразу душа в душу. Чего-то стопроцентного. Чистого, без оговорок. Но ведь таких почти нет. Либо они заняты, либо… ну, не знаю. Уже не в том возрасте, чтобы оправдывать себя и принимать чужие отговорки.

Подходящих мужчин все меньше. Вроде бы и есть, но не те. И, черт возьми, не подходящие вовсе. Прекрасно понимаю, что могу, наверное, начать что-то с кем-то. Но у меня дети, он должен понравиться не только мне, но и им. А это уже сложно.

Поэтому… в сорок пять остается растить сыновей, воспитывать кота, ходить на работу и смотреть сериалы.