Ольга Тимофеева – Папа для Ромашки (страница 78)
А у меня до темноты в глазах схватывает живот и я сгибаюсь.
– Посмотри на него, – смеясь, обращается отец к Варе. – Я тебе говорил не лезть к нему. Зачем тебе такой болезный?
Выдыхаю и выпрямляюсь. Но дальше стою не двигаясь. Пистолет направлен на меня.
– Зачем она тебе? Отпусти. Я же нужен?
– Роман, она лишний свидетель. Или… – скалится мне. – Скинем ее туда и все, – кивает на дробилки, временно замершие и остановленные. А за ними сразу камеры сгорания. – Нет девочки, нет проблемы. Все как планировали. Ты и Юля. Вместе. Ребенка, если хочешь, удочерите. Но она, – кивает на Варю, – нам мешает. Всегда появляется в твоей жизни не вовремя и ты начинаешь действовать нам во вред.
– Может, это ты мешаешь всем?
Заговариваю его.
– Рома, приехала группа, – слышу в наушник от Вики. – Ты где? Сколько их? Оружие у него есть?
– Ты псих! Думаешь, если взял пистолет, то можешь тут жизнями распоряжаться?! Решил сжечь ее заживо в камерах сгорания? У нас что, концлагерь? – кричу ему громко, чтобы Вика все расслышала.
– Стоит ей появиться, как ты сразу сбиваешься с нужного курса. Ты готов для большого бизнеса, а не девочек этих смазливых ублажать.
– Сколько их? – переспрашивает Вика.
– У тебя таких, которые тебя любили никогда не было. Вот ты и завидуешь.
Он смеется. Смотрит на меня, как на дурака. Но пистолет не убирает. И я пока не знаю, как его отвлечь.
– Была. Твоя мать. Вот она… только она меня понимала.
– У меня нет матери.
– Есть. Только не та шлюха, что тебя выносила, а та, чья яйцеклетка была ей подсажена.
Теперь моя очередь смеяться. Он так и не узнал ничего. Хоть где-то прокололся.
– Ах… ты же не знаешь ничего, – губы вытягивает в узкую полоску и прищуривается. – Моя мать – Катерина Герц.
Вздрагивает, когда слышит имя. Я прав. Хотя бы в имени. Мы правильно нашли.
– От той, от которой ты хотел детей, не получилось. Донором была Герц. А тебе ничего не сказали? – наигранно удивляюсь.
– Суки!
Целится и стреляет в потолок.
– Тебя обманули. Все. А ты ни хрена не понял. Жаль, с твоим материалом все было нормально, и ты мой отец. Но я бы такого врагу не пожелал.
– Да миллионы бы рады были оказаться на твоем месте, тварь ты неблагодарная.
– Могу им уступить.
– Где Герц? Жива?
– Рома, группа уже на месте, – Вика… – Заходят на территорию здания. С ними один из генпрокуратуры. Юрия Александровича знакомый.
– Жива и живет даже ближе, чем ты думаешь.
Терпеть боль в животе становится все сложнее. Варя дрожит вся. Чуть-чуть, малыш, и закончится все.
Я под видом, что надо на что-то опереться, иду к стене. Что бы этот псих ни задумал, должен его перехватить.
– И, кстати, у меня есть брат. Он не погиб, как ты говорил, – я и сам не знаю всей правды. Но мне надо отца задержать и хоть немного нарушить его план.
Он скалится и смеется.
– Интересно даже посмотреть на него… может, путное что выросло…
Варя мечется взглядом. Я ей пытаюсь незаметно показать, что не надо. Но в глазах уже вижу дикий страх и адреналин.
Внизу шум.
– Кто там?
– Отпусти ее, тебе не уйти.
– Руки вверх! – слышу за спиной и, словно получив дополнительную поддержку, дергаюсь к нему.
А отец мгновенно перенаправляет пистолет к голове Вари.
Глава 44
И жизнь будто включает обратный отсчет.
Смотрю Роме в глаза. Там ярость, решительность и при этом страх за меня. Любое движение, любое неправильное действие и моя жизнь оборвется.
“Я люблю тебя”, – шепчу беззвучно Роме.
Маша больше никогда меня не увидит. Рому никогда не обниму. Всех оставлю, хотя так нужна им. Папа и мама…
– Бергман, ты окружен! – из-за Роминой спины выходит мужчина в возрасте. – Тебе не уйти. Ты и так тут намотал себе, не добавляй еще срок.
Бергман усмехается им в ответ.
– Статьи себе пишите, а мне вы дадите уйти, иначе грохну ее.
Снимает пистолет с предохранителя.
Я вздрагиваю и жмурюсь.
– Мне нужен мой вертолет и частный самолет, на котором я смогу вылететь.
– Тебя не выпустит никто.
– У меня заложник и он умрет.
Висок холодит металл пистолета.
Бергман свободной рукой достает телефон и набирает кого-то.
– Мне вертолет нужен. Срочно. В течение получаса на площадку перед мусоросжигательным заводом… Жду… Все отсюда убрались!
Распахиваю глаза. Бергман резко поднимает пистолет и стреляет в потолок.
Снова вздрагиваю и шмыгаю носом. На Рому смотрю. Жду от него какой-то подсказки, что делать мне?
– Ты не того взять хочешь, майор. Вот сын мой, он человека убил.
Рома мне что-то про это говорил. Опускает голову и поникает. Это правда, что ли? Не верю и не хочу в это верить.
Мне до Ромы метра три. Далеко. Не успею добежать и спрятаться. Оттолкнуть если только Бергмана. Отвлечь как-то.
– Ты гнидой был, им и умрешь, – майор кивает Бергману.
– Ты кто такой вообще?
– Тот, кого ты когда-то похоронил.
Бергман всматривается, пытается узнать. Я смотрю на Рому. Еле заметно киваю на его отца. Толкнуть, может? Рома машет в ответ. “Не надо ничего”.
Но его отец псих. Таких нельзя отпускать. Он же меня не отпустит. Бергман поворачивает ко мне лицо