Ольга Тимофеева – Ищу настоящего мужа (страница 79)

- Вы можете поговорить минуту с вашим адвокатом, - слышу тот же мужской голос.

- …Алло? - наконец слышу Рената.

- Ренат, привет, это я, - имя не называю, но почему-то кажется, что он должен меня узнать. - Выслушай меня, пожалуйста.

Он молчит.

Я сглатываю и выпаливаю одним дыханием.

- Я встречалась с твоей Женей. Она сказала, что может забрать заявление. Но тебе надо подписать разрешение на выезд ребёнка.

- С Женей? Только не говори, что вы знакомы и подружки.

- Нет, мы не подруги.

Он молчит. Я молчу.

Я слышу только его ровное дыхание. И свое сбившееся.

- Ренат… ответь что-нибудь.

- Я просил тебя с кем-то встречаться?

- Я хочу помочь.

- Не нужна мне такая помощь. Я ничего подписывать не буду.

- Господи… Ты понимаешь, что тебя могут лишить родительских прав?

- Ничего она не сделает!

- Она сделала. Собрала доказательства. Она подготовилась. Там и оружие, и соцсети, и аллергия… Ренат, это не шутки!

- Она ничего не докажет.

- Она уже вывернула так, что…

- Не лезь не в свое дело, - обрубает он, будто давая пощечину. - Я сам решу.

- И много ты успел нарешать? - вцепляюсь пальцами в руль так, что белеют костяшки.

- В процессе.

- Ты можешь из-за своего упрямства потерять сына навсегда.

- Я ничего плохого не сделал, чтобы сейчас плясать перед ней. Пусть докажут сначала.

- Время! - слышу у него заднем плане.

- Занимайся своими делами, хорошо? А ей можешь передать, что ребёнка я не разрешу вывозить. Пусть она хоть двести заявлений напишем.

- Ты дурак, Воронов, - выдыхаю. - Упрямый… баран!

Звонок прерывается.

Бросаю телефон на сидение.

Барабаню по рулю, снова и снова.

Что делать? Как ему помочь, чтобы и ребёнок тут остался, и его вытянуть.

У меня только один человек есть, который может ему помочь, но по телефону он уже, наверное, не захочет со мной говорить.

Еду на работу к папе.

Иду по управлению, здороваюсь со всеми, почти как у себя дома.

- На месте? - киваю секретарю.

- Да.

- Один?

- Да.

- Я зайду?

Никто мне слова поперек не говорит.

Приоткрываю дверь и заглядываю к нему в кабинет. Папа сидит в кресле, перебирает какие-то бумаги.

Но на дерзкое проникновение на его территорию без стука тут же вскидывает недовольно голову.

- Лариса?

- Привет, пап.

- Ну что, ты дозвонилась, поговорила?

- Да.

- Спасла?

- Нет.

- Ты же не просто так пришла?

- Такое дело… Пап… Помоги ему.

- Кому ему? Воронову этому?

- Да.

- То есть он на меня будет жалобы катать, а я ему помогать должен?

- Ты тогда сам был виноват.

- Кто он такой? Чего ты так за него переживаешь?

Если я ему скажу, что это тот парень, которого я люблю, то все - он точно его не достанет. Как соперника там спрячет.

- Пап, мы просто мы вместе работаем, дружим. Ну, помоги ты ему.

- Этому хаму?

- Вот ты злопамятный! Ты сам виноват был. Представь, если бы ты догонял преступника, а твою машину кто-то заблокировал и пошел в магазин за молоком. Ты бы что сказал: “Да, конечно, иди, я подожду, пока преступник сбежит?”

- Слушай, давай не будем перевирать, как все было. Я тоже ходил туда не за молоком - за документами.

- А что важнее: пожар, который может случиться, или документы твои? Если пожар не остановить, то и документы твои будет не спасти.

- Одно дело, когда реальная опасность, другое - когда кто-то принципиальный.

- Ой, ладно, все, пап… Ну, пожалуйста. Ты же видел, какие там обвинения у него. Это все не правда.

- Откуда ты знаешь, что там все не правда?

- Я знаю.... Потому что он не такой.