Ольга Тимофеева – Диагноз: В самое сердце (страница 52)

А может, у него рука болит? А может, ему плохо? А может, он уже меня не хочет? Со мной так много косяков и проблем, что любое желание отобьется?

– Знаешь, что актера на роль Шарикова долго искали?

– Аа? – вырывает из мыслей. – Было бы кого искать. Ну правда, Артём, да таких в каждом переходе.

– Так это в переходе, а нужен же был актер. Искали именно «самого уродливого актера». Среди кандидатов был, кстати, Караченцов.

– Не прошел?

– Нет, остановились на неизвестном на тот момент актере алма-атинского театра Владимире Толоконникове.

Капец. Как вообще с ним фильмы смотреть можно? Эти его интеллектуальные вбросы ещё больше возбуждают. Внизу живота, между ног становится так жарко, что это тепло приятно разливается по всему телу.

Никогда не думала, что просмотр “Собачьего сердца” будет так возбуждать.

Чувствую, как намокают трусики. Меня даже просто говорить с ним и лежать рядом уже топит. Это ненормально. Учитывая, что у нас и отношений-то нет. Так, пару раз переспали. Что вообще такое, не понимаю.

– Всё нормально? – Артём поворачивается ко мне, смотрит в глаза.

Неопределенно молча киваю.

Артём смотрит в глаза, теплые пальцы опускаются на запястье.

Я приоткрываю губы, чтобы сделать вдох-выдох.

– Что с пульсом? Аритмия?

Не понимает, что ли, ничего? Или притворяется?

– Ты лежишь спокойно, а пульс учащенный. Это ненормально.

– Мне тоже кажется, что это ненормально.

Смотрю в глаза. Молча молю уже сделать что-нибудь с этим.

Артём, сжимая мою руку, тянет ее на себя. Не отводя взгляд, сухими губами целует в запястье. Ведет языком по коже. С нажимом. Влажно.

Я только прикусываю губу. Сдерживаю себя.

Ничего не понимаю. Что между нами? Я хочу ему нравиться сейчас. А любой мой жест или спешка могут, наоборот, только все испортить. Раньше как-то было проще. Без отношений и чувств я была спокойна и расслаблена, сейчас все тело напряжено от страха, что я снова могу допустить ошибку и потерять его.

Губы Артёма целуют мою руку от запястья к плечу. Прикрывает глаза.

Я растекаюсь следом за ним. Мышцы ног сводит от того, насколько приятно ощущать кожей его колючую щетину. Каждое касание как разряд тока.

Артём отстраняется и в следующий момент уже целует меня в губы. Прикусывает нижнюю. Проталкивается языком в рот.

Да!

Я закидываю на него ногу, крепко обнимаю и тяну на себя. Как же я скучала, оказывается. Жадно целую в ответ. Запускаю руки ему в волосы. Жесткие, уложены назад. Кажется, впервые за все время трогаю их. Перебираю. Стягиваю.

Ловлю в губы его довольный стон.

Артём обнимает меня здоровой рукой за талию и резким движением переворачивается на спину.

А я оказываюсь сверху. Твердое, упругое, большое тело подо мной. Я до трясучки хочу его. Зацеловать всего. Рассмотреть. Потрогать.

Больную руку Артём откидывает в сторону, обнимая меня здоровой. Она тяжёлая, стальная. И в этом жесте какая-то сила и превосходство. Я не смогу сбежать, даже если захочу.

Но я скорее всего и не захочу.

Отпускаю губы. Целую в шею.

От него пахнет чистотой. Немного антисептиком. Но этот запах, смешанный с его туалетной водой напоминает запах океана. Солоноватый, свежий, бодрящий.

Артём запускает руку мне под резинку брюк и трусиков и сжимает одну ягодицу. Я выгибаю попу и одновременно чувствую, как подо мной каменеет член.

Он хочет меня. Именно меня, именно сейчас.

Упираюсь руками в грудь и поднимаюсь. Сажусь на него верхом.

Кровь шумит в ушах, пульс в висках, эйфория в мыслях.

Амосов не спрашивает и не ждет. Задирает футболку и сжимает грудь. Пальцами теребит сосок.

Смотрю в глаза. Его зрачки расширяются. Радужка темнеет. Глаза блестят в предвкушении эйфории.

Я стягиваю с него футболку. Между грудными мышцами начинается полоска темных, чуть кучерявых коротких волос. Призывно спускается ниже к пупку и скрывается под резинкой брюк. От вида накаченной груди и ярко коричневых орелов возбуждаюсь сильнее.

Это всё сейчас моё. Не знаю как долго. Но на эту ночь точно.

Наклоняюсь и беру в рот маленький, но упругий сосок. Легонько прикусываю.

Он глубоко и сухо дышит.

Я веду языком по коже. Чувствую, как он тянет мою футболку вверх, стягивает через голову. Заодно стягивает резинку с волос. И кудри россыпью падают мне на плечи. Мимо. Часть прикрывает грудь.

Кожа покрывается мурашками. Грудь набухает , а соски как бутоны розовых роз распускаются и торчат.

– Какая ты красивая, – Артём резко поднимается, садится, подтягивает меня на себя. Рассматривает, гладит.

Сжимает ладонью грудь и втягивает сосок.

Как металлоискателем работает во мне. Только ищет эрогенные зоны и подтягивает все нервные пучки в одну область.

Что между нами, не понимаю?!

Я закрываю глаза. Отдаюсь его действиям.

Очевидно, что нам хорошо вместе. Неочевидно, как это называть?

Я влюбилась, что ли? Или просто на фоне неудачных прошлых отношений эти кажутся идеальными?

С другой стороны, что это за встречи? Только у меня. Только когда он захочет. Я вроде не решаю ничего, а вроде как и не хочу решать. Хотя, может, надо бы.

Открываю глаза.

Я полностью раздета, как и он. Сижу на его члене и двигаюсь вверх вниз. Он скользит во мне. вибрирует. наполняет.

Здоровой рукой Артём сжимает мою попу и толкается навстречу.

Не хочу ничего тут решать. Наоборот, хочу почувствовать себя в безопасности и за крепкой стеной.

Двигаясь на нем, наклоняюсь и, касаясь губами уха, шепчу:

– Возьми меня.

Уговаривать долго не надо. Секунды и мы на полу. Я облокачиваюсь на кровать. Артём сзади.

Толкается до упора. Мой внутренний металлоискатель притягивает теперь все нервные импульсы в низ живота.

Между ног горячо. Влажно. Скользко.

Артём рукой перехватывает меня под шею, притягивает к себе. И берет меня сзади. Жестко, быстро, часто. И меня тянет, как на дно. Хочу растечься под ним.

Палец на клитор. Нащупываю между складочек пик нервов, который сейчас как жемчужинка. Круговыми движениями вожу по ней. Создаю воронку для нервных импульсов. Коплю их, коплю, пока их не становится так много, что они взрываются и разлетаются во все стороны. А по мне приятная судорога во всем теле. Ещё раз чуть слабее. Ещё раз.… чуть слабее. Последний раз.

Внутри пылает. Артём, поймав мой оргазм, ускоряется и тоже кончает. Глухо стонет мне в волосы.