Ольга Тимофеева – Бывший: все сложно (страница 88)

– Ты даже не спросил, беременна ли я, – обижаюсь нарочно, скрещиваю руки.

– А я не хочу, чтобы ты думала, что это из-за беременности, – спокойно отвечает. – Беременна ты или нет, я все равно хочу быть с тобой. И если не беременна – поставим задачу в приоритет.

– Ага, еще скажи, планерку устроим, – фыркаю.

– Да, каждое утро и ночь будет совещание по этому вопросу.

Я поджимаю губы и смеюсь над его словами. Меня снова откидывает в прошлое, где все было так же легко. Когда мы любили друга и вот так шутили. Без обид и прошлого.

Он делает шаг ближе, теплый, упрямый.

– Я люблю тебя, Кир. И хочу, чтобы ты стала моей женой. Просто потому, что без тебя мне... никак. Боря согласен, я его уже спросил.

– Конечно, он согласен. Ему собака досталась, герой-папа и мама, которая теперь все разрешает.

– Так что? – крутит коробочкой.

Я прикусываю губу, потому что ну нельзя же вот так быстро сдаваться без боя.

– Нет уж, Самсонов. Лучше знать все на берегу. Я беременна от тебя второй раз и какова вероятность, что ты вдруг не решишь, что не от тебя?

– Нулевая.

– Если ты меня еще раз бросишь, я... – начинаю и, вдохновившись, продолжаю: – подам на алименты, лишу тебя родительских прав, отсужу твою недвижимость… – и протягиваю ему руку.

Он касается губами там, где должно быть колечко и надевает его следом.

– Ты страшная женщина, Кира, – смеется громко, по-настоящему.

– А ты запомни это. И не расслабляйся.

Он все-таки берет мое лицо ладонями, притягивает ближе.

– Не расслаблюсь. Никогда.

Снова находит губы, сминает. Жадно посасывает.

Мне срочно требуется совещание.

Но в сумке пищит щенок.

Еще раз.

Не сговариваясь, смеемся с Никитой.

– Собаку выгуливаешь ты, – договариваюсь о правилах на берегу.

– Если не в смене.

 

Глава 62. Никита

Выписывают и это хорошо, потому что накануне звонил Домбровский.

– Ник, мы нашли доказательства. Это он был.

– Олег?

– Да. Он встречался с женщиной-фармацевтом. Давно уже, кстати. Она ему выписывала препараты. Мы прижали ее, она призналась. И в сад он входил в маске, а на парковке – без. Камеры все засняли. Он приезжал в тот день.

– Мразь.

Я молчу, смотрю в окно на больничный двор.

– Спасибо, Юр.

– Его сегодня будут брать.

– Когда?

– За ним уже выехали.

– Можно последнюю просьбу?

– Говори.

 

Спустя час я, выписавшись из больницы, еду в другую. Где когда-то лежал с болячкой, которой не было.

Под кабинетом у Олега очередь в три человека.

– Кто последний?

– Ну я, – отвечает грузный мужчина.

– Я анализы узнать, – предупреждаю его.

Не хочу расстраивать, что на сегодня прием наверное закончен. А если повезет, то уже и навсегда.

Он смотрит на меня и на тех, кто со мной, не спорит.

– Я быстро, – киваю ему и захожу за мужчиной, что вышел.

– Ну привет, друг, – захожу один.

Олег бледнеет. Быстро встает со стула.

– Что, уже не надеялся, что встретимся?

– Что тебе надо?

– Поговорить захотел.

– У меня прием, пациенты.

– Они сказали, что подождут. Мне же только анализы узнать.

Достаю распечатки его и другие.

– Смотри, как интересно получается. Я все думал, что бесплоден… а тут… Кира забеременела второй раз.

Ржет нагло.

– Так опять не от тебя.

– Все могло бы быть так, только ее первый ребенок почему-то тоже мой.

Потом решил проверить себя в другой клинике и представляешь все в порядке. Здоров. Вот что значит грамотное лечение от друга.

– Что тебе надо?

– Что мне надо? – замахиваюсь резко и бью его в грудь, так что он со стулом отлетает назад. Хватается за голову и поднимается. – За Борьку! Убить бы тебя. Да хочу посмотреть, как тебя судить будут.

– А что Борька? Опять влез куда-то, а вину всю хотите на меня.

– За то, что со мной сделал и подделку результата, это тебя только бы лицензии врача лишили. А вот за детский сад… ты сядешь.