Ольга Тимофеева – Бывший: все сложно (страница 66)

Вздыхает так, будто я ему обещала, а сейчас передумала.

Самсонов возвращается с мокрыми руками, на ботинках прилипшие иголки. А у меня душа рвется пополам – от боли от и благодарности.

– Мам, а откуда он на остановке?

– Кто-то оставил.

– Дураки! Эх, была бы у меня собака…

– Сначала врач, Борь, – трогается Никита, – посмотрим, что с ним. Потом будем думать. И держи крепче.

– Я буду гулять с ним утром и вечером! – Боря уже обещает все на свете. – И миску мы ему купим. И игрушку. И имя… Ему нужно имя!

Дождь усиливается, бежит дорожками по стеклу. Самсонов включает печку потеплее.

Мы прямо как семья едем с пикника. Папа, мама, сын и собака.

– Мам, он боится. У него так сердечко стучит быстро-быстро, как дождь по крыше.

Вот он сейчас полюбит его, а потом то, что любишь так больно отрывать от себя.

Кошусь на Никиту, как ведет расслабленно машину, сжимает руль одной рукой, но при этом все внимание на дорогу.

Ждем потом, что скажет ветеринар. Так переживаем, будто это уже наш пес, а я не знаю, что с ним делать. Я не хочу собаку. Я вроде люблю собак, но когда они у кого-то, а не у меня.

– Мы нашли его в коробке на остановке. А что это за порода, не подскажете?

– Похоже на метиса ретривера со спаниелем, мальчик, возраст несколько дней. Значит, скорее всего мама где-то нагуляла с кем-то, а заводчику такие не нужны.

– Как он вообще? – Никита общается с врачом.

– Вес занижен, обезвоживание средней степени, температура ниже нормы. Но это все поправимо. Мы согрели, дали теплый электролит и глюкозу, обработали от блох, уши в порядке. Жить будет.

Отдает Самсонову.

– Кормите часто и понемногу. Я расписал вам рекомендации.

Мы втроем наконец остаемся со щенком в холле одни.

– И куда его теперь? – киваю на собаку.

 

Глава 46. Никита

Смотрит на меня, чтобы я разрулил проблему с собакой. Мол, ты же его взял.

Мне-то собака не нужна. А вот Боря уже прикипел к псу. Хоть и мелкому еще. Гладит ему нос и что-то шепчет, сильнее кутая в мой бафф.

– Мам, ну давай его заберем?

– Нет, Борь, давай лучше хомяка заведем.

– Он сидит в клетке и ничего не умеет. Я у друга видел. А это собака, с ней гулять можно, и она меня понимать будет.

– Не гулять, Борь, собаку надо выгуливать утром и вечером. И собака это навсегда. Она тебе надоест, как очередная игрушка, через неделю, а уже нельзя будет сдать. Надо будет жить с ней.

– Не надоест.

– Ага, а еще ты будешь вставать, конечно, утром и вечером, чтобы выгуливать его. Тебя и так не поднять, а тут собаку выгуливать.

Боря надувает губы. В нем сейчас борется и здравый смысл, что вставать надо будет, и огромно, детское желание-порыв.

– Ну, мам…

– Нет, Борь, вот вырастешь…

Они так точно не договорились ни до чего. Необходимо время.

– Я бы взял, – вмешиваюсь, – но у меня такая работа, что сутки нет дома. Кто с собакой в это время будет?

– Мы можем брать на это время, – оживает Боря и сразу находит время.

– Давайте так, я сегодня его заберу, а завтра мы поищем ему новый дом. Договорились?

– Новый?...

Боря еще смотрит на Киру. С надеждой. Но Кира все равно машет головой из стороны в сторону.

Разрывает от его эмоций, но… если бы жили вместе, то… можно было бы рискнуть, а так… Ему правда надоест через неделю, а у меня этот пес останется, что с ним делать? Из меня кинолог, как и режиссер.

Мы возвращаемся в машину, Боря молча залезает на заднее сиденье, сильнее прижимает к себе щенка. Если Боря хочет собаку, то он у него должен жить все равно.

Ну или у нас будет лишний повод встречаться.

– Никита, а чем ты его кормить будешь?

Чем кормить…

Переглядываюсь с Кирой. Она лезет в сумку за телефоном.

– Сейчас найду адрес зоомагазина, который еще работает.

Покупаем смесь-заменитель молока, пеленки, грелку, бутылочку, шприцы без иглы. На ночь вроде, а будто на все время уже.

Еще чуть-чуть и купили бы ему дом-переноску.

– А можно ему имя придумать? – Боря тихо с заднего сидения.

Я смотрю в зеркало заднего вида, Боря на меня. Не на маму.

– Придумывай. Чего безымянному ходить.

– А как называлась так остановка, где мы его нашли?

– Не знаю, Борь.

– Найденыш.

– Нет, как-то очень жалостливо, – комментирует Кира.

– А давайте, Ник?

– Как, Боря? Ник?

– Ну, ты Никита. Ты нашел. Пусть будет Ник.

– Ты бы его предложил еще Самсон назвать, Борь, – отшучивается Кира.

Ооо… С еще одним потенциальным Ником и Самсоном жить…

– Боря, – встреваю, – назови его Рекс.

– Комиссар Рекс, – хохочет Кира. – Давай уж сразу Тобиас Моретти.

– Ты тоже смотрела, да?

– Мы вместе вообще-то смотрели, – делает мне замечание шепотом.